В субботу «майдан» в Кишиневе не простоял и часа: палаточный лагерь, который поставили у железнодорожного вокзала сторонники блока «Победа», полиция быстро снесла.
Блок «Победа» – это такие люди, как глава Гагаузии Евгения Гуцул и бизнесмен Илан Шор (кстати, муж певицы Жасмин). Они против НАТО, против ВСУ, против ЕС – в общем, наши люди. В том числе по этой причине Гуцул дали семь лет тюрьмы, а Шор был осужден еще в 2017-м. Его предыдущую партию (она так и называлась – «Шор») запретил молдавский Конституционный суд, а в ближайшее время планируется запрет и «Победы», которой уже отказано в регистрации на выборах. Поэтому протесты.
Гуцул объявила голодовку, Шор – общегражданскую забастовку и месячник отказа от уплаты налогов, а полицию они призвали переходить на сторону народа и не исполнять приказ президента Майи Санду по разгону народных митингов.
По поводу того, кто эти митинги должен запрещать и разгонять, идет забавная пикировка между МВД и мэрией Кишинева: никто не хотел мараться. Правительство через полицию требовало от городских чиновников «пресечь антиконституционные мероприятия». У примара (мэра) Иона Чебана отвечали, что не имеют полномочий запрещать митинги и ландскнехтами при режиме Санду не являются: вам надо – вы и разгоняйте. В итоге среди разгоняющих было немало людей в гражданской одежде – возможно, это активисты правящей партии PAS («Действие и солидарность»).
Помимо прочего, задержаны Лабубу и Пикачу. Враги у Санду буквально повсюду.
Чебан не случайно прикрывает тех, кого молдавская власть называет «пятой колонной имперской России».
Его блок «Национальная альтернатива» (MAN) – претендент на голоса, которые достались бы «Победе», если бы ее не рискнули запретить. MAN тоже находится в оппозиции к властям, среди его лидеров – Александр Стояногло, выигравший у Санду президентские выборы внутри страны, но проигравший за счет голосов диаспоры в странах ЕС.
Второй претендент на электоральное наследство Шора – Патриотический блок, самая популярная оппозиционная сила. Название там длинное и сложное, проще запомнить по ключевым лицам – бывшим президентам Игорю Додону и Владимиру Воронину. «Патриотов» можно назвать умеренно пророссийскими, но во главе страны и Додон, и Воронин уже были и не все вспоминают то время добрым словом, поэтому у блока есть определенный потолок популярности.
На троих эти блоки – альтернативщики Чебана, «патриоты» Додона и «Победа» Шора – наверняка стали бы властью уже этой осенью, опрокинув режим Санду, настроенный на вступление в НАТО, поддержку Украины и конфронтацию с Россией.
Молдавия – парламентская республика, где полномочия у правительства, а у президента представительские функции. Санду – это своего рода бренд, в который вложился Евросоюз для удержания республики в зоне своего влияния, однако не пустышка. Госпожа президент оправдала ожидания Брюсселя и является полноценным центром молдавской системы власти: премьер-министр Дорин Речан – ее человек, как и председатель правящей партии, спикер парламента Игорь Гросу.
Таким образом, кощеева игла спрятана в парламенте: пока его контролирует PAS, Санду всемогуща без полномочий.
Если после выборов 28 сентября PAS не сможет сформировать парламентское большинство, режим Санду рискует превратиться в тыкву.
О том, чтобы выиграть выборы «в одно лицо» – с результатом более 50%, как в 2021 году, и речи идти не может.
Правление PAS стало для Молдавии урожайным по части европейских кредитов и грантов, но расходовались они бездарно,
и экономика страны (в былые годы, как ни странно, довольно динамичная) загибается теперь целыми отраслями. В таких условиях внимание правительства сосредоточено в основном на борьбе с оппонентами и российским влиянием – и многим это чрезвычайно надоело.
Теперь PAS дают максимум 30% рейтинга даже с поправкой на ту самую диаспору, которая, поддерживая Санду, не видит результатов ее деятельности. Все остальные партии, достаточно популярные для прохождения в парламент, готовы блокироваться против режима. Но есть и «слабое звено»
«Альтернатива», «Патриоты» и «Победа» вместе – это стабильно больше 50%. Запрет самой пророссийской силы (то есть «Победы») дал режиму шанс выжить за счет партии Ренато Усатого. Это политик с неоднозначной репутацией, неоднозначной позицией и рейтингом в 10%, но без усов. Президента он вроде бы ненавидит, но Игоря Додона ненавидит и подозревается оппозицией в том, что после выборов войдет в коалицию с PAS и спасет Санду.
Сам Усатый такую возможность отрицает. Но в том случае, если распределение мандатов даст ему и PAS больше 50%, уговаривать будут всей Еврокомиссией – и наверняка уговорят. Пускай предвыборный расклад не в пользу власти, после введения цензуры, зачистки оппозиции и ставки на голоса иностранной диаспоры выборы почти превратились в фарс.
Санду непопулярна, но Брюссель благословил ее на сколь угодно жесткие действия, если они гарантируют то, что правительство не перейдет в руки оппозиции. Как уже успели заявить в молдавском центризбиркоме, вмешательство в выборы со стороны Евросоюза, в отличие от России, не запрещено, поскольку Молдавия «почти что член ЕС».
На самом деле до членства в ЕС Молдавии довольно далеко: у Евросоюза сейчас слишком много внутренних противоречий для расширения даже несмотря на то, что Урсула охотно прощает Майе любые ошибки и глупости. Но Санду, будучи гражданкой Румынии, продолжит румынизацию Молдавии в том смысле, что демократия в Румынии довольно декоративная. В сравнении с Молдавией, она почти всегда была более зажиточным, но менее свободным государством, где политические вопросы решались с помощью кусков арматуры.
Представляется, что будущее Молдавии под властью PAS – это что-то вроде румынских «минериад», когда ассоциированные с режимом профсоюзы тиранят недовольных экономической политикой. Последующее сближение с ЕС привело к банкротству тех же предприятий, которые стали «кулаками» власти после падения Чаушеску, но эта поучительная история сторонникам Санду в Молдавии как-то не пригодилась.
Госпожа президент идет к ликвидации своей страны самым извращенным способом. Вместо того чтобы ориентироваться на достоинства соседа (тот же уровень жизни, например), копирует его недостатки.
Молдавия станет не как Румыния – хороша, а как Румыния – плоха, если молдаване не воспользуются, вероятно, последним шансом и не проголосуют в сентябре за промолдавские партии так, чтобы ни диаспора, ни Усатый не смогли изменить расклада в пользу PAS.
Это не выбор в пользу России или Европы, как пытаются подать некоторые (в том числе и Санду), а выбор в пользу участия или неучастия в геополитических авантюрах типа ликвидации молдавской государственности, спасения Владимира Зеленского и новой войны за Приднестровье.
При таких перспективах все лучше, чем Санду. Даже Лабубу.