Мероприятие проходило во вторник на площадке Института социально-экономических и политических исследований (ИСЭПИ). Директор ИСЭПИ, член Общественной палаты Дмитрий Бадовский отметил, что Бердяевские чтения превращаются уже в традицию.
Не случайно общим местом во внутриполитическом дискурсе Франции стали дискуссии о лидерстве Путина как образце
«Впервые за последние годы удалось собрать воедино молодых и уже практикующих политологов, философов, историков. Они вместе работают и дискутируют, – сказал Бадовский газете ВЗГЛЯД. – Присутствие академической науки придает новое качество и дискуссии, и выводам».
По итогам первых Бердяевских чтений ИСЭПИ выпустил два тома тетрадей по консерватизму, куда вошел ряд особо значимых докладов.
«Особо выделю доклад о консервативной повестке в странах Европы и в мире в целом, а также доклад Института национальной стратегии о том, может ли быть консервативная повестка фактором «мягкой силы» России на международной арене», – говорит Бадовский, напомнив, что в Москве, как и до этого в Ялте, в чтениях участвуют представители Крыма. «Чтения – это первая площадка, где представители экспертного сообщества Крыма могут полноценно интегрироваться в общероссийский дискурс. Одновременно мы обсуждаем вызовы и задачи, связанные с интеграцией Крыма в Россию», – сказал Бадовский.
Как сообщала газета ВЗГЛЯД, первый этап чтений прошел в августе в Крыму. Его участники обсудили проблемы наследия русской консервативной мысли, тренд на возвращение россиян к традиционным ценностям, идейные основания нового «путинского большинства», рост консервативных настроений в России и мире, перспективы консервативного мировоззрения в качестве мобилизационного потенциала в российской политике.
Особое внимание во вторник привлек доклад известного российского социолога Александра Ципко, прозвучавший в секции «Возвращение Крыма в состав России как новый этап становления российской государственности». По мнению Ципко, в результате присоединения Крыма и последующих событий в Донбассе произошли две важные вещи. С одной стороны, Россия бросила вызов Западу, с другой – получила небывалый взрыв патриотизма. Сложилась идеологическая ситуация, схожая с той, что была в 1930-х годах: готовность к жертвам, мобилизационный порыв, оборонное сознание, стремление улучшить мир, невзирая на потери. «В статье Александра Проханова «Да здравствует холодная война» почти прямым текстом говорится: как только против России ввели санкции, у нас появился образ врага, а вместе с врагом появилась и долгожданная цель в виде идеи спасения российского суверенитета», – напомнил Ципко.
Интересная дискуссия разгорелась по вопросу, сочетается ли консерватизм с идеями социальной справедливости. Те, кто отвечал утвердительно, апеллировали к идеалам христианской церкви, на которых строятся европейская и российская модели консерватизма. Политолог Олег Матвейчев, модератор секции «Современные вызовы, стоящие перед консерватизмом», возражал.
«Любой ультимативный вывод на повестку дня идей социальной справедливости кончится социальной энтропией и анархией», – говорит Матвейчев. По его словам, традиционный консерватизм всегда старался абстрагироваться от «голых» идей социальной справедливости. Апелляция к христианским идеалам, по словам политолога, некорректна. «Разве Христос был социалистом? Его заставили быть таким некоторые философы нашего времени», – говорит Матвейчев.
«Каждый ведет борьбу за личную совесть»
«Ценность – это то, что не может быть продано или обменяно», – сказал на чтениях профессор кафедры политологии НИУ ВШЭ Леонид Поляков. По его словам, в западной традиции вечные ценности обозначаются как институты. Русский вариант институтов как вечных ценностей – устои.
«Вместе с физическим термином «энтропия» я бы ввел термин «дезантропия», покушение на человечество как таковое», – продолжил Поляков. Профессор намеренно избегал устоявшегося термина «дегуманизация». «Гуманизм и был дорогой к сегодняшнему апгрейду человека». Дезантропия, по словам Полякова, также обозначает покушение на институт национального государства. «Как говорят идеологи современного миропорядка, национальное государство сегодня должно быть преодолено в процессе глобальной либеральной эрозии. Про институт церкви я уже не говорю», – посетовал профессор.
Поляков обозначил классическую триаду консерватизма: совесть, семья, Родина. По его словам, совесть универсальна. В системе глобального миропорядка универсальная совесть заменяется эрзацем совести, который у каждого свой. Миллиарды индивидуальных эрзацев совести обречены на столкновение.
«А когда каждый ведет борьбу за свою личную совесть, то возникает феномен массовой бессовестности», – говорит Поляков. Как он считает, Запад, который как раз постулирует приоритет индивидуального над общественным, оказался в стадии саморазрушения. Пример тому – крах некогда поднимаемой Европой на щит идеологии мультикультурализма.
«В самой идее мультикультурализма уже был заложен источник взрыва, энтропии. Эта идея – не сосуществование культур, а их межвидовая война, борьба за существование, в которой не может быть нескольких победителей», – считает Поляков.
Реакция на агрессивную леволиберальную повестку
Как считает Бадовский, консервативная повестка сегодня актуальна во всем мире. «В Европе растет то, что принято называть евроскептицизмом. В США и в других странах мира мы наблюдаем волну возрождения консервативного движения образца конца 1970-х – начала 1980-х. Все это – естественная реакция на агрессивную леволиберальную повестку, задаваемую сегодня администрацией США и правительствами ряда других стран».
По мнению эксперта, экспансионистское продвижение демократии в вариации Вашингтона – это навязывание миру диктатуры меньшинств. Эта диктатура является уже даже не постхристианской системой ценностей, а постценностной. Когда эта постценностная повестка навязывается миру как новый стандарт, то отпор со стороны консервативной, ценностной повестки вполне закономерен.
«Не случайно общим местом во внутриполитическом дискурсе Франции стали дискуссии о лидерстве Путина как образце. Консерваторы в США сегодня обсуждают тему России как оплота важной для всех консерваторов концепции политического действия и политического лидерства», – говорит директор ИСЭПИ.
Консервативная повестка важна и для собственного развития России, продолжает Бадовский. «Что такое консерватизм? Это спокойствие, поступательность, тщательное взвешивание шагов и последствий, их цены. Ценностный подход развития общества – это рассмотрение общества не только через призму справедливости, но и различения добра и зла. Так сказал Владимир Путин в своем прошлогоднем послании Федеральному собранию».
Подход к общественному развитию через эти призмы – это, по мнению политолога, и есть по-настоящему консервативный подход.
«Этот подход может оказаться более качественным и эффективным по результатам, чем попытки рывков, скачков. Мы видим, что сегодня Россию постоянно пытаются втянуть в авантюры, заставить сделать опрометчивый шаг, чтобы Россия себя растратила. Консервативная позиция для нас – это действенное лекарство и защита от попыток и последствий провокаций», – заключил руководитель ИСЭПИ.