Месяц с начала специальной операции на Украине совпал с идущей полным ходом перегруппировкой частей ВС РФ практически на всех направлениях. В районы концентрации прибывают новые части, происходит спрямление линии фронта и установление оперативного контроля за ситуацией на ключевых направлениях. Все говорит о том, что первая фаза операции подходит к концу – и скоро мы увидим вторую.
С чем мы подходим к этому рубежу? Результаты этого месяца слишком многогранны и взаимосвязаны, чтобы их можно было бы свести к какому-то общему знаменателю. Однако несколько важнейших вещей, несомненно, требуется обозначить.
Прежде всего российская армия продемонстрировала высокий моральный дух и боевую слаженность. В кратчайшие сроки было завоевано господство в воздухе, несмотря на то, что украинские ВВС и ПВО по факту управлялись и наводились подразделениями НАТО из Польши. Достижение превосходства в воздухе стало одной из важнейших чисто военных побед, и недаром все это время Киев требует от НАТО установить «бесполетную зону».
Выполнено большинство из поставленных задач, а на некоторых участках фронта продвижение опережало сроки. Прекрасно показало себя применение дальнобойного высокоточного оружия, тем более, что в условиях плотной городской застройки это было критично важно.
Россия продемонстрировала поистине выдающиеся возможности своих особых военных инструментов, так называемой длинной руки.
Дальнобойные высокоточные средства поражения, в частности ракеты «Калибр», стали главной ударной силой в ходе спецоперации. Выяснилось, что в распоряжении российских Вооруженных сил таких ракет – тысячи. Без применения такого рода вооружений чисто военные результаты операции на данный момент могли быть гораздо более скромными.
Впервые в истории зафиксировано боевое применение гиперзвукового оружия – знаменитой ракеты «Кинжал», и это стало очень прозрачным намеком нашим западным партнерам. Даже президент США Байден лично отметил это событие, признав, что «Кинжал» «невозможно перехватить».
Широчайшее применение в данном военном конфликте нашли российские беспилотники. Можно сказать, что на наших глазах рождаются новые принципы, новая тактика применения российских Вооруженных сил, и тактика эта прямо связана с искусством массового использования БПЛА.
Были отмечены как массовый героизм российских военнослужащих, так и настоящие оперативные успехи как результат планирования боевых действий. Дерзкий захват и оборона Гостомеля (аэродрома компании «Антонов») силами ВДВ России войдет в историю военных конфликтов.
Изначальный план, направленный на окружение крупных украинских группировок и блокаду городов, подтвердил свою достаточность. По ходу боевых действий в ряде случаев пришлось менять тактику и даже стратегию поведения на отдельных участках фронта, что называется, «учиться по ходу». Возможно, часть таких тактических корректировок связана с политическими, а не с чисто военными обстоятельствами, и они могут еще корректироваться не один раз.
Освобождение Донбасса
Освобождена почти вся территория ЛНР, осталось только зачистить Северодонецк и Лисичанск. На участке ДНР сложнее в силу того, что именно на этот отрезок приходилось большинство из 120-тысячного контингента ВСУ и нацбатов. И до сих пор бОльшая часть всей украинской армии расположена на постепенно сужающемся пространстве от Курахово (западнее Донецка) до Авдеевки. Там же расположены основные части ствольной артиллерии и РСЗО.
Все эти позиции семь лет обустраивались в инженерном плане. Москва и Донецк принципиально отказались от идеи штурмовать это все в лоб, хотя в последние несколько дней стало ясно, что украинская линия обороны поплыла. После зачистки 23 марта Верхнеторецкого созданы предпосылки для создания локального котла в районе Авдеевки, не прибегая к прямому штурму авдеевской промзоны.
Освобождение Мариуполя – уже вопрос буквально нескольких дней. С начала спецоперации выполнялась задача по блокированию города, для чего потребовалось пройти укрепленную линию обороны ВСУ и нацбатов через Волноваху. И это был практически единственный, но очень важный участок фронта, где имели место прямые штурмы позиций противника, ибо иного выхода не было.
Проблема Мариуполя не только в его площади (один только завод «Азовсталь» – почти 11 кв. км) и численности гражданского населения, но и в его символическом значении. Между тем окончательное освобождение города позволит открыть прямое транспортное сообщение Донбасса с Крымом.
Харьков и Днепропетровск
В результате военных успехов значительные силы будут высвобождены для нового наступления на север из Херсонской и Запорожской областей. Сейчас именно на этот участок (с условным направлением на Запорожье, Кривой Рог, Никополь, Гуляйполе) и прибывают подкрепления. Именно здесь может начаться «наступление второй фазы», которое, с одной стороны, должно привести к окружению основной группировки ВСУ на донецком направлении, а с другой – обозначить продвижение на левобережье Днепра к крупным городам, включая Днепропетровск.
