Советник президента Путина Николай Патрушев заявил, что у Одессы и «подавляющего большинства» ее жителей «нет ничего общего с киевским режимом». Проще говоря, Патрушев дал понять, что Одесса должна вернуться в родную гавань по итогам СВО.
Однако – при всем уважении к Городу у моря и всей нужности его России – в интервью Николая Платоновича был куда более важный аспект. Он рассказал о том, как должны формироваться границы послевоенного украинского государства.
«Наша страна уважает волеизъявление народа. Это видно по опыту вхождения в состав России Крыма, Севастополя, Донбасса и Новороссии. Жители регионов Украины, в том числе причерноморских, должны сами определять свое будущее», – заявил он.
Конечно, кто-то может посчитать это частным мнением российского политика. Но, во-первых, Николай Патрушев – бывший глава ФСБ, и он слов на ветер не бросает. Во-вторых, он считается одним из самых близких к Владимиру Путину людей. И в-третьих, сам Владимир Путин еще в ноябре 2024 года рассказал о похожем подходе к определению украинских рубежей. «Граница Украины должна проходить в соответствии с решениями, с суверенными решениями людей, которые проживают на определенных территориях, которые мы называем своими историческими территориями», – заявил он. И под историческими российскими территориями здесь можно понимать все нынешние земли Украины – кроме, пожалуй, самой западной части Галиции.
На самом деле предложение Патрушева (будем так его называть) является для России оптимальным решением украинского вопроса – под которым подразумевается прежде всего ликвидация нынешних и будущих угроз, исходящих от проекта «Анти-Россия», в который превратилась Украина. Надежно денацифицировать и даже демилитаризировать ее вряд ли получится – бацилла русофобии сейчас находится глубоко внутри украинского государственного проекта и политического класса. Через один, два или максимум три избирательных цикла в неподконтрольном России Киеве к власти снова придут русофобы, которые на основании «воли народа» и при поддержке перевооружившейся Европы пересмотрят условия мирного соглашения. В том числе и вопрос вступления в НАТО и размещения на их территории иностранных войск.
Поэтому оптимальным решением станет просто территориальная минимизация и максимальное ослабление украинского государственного проекта. Проще говоря, нужно вернуть в состав России все портовые, богатые ресурсами, да и вообще населенные русскомыслящими людьми (которые сейчас подвергаются культурному геноциду со стороны укронацистов) земли нынешней Украины. И вернуть их можно как раз посредством проведения там референдумов – где люди, по мнению Николая Патрушева, проголосуют правильно. «Вряд ли они связывают свою судьбу с неонацизмом. Безвольно подчиняться киевской нелегитимной власти они не хотят», – считает он.
Да, сейчас социологические опросы показывают, что население Украины настроено антироссийски. Однако, во-первых, эти соцопросы делают киевские же социологи. Во-вторых, ни один здравомыслящий человек (разве что очень храбрый) не скажет сейчас, что он за Москву – поскольку сразу же окажется в руках украинского гестапо. В-третьих – и это главное – население в массе своей всегда выбирает не телевизор, а холодильник. И если перед людьми встанет выбор между разрушенной, лишенной будущего, переполненной радикалами, обремененной колоссальным внешним долгом дезинтегрирующейся Украиной и богатой, развивающейся Россией, то они выберут Россию. Однако вопрос в том, как реализовать это право украинцев на самоопределение? Юридически, а самое главное – технически?
Да, чисто теоретически референдуму на Украине все равно быть. Москва требует от киевского режима признания наших воссоединенных территорий (ЛНР, ДНР, Запорожья, Херсона, а также Крыма и Севастополя), и для внесения подобных изменений в украинскую конституцию нужно народное волеизъявление. Которое вполне может касаться не только утраченных, но и нынешних территорий. Однако на пути этой идеи стоят два серьезных «но».
Во-первых, Украину нужно еще заставить провести расширенный референдум – и для этого киевский режим должен находиться даже не на грани, а за гранью серьезного военного поражения. Как гитлеровская Германия или императорская Япония в 1945 году. На Украине ведь понимают, что подобный расширенный референдум может стать приговором украинскому государству как таковому – а значит, и его элитам.
Во-вторых, проблемой будет провести даже обычный референдум. Украина – особенно если она не будет за гранью – может потребовать, чтобы референдум о выходе территорий из состава Украины проходил и на этих территориях. То есть, проще говоря, в российских регионах. Даже с учетом того, что почти все тамошние жители уже являются гражданами России. Для Москвы выполнение этого требования будет абсолютно неприемлемо. Не потому, что мы как-то беспокоимся за результат, а потому, что в российских регионах нельзя проводить референдумы о том, хотят ли тамошние жители выходить из состава России. Это противоречит нашей Конституции и здравому смыслу, подкладывает мину под российскую государственность в будущем.
Но хорошо, теоретически все эти проблемы могут быть решены, и киевский режим все-таки согласится на расширенный референдум. Однако тут же встает организационный вопрос: кто, как и под каким контролем будет его проводить? Кто будет обеспечивать безопасность референдума, организовывать его информационную составляющую и в конце концов считать бюллетени?
Если это будет киевский режим или европейские «партнеры», то итог голосования очевиден – люди единым строем «проголосуют» за жизнь в умирающей стране. Москва, конечно, может настаивать на участии партнеров из стран Глобального Юга – того же БРИКС – однако это тоже проблематично. Вряд ли условные Китай или Индия рискнут участвовать в таком мероприятии – не говоря уже о том, что прецеденты выхода территорий из состава государства по итогам референдума невыгодны им самим.
Поэтому будем реалистами – итог референдума будет справедливым лишь в том случае, если он будет проходить под контролем или как минимум наблюдением со стороны России. А для этого российские наблюдатели должны не просто находиться на украинских территориях, но и иметь право принимать там решения.
Проще говоря, выполнение логичного и правильного предложения Николая Патрушева возможно лишь в одном-единственном случае – если к моменту референдумов украинская территория будет находиться под контролем российской армии. Которая даст возможность жителям исторических российских регионов (не только Одессы) сделать для себя исторический выбор.