Предсказание-обещание Анастасии Дмитрук, написавшей в марте 2014 года, что «никогда мы не будем братьями», начинает сбываться, правда, в несколько неожиданной для украинской поэтессы форме.
Главной причиной изменений в общественных настроениях и в России, и на Украине является обращение населения от идеологических конструкций к прагматичным соображениям
Россия все сильнее и отчетливее отделяет себя от Украины, причем социология отмечает все больше расхождений в российском и украинском общественных мнениях относительно друг друга.
Свежий опрос ВЦИОМ отметил, что уровень интереса россиян к Украине практически вернулся к показателям десятилетней давности. Не следят за событиями на Украине 28% респондентов (летом 2006 года эта цифра составляла 31%), следят внимательно – 18% (в 2006-м – 15%), следят время от времени – 54% (в 2006-м – 52%). В разгар же горячей фазы украинского кризиса доля внимательно следивших за украинскими новостями стабильно превышала 30%.
Интересно также, что количество россиян, считающих, что отношения между Россией и Украиной носят враждебный характер, не превышает четверти опрошенных. Для большинства же (36%) отношения двух стран носят просто напряженный характер. Эти цифры забавно перекликаются с недавним опросом того же ВЦИОМ, согласно которому 31% опрошенных считают, что существует угроза военного нападения на Россию со стороны Украины.
Не менее показательным является совместный проект Киевского международного института социологии (КМИС) и «Левада-Центра*», который фиксирует динамику противоположных курсов во мнениях украинцев о россиянах и россиян об украинцах. В украинском обществе происходит улучшение во взглядах на Россию, а в российском – ухудшение в отношении Украины.
Количество позитивно настроенных к России украинцев с февраля по май выросло на 5% (с 39% до 44%), а России произошло прямо противоположное – количество положительно настроенных к Украине уменьшилось с января по май на 8% (было 34%, стало 26%).
Любопытно то, что в России доля тех, кто считает, что Россия и Украина должны быть дружественными, но независимыми государствами, последние 10 лет колеблется между 50 и 60 процентами, сдвигаясь то к верхней, то к нижней границе. На май 2017 года сторонниками этой точки зрения была ровно половина опрошенных.
Зато произошло радикальное сокращение россиян, которые считают, что две страны должны объединиться в одно государство. Если до мая 2014 года доля респондентов с данной точкой зрения колебалась в районе 15% с отдельными флуктуациями (в марте 2014 был зафиксирован рекорд в 28%), то уже в мае того же года она рухнула до 12%. С тех пор количество сторонников такого подхода упорно держится ниже 10% (в мае 2017 года – 9%).
Вряд ли стоит ожидать в ближайшие годы дальнейшего снижения данной цифры. Представляется, что нынешние показатели (7–9%) фиксируют ту часть российского общества, для которой Россия и Украина действительно неразделимы вне зависимости от политических перипетий последних десятилетий. Однако нельзя не отметить, насколько малой является доля людей с подобными взглядами в российском обществе.
Для остального же российского общества связь России с Украиной, очевидно, больше не имеет сакрального характера, и отношение выстраивается на основе прагматичных соображений. Кто-то делает акцент на желательности дружественных отношений и взаимовыгодного сотрудничества, другие – на угрозах, которые они видят исходящими с Украины, и, как следствие, необходимости ужесточения пограничного режима и т. д.
«Встречная» динамика отмечена и в одном из самых актуальных (для украинцев) вопросе – визового режима и закрытых границ. На Украине количество сторонников данного подхода уменьшается – с 47% в феврале до 43% в мае, а в России, наоборот, растет (с 33% в январе до 35% в мае).
Легко предположить, что изменения в оценке украинцами возможного визового режима с Россией обеспечиваются все большей вероятностью реализации данной меры. Первый шаг Киевом в этом направлении уже сделан. Это заставляет людей переходить от идеологии и лозунгов к осмыслению ситуации в приложении к собственной жизни. Так что ничего удивительного, что большинство украинцев (51%) выступают против визового режима с Россией.
Представляется, что главной причиной изменений в общественных настроениях и в России, и на Украине является отрезвление и обращение населения от тех или иных идеологических конструкций к прагматичным соображениям. Просто так получилось, что один и тот же процесс ведет к противоположным результатам.
Украинское общество в последние годы интенсивно накачивали – и успешно – антироссийской пропагандой. Однако когда политика Киева перешла от слов и призывов к конкретным действиям, множество людей обнаружило, что она бьет по их непосредственным интересам. Это заставило их скорректировать свои взгляды и убеждения – в сторону большей доброжелательности в отношении России.
В России же происходит прямо противоположный процесс. Не отрицая роль и значение отечественных СМИ, которые создают не слишком привлекательный образ Украины, нельзя не отметить, что никто не делает больше самого Киева для ухудшения отношения российского общества к Украине.
В результате сложилась парадоксальная ситуация. Украина не осознавала, насколько сильно ее благополучие зависит от России, и идеологически становилась все более антироссийской. Теперь же, когда эта зависимость – в силу разрыва связей – становится все более очевидной, и украинские граждане, как следствие, несут издержки в связи с этим, страна становится более благожелательной к России.
В России же наоборот. Огромная исторически заложенная симпатия и расположение к Украине в России тает. Ресурс «братской любви» исчерпывается, и российское общество все прочнее становится на рельсы чисто прагматического отношения к соседней стране. Этот прагматизм влечет за собой ухудшение отношения к Украине, в которой видят не столько фашизм, русофобию и войну, сколько «бардак, анархию, беззаконие, бандитизм».
* Некоммерческая организация, включенная в реестр НКО, выполняющих функции иностранного агента