Уже сейчас оказывается давление на силы ВСУ на наиболее перспективных направлениях. Хотя в некоторых точках продвижение идет медленнее из-за нежелания ВС РФ открыто штурмовать крупные населенные пункты (например, почти полностью окруженный Угледар), чтобы избежать жертв среди мирного населения.
Показательная ситуация в этом плане сложилась в Харьковской области. Украинское командование перебросило туда крупные силы с целью сдержать продвижение ВС РФ на Изюм и далее на Павлоград, что должно было замкнуть котел вокруг донецкой группировки. В результате части ВСУ закрепились на окраинах Изюма и в городе Чугуеве, опираясь на поддержку артиллерии, которой у ВСУ все еще много. Решить эту проблему можно было буквально несколькими залпами современных РЗСО, но соображения гуманности заставили российскую армию воздержаться от этого. В результате бои за Изюм приняли затяжной характер, а вокруг Чугуева и Харькова приходится держать блокирующие группировки, а это тормозит продвижение на Павлодар.
Под Николаевом обороняющаяся там украинская десантная бригада выдвинулась из города и заняла позиции в пригороде. Российская группировка, продвигающаяся со стороны Херсона, общего языка с ней не нашла. В результате по позициям ВСУ под Николаевом, вокруг и внутри него (точечно) несколько дней осуществлялись удары как артиллерии и РЗСО, так и «Калибров» с «Искандерами».
Атаке подверглись не только непосредственно позиции украинских военных и нацбатов, но и их места расположения в тылу, казармы, склады и штабы. Украинская бригада в считанные часы понесла критичные для ее существования потери в сотни человек. И эти удары продолжаются.
На фоне больших потерь украинский Генштаб принялся отдавать приказы частям «держаться любой ценой», не отходить с занимаемых позиций даже вопреки здравому смыслу и военной теории с практикой. (В частности, прямо сейчас части ВСУ не получают разрешения отойти на другую линию обороны у Курахово под Донецком, даже после падения Марьинки, и это не говоря уже о бессмысленном сопротивлении в Мариуполе).
На что надеется Зеленский?
Поведение Киева в стиле Гитлера под Сталинградом можно объяснить бытующим среди украинской элиты мифом, что окруженным украинским гарнизонам и разорванным по отдельным позициям бригадам на других участках фронта необходимо продержаться до середины лета. Возможно, кто-то внушил Зеленскому мысль, что к июлю должен произойти какой-то неведомый геополитический сдвиг и настанет неожиданная победа.
Отсюда вся патриотическая истерия с формированием теробороны, пропагандой партизанской войны в тылу и тоннами фальшивок о скорой победе. Справедливо здесь только одно – время стало много значить, особенно в силу того, что вторая фаза спецоперации может начаться со дня на день и приведет к обрушению всего фронта на донецком направлении, а это – конец всему организованному вооруженному сопротивлению на большей части Украины.
Для Киева сейчас стратегически главным становится затягивание боевых действий любыми средствами. И не важно, что при этом происходит чисто физическое перемалывание ВСУ и нацбатов, украинские войска стали нести огромные и неоправданные ходом боевых действий потери, а гражданское население все глубже погружается в гуманитарную катастрофу. Главное продержаться до июля.
В этот же контекст помещаются и так называемые переговоры. Если первые дня два и были какие-то надежды, то скоро стало ясно, что для Киева это просто один из методов затягивания времени. Продвижением на переговорах в ближайшие несколько суток может быть разве что разоружение нацбатов и теробороны и признание политических требований российской стороны. В противном случае апокалипсис для украинских войск случится заметно раньше лета.
Что дальше?
Скорее всего, начало второй фазы спецоперации никак не связано со случайными датами, типа завершения календарного месяца с ее начала. Отчасти это вопрос количества. ВСУ до сих пор – крупная по численности армия. Плюс нацики и тероборона. Уничтожать их в таком количестве никто изначально не собирался, это был вопрос выбора Киевом самоубийственной стратегии.
Сейчас ситуация в Мариуполе (уже более гуманитарная, чем военная) несколько сдерживает подготовку второй фазы спецоперации, но обстановка неизбежно изменится в самое ближайшее время.
Развитие же нового наступления по окружению донбасской группировки, обходу и/или занятию Николаева и броску на южном участке фронта на север разрушит ту виртуальную схему обороны, которую Киев построил, исходя из численности ВСУ, а не из реальной стратегической оценки угроз.
Главное, что за истекший месяц созданы предпосылки для скорого разрушения всей украинской военной системы одним или несколькими согласованными ударами. И после окончания этой работы начнутся уже реальные политические переговоры.