Фотографии, на которых приговоренный к 20 годам лишения свободы убийца, член банды «цапков» Владислав Цеповяз ест шашлык, крабов, красную икру и говорит по мобильному телефону появились в одном из анонимных Telegram-каналов. Очень быстро они разошлись по социальным сетям и попали в средства массовой информации.
Возмущение тем, как роскошно убийца проводит время за решеткой, стало действительно массовым. На публикацию фотографий отозвались и руководитель Следственного комитета Александр Бастрыкин, потребовавший дать «жесткую правовую оценку действиям сотрудников исправительного учреждения, которые, судя по материалам СМИ, стремятся облегчить условия отбывания наказания лицу, совершившему чудовищные преступления против личности», и писатель Эдуард Лимонов, который сам провел 2 года в СИЗО и колонии. «Это все пороки армии, только увеличенные во много раз. Российскую и советскую систему ФСИН создавали армейцы, вот они и создали говно» – заявил он в интервью газете ВЗГЛЯД.
По словам Лимонова, вип-камеры – это «практика нашей пенитенциарной системы».
Не менее эмоциальным был журналист Владимир Соловьев, который написал в Instagram*: «посмотрев как «мучается» на зоне Цеповяз, осужденный по делу Цапков за 19 убийств на 19 лет, давясь икрой, крабами и шашлыками, разводящий пчел, вызывающий себе стоматолога и регулярно по телефону общающийся с волей, понимаешь, почему народ за смертную казнь».
Чиновники ФСИН, как ни странно, даже особо не оправдывались. Фотографии, на которых осужденный к 20 годам строгого режима по делу об убийствах в станице Кущевской Вячеслав Цеповяз ест шашлык и икру в своей камере, подлинные, но сделаны в 2015 году, заявили в пресс-службе УФСИН России по Амурской области. Материалы проверки переданы в следственные органы. А замдиректора ФСИН Валерий Максименко в интервью МК поведал, что фотографии Цеповяз в том самом 2015 году отправлял своей бывшей жене Наталье Стришней. А теперь бывшие супруги делят имущество, поэтому, мол, фотографии и всплыли.
В интервью Максименко есть два интересных момента: «Сигналы о том, как «сытно и красиво» сидит Цеповяз, поступали во ФСИН гораздо раньше. Мы провели проверку в прошлом году, все подтвердилось» - сказал он. Так почему же тогда, если в прошлом году всё подтвердилось, то виновные сотрудники не сидят по соседству с Цеповязом или в специализированной зоне для бывших сотрудников ФСИН?
А вот почему: «Что тут скажешь - избежать коррупции в дальних регионах бывает сложно, особенно если у преступника, который вступает в сговор с сотрудниками, дар убеждения и, главное, сумасшедшие деньги». Это говорит всё тот же генерал-лейтенант Максименко.
Если в хамстве мелких региональных чиновников ничего нового нет, они хамили всегда, просто люди не так резко на это реагировали, то слова Максименко - это действительно какая-то новая искренность.
Заместитель директора Федеральной службы исполнений наказаний официально заявляет, что коррупция на Дальнем Востоке – это неизбежность. И почему-то не наблюдается никакого массового возмущения ни у коллег по государственной службе, ни у общественности.
Когда замруководителя ФСИН не видит ничего странного и необычного в коррупции в своем ведомстве, ссылаясь на «удаленность» Амурской области, первым делом возникает вопрос: какой у нас год на дворе?
Это в XIX веке путешествие на границу с Китаем занимало несколько месяцев. Сейчас самолет преодолевает это расстояние за несколько часов. Если ФСИН не в состоянии разобраться с отдаленными регионами, то пусть переводит заключенных в ближние.
Хотя и в ближних тоже нельзя сказать, что все хорошо – скандал с пытками разразился в Ярославской области, которая непосредственно граничит с Московской. Исполнительный директор «Роскосмоса» Владимир Евдокимов был убит вообще в московском СИЗО. Куда уж ближе к начальству?
Максименко своим комментарием поставил ФСИН куда более серьезный диагноз, чем Эдуард Лимонов своим словом на букву «г». Если руководство службы не в состоянии предотвратить коррупцию в дальних регионах, пытки в ближних регионах, то тогда зачем оно вообще нужно?
Напомним, что в СССР охраной и управлением пенитенциарными учреждениями занималось министерство внутренних дел и его предшественники. ГУЛАГ был передан в управление Минюста в марте 1953, сразу после смерти Сталина, но менее чем через год вернулся обратно. 20 лет назад, в 1998 году Борис Ельцин подписал указ о передаче мест заключения Минюсту, в котором сперва было сформировано главное управление исполнения наказаний, а затем появилась ФСИН в нынешнем виде.
Курортные условия для жестоких убийц не менее опасны для государства в целом, чем обвинения ФСИН в массовом применении пыток или убийства в следственных изоляторах.
Справедливое наказание для приговоренных судом преступников и достойное содержание подозреваемых - это часть общественного договора, в соответствии с которым граждане делегируют государству право на насилие, и государство этим правом легитимно пользуется. Если общественный договор нарушается, это может привезти к крайне негативным для всего государства последствиям.
Поэтому благодушие ФСИН и их оправдания «да это старые фотографии», «да это жена выложила», «да это Амурская область, там избежать коррупции сложно» выглядят не менее и даже более возмутительно, чем пожирающий деликатесы осужденный преступник.
Максименко, впрочем, признавшись в непобедимости дальневосточной коррупции, заверил, что «сейчас Цеповяз отбывает наказание в жесточайших условиях». А также рассказал, что убийце отменили почти все объявленные ему благодарности (их было 16), которые в теории позволили бы рассчитывать на условно-досрочное освобождение.
Отметим, что Цеповяз был арестован 18 января 2011 года. Получается, в случае УДО на свободе он бы оказался уже через два года с небольшим. И если бы не публикация фотографий с шашлыками и крабами, такой вариант развития событий был бы вполне реальным.
Поэтому раздел имущества Цеповязов, безусловно, пошёл на пользу всему обществу и обнажил болезненные проблемы системы исполнений наказаний. Показав тем самым, что увольнением отдельных сотрудников колонии, где содержится убийца из Кущёвки, ситуацию не исправить.
* Организация (организации) ликвидированы или их деятельность запрещена в РФ