«Единая Россия» продолжает искать себя: партия, победившая на парламентских выборах в декабре прошлого года, из-за протестной активности оказалась в довольно сложном положении, впервые в своей истории примерив на себя роль оппозиции. Противостоят «ЕР» не системные партии, а возглавляемые лидерами столичной тусовки «рассерженные горожане».
Стране нужен тот самый – молодой, энергичный, жесткий Путин, которого мы все с вами помним еще по первому президентскому сроку
Газета ВЗГЛЯД уже рассказывала о трех стратегиях, которые эксперты предлагают партии власти. Существует еще один путь, он предложен самими единороссами. Речь идет о широкой внутрипартийной идеологической дискуссии.
О том, как именно может эволюционировать «Единая Россия» и почему старый Путин лучше новых двух, газете ВЗГЛЯД рассказал член партии, историк, профессор МГИМО Владимир Мединский.
ВЗГЛЯД: Владимир Ростиславович, СМИ на минувшей неделе активно рассуждали о том, что «ЕР» будет разделяться на платформы. Не ослабит ли внутрипартийная конкуренция «Единую Россию»?
Владимир Мединский: Не ослабит. Внутри любой организации нужна конкуренция: и в бизнесе, и в политике. Речь идет о конкуренции идей, взглядов, убеждений. Партия – это живой организм, который без внутренней динамики умирает. Иначе что получается? То, что сказало начальство, – это истина в последней инстанции раз и навсегда, не обсуждается? Вы такую партию хотите?
Внутренняя конкуренция усилит партию, в том числе и потому, что она покажет избирателю разных людей. Она позволит каждому избирателю найти своего единомышленника в партии. У нас действительно люди разные. Путин очень долго своим личным рейтингом партию прикрывал. Сейчас ситуация, когда все сводится к одной личности, неэффективна: ни для Путина, ни для «ЕР», в которой вообще-то два миллиона человек, каждый со своими убеждениями. Мы же не дети малые, чтобы все время придерживаться за полу пиджака Владимира Владимировича и без его инициативы рта не открывать. Я думаю, что такая партия Путину не нужна. Ему нужна партия людей активных, самостоятельных, ищущих, отстаивающих свою позицию, борющихся и могущих донести свою точку зрения до избирателя. Именно такая партия Путину нужна.
ВЗГЛЯД: А «отстранение Путина от партии» действительно происходит? Вы как представитель «ЕР» чувствуете это?
#{image=581622}В.М.: Ну, знаете. Я же не девушка, чтобы переживать: «отстраняется от меня молодой человек или не отстраняется». Если хочешь, чтобы от тебя не отстранялись, ты этому соответствуй и веди себя соответствующе. Не ищи злопыхателей и потенциальных ухажеров, а веди себя соответствующе – обновляйся, следи за собой, занимайся спортом, читай книги, будь интересным человеком – тогда от тебя никто отстраняться не будет. И партия должна быть такой. То, что было хорошо и эффективно на протяжении десяти лет, сейчас работает хуже: общество меняется, и партия должна меняться.
ВЗГЛЯД: Страна меняется на площадях...
В.М.: Там, у протестующих, есть и детское чувство обиды, есть и злой умысел, есть и карьерные амбиции, есть среди них и жулики – много чего есть, но это не значит, что все десятки тысяч людей, выходящих на площади, – это агенты Госдепа, жулики или дети неразумные. Люди искренни в своей гражданской активности. Их надо слышать, с ними надо работать. Их чаяниям надо отвечать, это наши избиратели. Я убежден, что из находящихся на площади большая часть готова при условии взаимопонимания и движения друг другу навстречу поддерживать Путина. А кого им еще поддерживать? Зюганова, что ли? Если мы не будем отталкивать этих людей, они станут нашими сторонниками.
ВЗГЛЯД: Они с трибун говорят, что вашими сторонниками быть не хотят.
В.М.: Не нужно ассоциировать то, что происходит на трибуне, с тем, что происходит на площади. Вышли протестовать совершенно разные люди, с совершенно разными интересами. И поэтому действо в вип-зоне и на трибуне – это одно, а десятки тысяч людей на улице – это совсем другое. Я не предлагаю тотчас начать обниматься с лидерами оппозиции. Я предлагаю услышать людей, вышедших на улицы, понять, почему они вышли. Люди хотят справедливости, они убеждены, что с ними сыграли не по правилам, что с ними поступили несправедливо. Если мы их будем отталкивать от себя, чего мы добьемся?
ВЗГЛЯД: Партии будет трудно контактировать с «рассерженными горожанами»?
ВЗГЛЯД: Могу представить как раз...
