Новый закон против сквернословия был внесен группой депутатов от «Единой России» и сенаторов в декабре, спустя два месяца после того, как группа их коллег внесла аналогичный первый.
Мат будет жить своей жизнью без газет, телевидения и так далее. Давайте все-таки принимать подобные законы в комплексе, думать, как улучшить жизнь
Напомним, что в марте Госдума уже приняла первый закон, грозящий штрафами за изготовление или распространение продукции СМИ, содержащей мат. В начале недели президент Владимир Путин подписал документ, он вступил в силу. Первый закон грозит штрафом рядовым гражданам от 2 до 3 тыс. рублей, должностным лицам – от 5 до 20 тыс. рублей, юрлицам – от 20 до 200 тыс. рублей, во всех трех случаях с конфискацией предмета правонарушения.
При этом в КоАП во втором проекте предлагается немного иная, чем в первом, шкала карательных мер. Так, нарушение запрета может повлечь штраф от 2 до 2,5 тыс. рублей для рядовых граждан, от 4 до 5 тыс. рублей – для должностных лиц и от 40 до 50 тыс. рублей – для юрлиц. В случае использования в фильме нецензурной брани новая поправка грозит запретом на прокат.
Парламент в неловком положении
Выступая с докладом, председатель комитета Госдумы по культуре, режиссер Станислав Говорухин (ЕР) сообщил коллегам, что авторам законопроекта сложившаяся в литературе, кино и театре ситуация кажется «катастрофической».
В конце концов, в «великих фильмах о великой войне» солдаты бежали в атаку не только «с криками «За Родину, За Сталина!», но умудрялись же снимать без мата и точно передавать атмосферу боя, психологическое состояние солдат». «Потому что за дело брались настоящие художники, а не шелупонь», – подчеркнул Говорухин.
Докладчик выразил негодование тем, что в марте так поспешно уже был принят один закон о запрете мата в СМИ, упрекнув при этом вице-спикера Сергея Железняка. «Сергей Железняк, автор этого законопроекта, прекрасно знал, что готовится закон, касающийся всех сфер общественной жизни. Тем не менее он решил быть первым и, мне кажется, поставил парламент в неловкое положение, – заявил парламентарий. – Все-таки это не ипподром – кто первый – и не фабрика по производству законов – кто больше. Поэтому приходится сегодня говорить о других сферах».
Режиссер предупредил новую волну возможной критики в свой адрес. «Конечно, СМИ сейчас начнут кричать: «Цензура!» Ну конечно, цензура. Без нравственной цензуры не живет ни одно уважающее себя государство. И предмет нашего разговора называется «нецензурная брань». Думаю, вы со мной согласитесь, что нравственные ограничения и есть суть свободы общества», – пресек он возможные кривотолки.
Депутаты практически всех фракций восприняли его речь одобрительно и при обсуждении посоветовали лишь четче проработать механизм наказания нарушителей. Говорухина искренне поддержал коммунист Михаил Заполев, которого огорчило лишь то, что законопроект «опоздал на 20 лет». «Разрушить нравственность россиян можно не только словами, но и действиями, картинкой, жестами с экрана. Нужно касаться всех сторон, где только может проявиться нецензурщина», – призвал он.
Эсер Леонид Левин в свою очередь напомнил, что сегодня на DVD-дисках ставится логотип, с какого возраста их можно покупать или смотреть. «Почему по книгам тоже не сделать так? Может быть, не всех книг это должно касаться, а тех, где идет мат, где автор хочет его сохранить, значит, там должно быть «18+», как минимум, чтобы люди понимали, могли не дарить и не покупать, чтобы понимали, что это для взрослых», – предложил Левин.
Докладчик поддержал Левина, признав, что ситуация с обилием брани в литературе гораздо более тяжелая, чем в кинематографе или в театральных спектаклях. «Можно подумать о том, чтобы продавать подобную литературу в целлофановой обертке, как порнографические издания, с предупреждением: «Осторожно, книга содержит нецензурную брань», – сымпровизировал Говорухин.
