На казанском саммите БРИКС Владимир Путин произнес одну знаковую фразу. «России угрожать бессмысленно, потому что нас это только взбадривает», – сказал президент. Сказанное не просто верно по существу – здесь краеугольный камень нашей самоидентификации, соборного представления о себе и о мире.
Это как раз то самое обстоятельство, которое на протяжении многовековой истории так и не научились учитывать наши противники самых разных намерений и образов мысли. Внешнее давление, каким бы серьезным и сокрушительным оно порой ни казалось, только усиливало нашу страну, укрепляло ее, расширяло ее влияние и пределы. Россию всегда скрепляло ощущение внешней угрозы.
Внешнее давление способствовало объединению русских земель вокруг Москвы, которая с ее кольцевой структурой очень удачно расположилась на скрещении русских дорог, как бы вдохновляя на переход от круговой обороны к соединению и скреплению всех частей света – русского Востока и Севера с Западом и Югом.
Самым серьезным испытанием на нашей исторической памяти явилась зависимость от монголо-татар, так называемое монголо-татарское иго. Но не прошло и столетия после достопамятного стояния на реке Угре (1480), как большая часть земель Золотой Орды, важнейшие ее преемники – Казанское и Астраханское ханства, оказались в составе Московского царства. Представители лучших татарских семей вольготно устроились на службе батюшки-царя, основали славные аристократические фамилии, а казаки перевалили через Камень, отправившись за Урал на поиск несметных богатств и берегов «последнего моря».
В Смутное время нам грозили поляки и запорожские казаки, разорили страну, мечтали усадить своих ставленников на московский престол. Даже после того, как Минин и Пожарский с позором изгнали шляхту из Кремля, они продолжали лелеять захватнические планы. Думали воспользоваться неразберихой у этих русских, прижать их к ногтю. Еще в 1618 году гетман Сагайдачный с запорожскими казаками стоял у Арбатских ворот.
И что же? Не прошло и полстолетия, как на Переяславской Раде (1654) те же запорожцы присягали Алексею Михайловичу, а еще через полтора столетия Варшава была провозглашена третьей столицей империи.
За поляками последовали шведы. Всё XVII столетие они бесновались на северо-западных рубежах, устроили подлинный геноцид православного карельского населения (почему-то у нас замалчивается эта трагическая страница отечественной истории), выжигали села, вешали священников, терзали женщин и детей. Выжившие православные карелы вынуждены были покинуть обжитые еще с новгородских времен города и деревни по берегам Ладоги, перебраться вглубь России, в Тверские земли.
Но наступил новый век. Пришел Петр. Санкт-Петербург был провозглашен столицей империи. От шведской крепости Ниеншанц осталось только название, их «королевский замок» – Выборг – увидел себя славным русским городом, на Ладоге расцвел Валаам, а сама Швеция навсегда перестала играть сколь-нибудь значительную роль в мировой истории.
Через столетие и Великое княжество Финляндское на много десятилетий упало в объятия Российского государства.
В начале XIX столетия России пытался грозить Наполеон. Он требовал совсем «немногого» – отказаться от Польши и присоединиться к континентальной блокаде Англии.
На Отечественную войну поднялась вся страна, русский народ покрыл себя неувядаемой славой, бонапартова Европа была сметена с лица земли, а русские солдаты и офицеры прекрасно провели время в Париже. С тех пор там появились «бистро».
Во время Крымской войны Запад вновь пытался «остановить» Россию, «запереть» ее в Черном море. Чтобы «сосредоточиться», нам хватило двух десятилетий. По итогам войны за независимость Болгарии блистательный Скобелев прогуливался по Константинополю, и только очередные дипломатические хитрости европейских держав оставили несчастной Османской империи византийскую столицу и вожделенные проливы.
Уже после революции, во время Гражданской войны, стремление интервентов отхватить от России куш пожирнее заставило славного Брусилова, а с ним множество русских офицеров и военных спецов перейти на сторону Красной армии. Это во многом обеспечило победу красных и безопасность Советского Союза.
Гитлер, а с ним половины Европы, в середине XX века вновь пытались свести с нами счеты и расширить «жизненное пространство» на восток. Подвиг советского народа спас мир от национал-социализма и положил конец рейху. Германия на сорок пять лет оказалась разделена, и ее объединение стало возможно только благодаря доброй воле руководства нашей державы (как ни относись к Горбачёву – это исторический факт).
После 1991 года коллективный Запад презрел все возможные договоренности и вновь начал экспансию. За Восточной Европой и Прибалтикой последовала Украина. Два с лишним десятилетия наш противник выстраивал в Киеве свою анти-Россию. Итогом стал русский Крым и восставший Донбасс.
Десять лет украинской войны показали, что в европейских столицах не любят учить уроки истории. Угроза следует за угрозой, но результат будет один, и будет он – к вящей славе нашего Отечества. У замечательного русского поэта Владимира Солоухина есть провидческое стихотворение. Мне кажется, его уместно здесь вспомнить:
«Над черными елями серпик луны,
Зеленый над черными елями.
Все сказки и страсти седой старины.
Все веси и грады родной стороны —
Тот серпик над черными елями.
Катился на Русь за набегом набег
Из края степного, горячего,
На черные ели смотрел печенег
И в страхе коней поворачивал.
Чего там? Мертво? Или реки, струясь,
Текут через мирные пажити?
За черные ели орда ворвалась…
А где она, может, покажете?
В российском лесу гренадер замерзал,
Закрыться глаза не успели.
И долго светился в стеклянных глазах
Тот серпик над черными елями.
За черные ели родной стороны
Врывались огонь и железо…
Над черными елями серпик луны
В ночное безмолвие врезан.
Чего там? Мертво? Иль трубы дымят?
Глубоко ли кости повсюду лежат
Иль моют их ливни косые?
Над черными елями звезды дрожат,
В безмолвии лунном снежинки кружат…
Эй, вы, осторожней с Россией!».