Лиз Трасс провела на посту премьер-министра Великобритании всего 44 дня – и это абсолютный рекорд, точнее, антирекорд, который продержался почти два века. В 1827 году премьер-министром стал Джордж Каннинг, а 119 дней спустя перестал им быть.
Общего между ними то, что оба играли роль активных противников, а лучше сказать – врагов России и находящихся в союзе с ней народов (при Каннинге это «Священный союз» с пруссами и австрийцами). Разница в том, что Каннинг был выдающимся государственным деятелем, карьеру которого на пике оборвал туберкулез, а Трасс изначально предсказывали участь премьера-камикадзе, причем сбитой ею целью оказалась британская экономика.
Газета ВЗГЛЯД тоже писала об этом, но самым точным предсказателем, будем считать, оказался главный конкурент Трасс в борьбе за лидерство в Консервативной партии Риши Сунак – финансист, индуист, умница. В период предвыборной борьбы он прямо говорил, что предложенное Трасс снижение налогов – это самоубийство для британской финансовой системы.
В экономике бывший канцлер казначейства – главный бухгалтер Британии разбирается лучше, чем менеджер широкого профиля Трасс. Поэтому умные люди из партийной элиты именно его и слушали, обеспечивая лидерство на протяжении пяти туров голосования. Однако в финале, где голосуют все члены партии, а не только элита, Трасс неожиданно вырвалась вперед. Пусть Сунак умный, зато она хитрая.
Популизм, наглость, имидж self-made woman, цвет кожи в конце концов – всё это превратилось в козыри при приближении к народу.
Но главным условием ее победы, скорее всего, стало то самое снижение налогов. Трасс пообещала его провести именно для того, чтобы выиграть выборы, а не чтобы стране навредить.
Британские консерваторы – буржуазная партия. В ней состоит много предпринимателей, бизнесменов, просто богатых людей. То есть тех, для кого налоговая реформа представляла значительный личный интерес. Они-то и поставили на Трасс в финале, проигнорировав предупреждения всяких умников.
Слово свое, к сожалению большинства британцев, Трасс сдержала. Автор реформы – авантажный чернокожий экономист Квази Квартенг – получил бывший пост Сунака, после чего резко снизил налоговую нагрузку на бизнес и тем самым обеспечил Британии с ее прохудившимся бюджетом финансовый шок.
Новый канцлер казначейства – бывший министр иностранных дел Джереми Хант – отменил реформу Квартенга. Но Трасс не учла того, что вне снижения налоговой нагрузки она партийному бизнесу не нужна – и вот ее не стало.
Если точнее, она останется премьером до конца октября, пока нового не изберут прямо в парламенте, минуя внутрипартийные выборы. А станет им, скорее всего, Борис Джонсон, которого известие об отставке Трасс застало в Доминикане – туда он улетел на отдых, но уже пообещал вернуться к выходным.
Главное издание страны The Times считает, что Джонсон будет бороться за пост, с которого его сняли всего полтора месяца назад. Телеканал Sky, опросивший членов партии еще на фоне скандала с Квартенгом, зафиксировал абсолютное электоральное преимущество экс-премьера. А сам он исходит из того, что не успел сделать и половины от задуманного (и это считая выход из ЕС), но обязательно нагонит свой масштабный план.
Однопартийцы вряд ли ждут от Джонсона чудес – неплохо, если сможет хотя бы прекратить бардак в рядах тори. Недавнее голосование по вопросу фрекинга – гидроразрыва пласта – на севере страны (а его Трасс решила легализовать для борьбы с энергетическим кризисом) вылилось в такую свару, что главный «кнут» партии Венди Мортон, чья задача обеспечивать солидарное голосование и порядок в зале, в сердцах подала в отставку.
Какой кабинет соорудит теперь Джонсон – вопрос открытый. Трасс в него, скорее всего, не возьмут – как козла отпущения, лишний раз доказавшего, что политические инстинкты не замена компетентности. Но и Сунака не возьмут – он спровоцировал уход Джонсона, после чего стал его врагом. И даже Ханта вряд ли возьмут по старой памяти. А в британском правительстве не только премьером, но и министром должен быть депутат парламента.
То есть скамейка запасных у нового лидера короткая. Катастрофически короткая – с учетом, что ключевые фигуры в нынешнем созыве проштрафились или переругались друг с другом.
В таких условиях, если по совести, нужно проводить досрочные выборы, но совесть – это не про Джонсона. Если выборы провести сейчас, консерваторы проиграют их с треском: судя по опросам общественного мнения, они теперь и все вместе претендуют на антирекорд, тогда как Лейбористская партия на триумф, прежде невиданный.
Но Джонсон наверняка считает, что до декабря 2023 года – срока очередных выборов – можно еще многое успеть. Действительно амбициозный человек, он не для того выводил страну из Евросоюза, начал выстраивание Британской империи 2.0 и ввязался в оголтелый по накалу страстей конфликт с Россией из-за далекой Украины, чтоб отказаться от новой возможности «порулить» хоть какое-то количество времени.
В России этот человек вызывает устойчивую неприязнь – и за дело. Но в том наборе личностей, которых предлагают сейчас тори, у него объективно нет конкурентов, не тот масштаб. А России в целом теперь без разницы кто сидит на Даунинг-стрит. Она конфликтует не с Трасс, Джонсоном или Консервативной партией, а с Британией как таковой.
Причем административный узел нашего конфликта, несмотря на кадровую чехарду, скорее всего, сохранится. Ключевой человек в деле помощи ВСУ – министр обороны Бен Уоллес – почти гарантированно останется на посту, только если сам не захочет уйти и не бросит вызов Джонсону. Как и Сунак, Пенни Мордонт и еще несколько лиц, он считается возможным кандидатом на должность премьера, но вряд ли захочет «подрезать» бывшее начальство прямо сейчас, на фоне острого кризиса в экономике и почти неизбежного поражения от лейбористов через год.
При власти лейбористов в российско-британских отношениях тоже ничего принципиально не изменится – да и вряд ли будет меняться вплоть до тех пор, пока возрождающаяся Британская империя не надорвется и не потеряет интереса к иностранным делам на долгие годы.
Возможно, это случится как раз при Джонсоне – он достаточно смел и амбициозен для того, чтоб довести страну до нокаута после изматывающего для нее раунда с Трасс.
Будем надеяться, будем болеть.