Глава Федеральной службы исполнения наказания Александр Реймер ответил на вопросы корреспондента газеты ВЗГЛЯД по поводу того, какие перемены в ближайшие годы могут ожидать россиян, осужденных на лишение свободы.
#{smallinfographicright=427277}ВЗГЛЯД: Александр Александрович, в начале следующего года в силу вступит президентский законопроект, смягчающий наказание за преступления небольшой и средней степени тяжести. В том числе по 60 составам преступления будут назначаться лишь исправительные работы. Готова ли ФСИН предоставить необходимое число рабочих мест для осужденных на исправительные и обязательные работы?
Александр Реймер: Я бы не стал увязывать редкое вынесение приговоров в виде исправительных работ с невозможностью их исполнения или отсутствием рабочих мест. Мы выполняем все приговоры, которые выносит суд. У нас что, нет вакансий дворников? Да сколько угодно. Хотя ситуация с исправительными работами обстоит несколько сложнее, чем с обязательными, но она не критичная. Поэтому слова о том, что мы не можем исполнять исправительные работы, неверны.
С начала 2011 года в 30 регионах страны начнется эксплуатация электронных браслетов |
Наши сотрудники содействуют в трудоустройстве осужденных. Конкретные предприятия я перечислить не могу, но у ФСИН есть возможности для исполнения любых решений суда. В том числе и при назначении принудительных работ. Над соответствующим законопроектом сейчас работает Минюст. Планируется, что он вступит в силу с 1 января 2013 года. Также мы уже с начала 2011 года начнем эксплуатацию электронных браслетов в 30 регионах страны.
Операторы связи пообещали обеспечить полное покрытие всей территории. Ведь если покрытия не будет на каких-то участках, то нет смысла использовать эти браслеты – человек вышел из зоны покрытия и пропал. Производство браслетов уже начато в России. Чипов у нас собственной разработки пока нет, чипы будут покупными. Остальные все части браслета будут производиться на территории России. Возможно, мы даже разместим часть производства браслетов в колониях.
ВЗГЛЯД: После гибели Сергея Магнитского и появления президентского законопроекта, позволяющего освобождать тяжелобольных заключенных, планируете ли вы увеличить штатную численность медработников в тюрьмах?
А. Р.: Штатная численность увеличиваться пока не будет. Хотя очевидно, что оставлять медицину в том виде, в каком она существует, нельзя. Мы сейчас идем по двум направлениям.
Первое – начали эксперимент в Тверской и Ленинградской областях, где создаются медико-санитарные части, которые подчиняются управлению федеральной службы, а не начальникам территориальных медорганов. В такую медико-санитарную часть вводятся все медицинские учреждения изоляторов и колоний, а начальники этих медучреждений выводятся из-под руководства администрации этих колоний и изоляторов. На этом долгое время настаивали правозащитники.
Второе направление. Под руководством Минюста сформирована рабочая группа, которая отрабатывает вопрос передачи медработников вообще под полное управление Минздрава. На уровне правительства будет затем выбран путь, по которому мы пойдем. Минздрав пока этот вопрос изучает.
ВЗГЛЯД: Ранее сообщали, что во ФСИН сейчас разрабатывается система «социальных лифтов» для заключенных. Что она будет из себя представлять?
А. Р.: Мы решили определить шкалу критериев, которые характеризуют осужденного, и эти критерии будут определенные, конкретные, прозрачные, не допускающие двойного толкования. Например, труд: либо осужденный трудится, либо нет.
В зависимости от поведения заключенного относительно этих критериев будет решаться – перевести ли его на более легкий режим содержания или даже направить обращение об условно-досрочном освобождении. Этот эксперимент мы уже провели в девяти субъектах. По его итогам оказалось, что две трети осужденных улучшили свое поведение. Сейчас мы планируем распространить этот опыт и на другие колонии. Самое главное, что критерии понятны, с ними будут ознакомлены все осужденные.
Сейчас же осужденный может обратиться с просьбой об УДО, когда, как гласит нынешний официальный критерий, «больше не нуждается в перевоспитании». На него предоставляется характеристика. Все эти размытые и оценочные характеристики приводят к коррупции во ФСИН. Уже 29 уголовных дел было возбуждено по подобным фактам коррупции только в этом году.
ВЗГЛЯД: А как бы вы могли оценить поведение Михаила Ходорковского* исходя из ваших критериев?
А. Р.: Он сейчас находится в СИЗО. В тот же момент, когда он находился под наблюдением ФСИН, я работал в милиции, так что охарактеризовать его я не могу.
* Признан(а) в РФ иностранным агентом