Аналогии, как и всегда, совершенно условны, и всё же Аляска напомнила первую встречу Горбачёва и Рейгана в Женеве почти 40 лет назад. Не по содержанию (оно скорее противоположно), а по самой схеме. Договориться не смогли, однако коммуникация перешла на качественно другой уровень.
Мирного блицкрига, как хотел Трамп, не получилось. Но и разрыва не произошло. Позиционное дипломатическое противостояние продолжается. По логике сорокалетней давности теперь на очереди Рейкьявик (1986), где тоже не договорились, но идеи звучали почти революционного рода. Результата достигли в Вашингтоне (1987), там подписан тот самый договор РСМД, который в два этапа почил в бозе как раз при Трампе (первый и второй срок).
Сейчас всё ускорилось, война идет не холодная, и годичных перерывов между встречами в верхах не будет. Продолжение последует намного раньше – то или иное. Надо ждать попыток представить результат встречи как проигрыш Трампа, которому Путин навязал свой темп и свою логику. Отчасти так и есть. Но для достижения устойчивого результата иного варианта, кроме как попытаться решить весь комплекс проблем, не существует.
Если процесс, начатый на Аляске, продолжится в наметившемся духе, исход может быть обратным тому, к чему привел процесс, начатый в Женеве. В том смысле, что тогда речь шла о завершении холодной войны на условиях Вашингтона, и Рейган этого добился. Теперь на повестке завершение периода после холодной войны, когда Соединенные Штаты доминировали на мировой арене в качестве глобального лидера. Это объективное развитие событий – началось оно не сегодня, но подошло к кульминации. Кстати, немаловажно, что запрос на такое исходит прежде всего из самих США, как в свое время основной запрос на изменения исходил из советского общества.
Как и тогда, всё извилисто. Хватает игроков и внутри стран, и вовне, которые попытаются остановить тенденцию или развернуть ее вспять. Много зависит от степени уверенности двух президентов, что они двигаются в правильном направлении.
Любопытная деталь. Сорок лет назад в Женеве символом перемен стала совместная пресс-конференция, на которой журналисты с обеих сторон впервые получили возможность задать вопрос первому лицу противостоящего лагеря. Открытость считалась подспорьем для решения накопившихся проблем. Сегодня символом стало то, что ни на какие вопросы прессы начальники отвечать не стали.
Реальная дипломатия пытается вернуться в тишину и прекратить бесконечное и довольно разрушительное шоу, в которое превратилось информационное пространство за истекшие десятилетия. Закрытость берет реванш.