В.М.: Я не говорю, что я прав – и точка, а кто-то другой – нет. Я просто высказываю свою точку зрения, которая, безусловно, совпадает с точкой зрения многих членов «ЕР». Именно для этого и нужна внутрипартийная конкуренция идей. Всему свое время: десять лет назад было важно построить вертикаль власти, обеспечить дисциплину, обеспечить принятие срочных законов и т.д. Сейчас важно обеспечить реальную конкуренцию, обновление, реальную борьбу с коррупцией, а не эту возню понарошку, которую мы изображаем. Необходимо обеспечить реальную реформу силовых структур, а не мнимое исполнение указаний президента. Если мы упремся в то, что мы во всем правы и ничего мы тут менять не будем, то всему придет конец... Власть, которая не меняется вместе с обществом, неустойчива. Либерально-демократическая партия Японии, правившая полвека, была очень гибкой структурой – множество фракций, депутатских групп, центров влияния. Она была гораздо гибче, чем «Единая Россия». И только благодаря этому она пятьдесят лет у власти и держалась.
ВЗГЛЯД: В «ЕР» фракции должны создаваться на основе клубов?
В.М.: Думаю, да. Мы еще год назад говорили вместе с Юрием Шуваловым, Андреем Исаевым, что именно клубы должны стать основой внутрифракционного разделения «Единой России». Причем важно, чтобы это разделение было не механическим, то есть просто всех расписали по группам и никакой разницы между группами нет, просто арифметически поделили. На деле разделение должно быть идеологическим, тогда и законопроекты будут обсуждаться содержательно, каждый со своей точки зрения. Пусть агитируют, пусть доказывают, пусть каждый вносит свои поправки. Это же интересно, это полезно и эффективно.
ВЗГЛЯД: Идеологически есть три позиции, насколько можно судить по клубам?
В.М.: Три идеологических платформы и четыре партийных клуба: два либеральных, консервативный и патриотический. Два либеральных, потому что у нас либералы всегда, даже в «ЕР», делятся и спорят – закон природы такой. И, например, лидер одного из либеральных клубов Андрей Макаров выступил против. Ну, а другие либералы, например, Андрей Ильницкий, Ольга Крыштановская, поддержали мою позицию.
ВЗГЛЯД: Но решение о платформах будет принимать руководство?
В.М.: Думаю, этот вопрос стоит предварительно вынести на обсуждение партии, может, обсудить на Генеральном совете. Понимаете, внутри РСДРП было очень много разных течений: от Бунда до большевиков. Это не помешало им победить и прийти к власти. Когда же партия стала монолитом, поначалу это было эффективно, а затем, спустя 70 лет, именно эта забюрократизированная монолитность привела к краху и партии, и страны.
ВЗГЛЯД: Мы такие, кстати, монолитные, что Владимир Путин гарантированно победит, отчего как-то падает интерес к президентским выборам...
В.М.: Наоборот, интерес к этим выборам очень велик. Будет интерес, безусловно, и к прозрачности, к тому, как будет налажена прозрачность этих выборов. Я свои предложения на этот счет как раз опубликовал уже. Мне кажется, гораздо проще и дешевле просто вывешивать протокол на дверях УИК – избирательной комиссии через час-полтора после закрытия участка. Такие же протоколы – публично подписанные – вывешивать на дверях в территориальных избирательных комиссиях. И пусть они висят сутки. Никто никаких вопросов не задаст. Вот они – со всеми подписями. Фотографируйте, отсылайте. А вся эта история с веб-камерами – это очень, конечно, красиво, но очень дорого, на мой взгляд. Для власти сейчас предельно важно обеспечить прозрачность выборов, потому что если она этого не сделает, то каков бы ни был результат, выборы будут априори объявлены нелегитимными. А что вообще самое главное для страны? – чтобы «царь был настоящим». Посему Владимир Путин заинтересован в прозрачности больше всех, тем более что с его рейтингом в победе сомневаться нет никакого смысла. И, по большому счету, не принципиально, в каком туре он победит: в первом или во втором.
ВЗГЛЯД: На местах будут стараться, как можно понять...
В.М.: Самое плохое, что может сейчас предпринять региональный начальник, желая выслужиться, – это начать административное давление «за Путина». Худшей «подставы» Путину сделать нельзя. Я бы за этим, честно говоря, следил. Вспомните Москву два года назад, когда команда Лужкова, выслуживаясь перед Кремлем, добилась на выборах 66% за «Единую Россию», с одномандатниками – вообще, кажется, 33 из 35 депутатов городской Думы – единороссов. Тогда это ограничилось бунтом оппозиции в зале Госдумы. Если бы подобный перегиб произошел сейчас, не знаю, во что бы все вылилось. Наша сила заключается в том, что Путин ни в каких приписках не нуждается. Это надо четко понять. Все желающие «приписать голос Путину» – просто враги России. У нас сильный кандидат. Приписанный ему голос – это удар Путину в спину.
ВЗГЛЯД: А Путин 2.0 выглядит сильнее?
В.М.: Меня и Путин 1.0 вполне устраивал и устраивает. Я считаю, что это все от лукавого – какие-то политологические размусоливания. Путин 2.0, 3.0... «Улучшенный» Путин...Обновленный... Не надо его обвешивать всякими «перезагрузками».... Дай бог, чтобы Путин оставался таким, каким он был, каким мы его помним по началу нулевых годов. Вот и все. Стране нужен тот самый – молодой, энергичный, жесткий Путин, которого мы все с вами помним еще по первому президентскому сроку. Пусть он будет таким. Пусть он таким продолжает работать.