«Речь не о детях идет, читают и взрослые, которых книга, состоящая из одного мата, приводит к нервному припадку – и их можно понять. Они воспитывались в другое время. Они не подготовлены к этой новой отвратительной жизни», – сказал Говорухин и призвал парламентариев к активной работе при подготовке проекта ко второму чтению.
Завернуть мат в целлофан
Однако единороссу Борису Резнику это предложение совсем не понравилось. «Как же мы будем переиздавать Баркова, Пушкина, да и современных авторов не самых худших: Прилепина, Сорокина, Дину Рубину и так далее? – перечислил Резник. – Я не вижу нормальной логики в том, если мы пришпандорим это предупреждение на собрание сочинений Пушкина – «Осторожно, мат».
«Я не знаю», – признался Говорухин, напомнив, что матерные стихи могут принадлежать не Пушкину, а Баркову. «Не твердо доказано авторство, еще под сомнением: Барков это или Пушкин», – отметил режиссер, упоминая поэму «Лука Мудищев».
«За Александра Сергеевича беспокоиться нечего, он абсолютно нравственный человек, и поэтому его книги можно издавать без всяких опасений», – уверен он. «У Льва Николаевича Толстого, если помните, Кутузов говорит ярко, что ж теперь, не издавать?» – задал он риторический вопрос.
Что делать с остальными произведениями классики, где есть мат, Говорухин, по его признанию, пока сам не знает. Однако, как вариант, он предложил воспользоваться советским опытом. «Есть написанное похабным языком, но все-таки литературное произведение, так называемые «Сказки» Афанасьева. Раньше они хранились в библиотеке, выдавались только кандидатам наук, которые писали работы», – напомнил он.
«Давно появились слова, которые стали литературными: употребленное Толстым слово, которое неоднократно цитировали, одна-единственная строка из собрания сочинений Владимира Маяковского», – отметил режиссер, впрочем, повторять их не стал, чтобы не смущать присутствующих дам. «Тут проблемы нет, в спорных случаях будет действовать экспертиза», – пообещал парламентарий.
Резник не удержался и снова взял слово. Он выразил недовольство тем, что Дума «пытается идти тропой запретов вместо того, чтобы повышать уровень культуры, образования и жизни людей». «Мат будет жить своей жизнью без газет, телевидения и так далее, – отметил он. – Давайте все-таки принимать подобные законы в комплексе, думать, как улучшить жизнь. Потому что, по моему разумению, этот последний законопроект уже зашкаливает».
«Мы так закопаем фильм неплохой»
В дискуссию включилась и коммунистка Тамара Плетнева, которая заметила, что «снять кино – это дорогое удовольствие». «Может быть, следует дополнить предложение не выдавать прокатное удостоверение?» – спросила она, опасаясь, что иначе «мы так закопаем фильм неплохой».
«Если не дают прокатное удостоверение, его и не дадут, пока авторы не исправят требования, предъявляемые к ним. А если вообще не захотят исправлять, то они должны будут вернуть государству деньги, потраченные на фильм», – успокоил ее Говорухин.
Автор уже принятого первого законопроекта, единоросс Дмитрий Вяткин, который ранее считал достаточным запретить лишь мат в прессе, поддержал идею расширения запрета. Как он пояснил газете ВЗГЛЯД, «выносить на публику нецензурную лексику нужно далеко не всегда, потому что художественные фильмы, книги, спектакли формируют наше отношение к жизни, нашу культуру и поведение, особенно у молодежи».
«Когда нет понимания и ощущения, что одно можно, а другое нельзя, тогда возникает хаос, а за ним пустота, ничего. Если будет навязываться стандарт абсолютного стирания грани между разрешенным и запрещенным словом, тогда будут происходить жуткие вещи», – предостерег Вяткин, не исключив, впрочем, что юридически некоторые пункты нового законопроекта нужно будет уточнить.
Поддержал законопроект и зампред фракции коммунистов Анатолий Локоть. «В быту, литературе или в спектаклях применение мата не то что необязательно, а должно находиться под запретом. Надо обходиться без него, как обходились все наши великие художники», – заявил он газете ВЗГЛЯД.
В итоге при необходимых 226 голосах за документ проголосовал 441 депутат, еще двое воздержались.