Дом моды Славы Зайцева на проспекте Мира стал в советское время такой же достопримечательностью Москвы, как Кремль и МГУ, Таганка с Высоцким и Театр сатиры с Ширвиндтом. А на девять тысяч километров от них на восток – леса, горы, моря и советский народ. Считалось, что советский народ ходил в черном и сером, о чем и сообщали нам редкие эмигранты из брайтонских листовок. Но у нас был Слава Зайцев. Фотографии его безумно прекрасных манекенщиц доходили даже до сознания сильно пьющих сезонных рабочих на Парамушире и Олюторке.
Его даже показывали по телевизору. Товарищи женщины обсуждали его коллекции, приходя к выводу, что они слишком экстравагантны, и в такой шляпке, как у манекенщицы Збарской, торговать пивом из цистерны не с руки. Для огромного советского народа он был любопытным аттракционом – что-то вроде непричесанной молодой певицы в балахоне и ее «Арлекина». Мало кто в жизни щупал трудовыми руками вещи от Славы Зайцева, но все знали, что они есть. Примерно там же, где и гитара Высоцкого. Все знали, что где-то есть красные платья и белые пальто, и это грело душу. Чуть меньше, чем групповой полет «Востоков», но грело.
Вам трудно понять, что Слава появился в годы, когда страна выползала из послевоенной разрухи – особенно в области легкой промышленности. В другой разрушенной стране, которая никогда не умела нормально одеваться – Германии, пыталась что-то сделать женщина по фамилии Бурда. И сделала упор на самострок на дому. Слава ничего такого не стал затевать и остался прекрасной птицей в отдельно построенном вольере. Slava был ярким экспортно-пропагандистским инструментом. Чуть что, опять кто-то бухтит про плохо одетый советский народ, а ему бац в ответ: «Зато у нас есть модельер уровня Кардена, или Диора, или Шанель, да еще и с собственным домом моды на Кузнецком мосту/проспекте Мира».
А еще говорят, что у него были очень качественные материалы. Где он их брал – непонятно, но таки брал. Ему было не под силу в одиночку разогнать ледокол тряпичной промышленности СССР, но он хотя бы шел по льдам маленьким буксиром. И, как говорят, в отличие от многих вундеркиндов московского разлива, не пытался уничтожить конкурентов. И вообще был добрым и приличным человеком. И, кстати, хорошим художником – для этого достаточно ознакомиться с его живописными работами.
Когда я лет тридцать пять назад начал ездить на работу по проспекту Мира, было заметно, что знаменитый Дом моды начинает приходить в упадок – чисто архитектурно. Что там происходило внутри – мне неизвестно. Но смена общественных формаций с социализма прямиком в дикий капитализм не оставила в покое никого.
И Москва уже выглядела с других концов страны совсем по-другому. Гораздо хаотичней. Уже вместо Высоцкого была передача «Взгляд», по улицам ездили «Ночные волки» с молодым дизайнером Егором Зайцевым, писатель Лимонов учил писателя Холина делать вареные джинсы и продавать их на Рижском рынке. А в недрах Дома моды Славы Зайцева проходил преддипломную практику юный Валентин Юдашкин.
Валентин Абрамович быстро стал актуальной медийной заменой Вячеслава Михайловича – тогда все делалось очень стремительно. Юдашкин идеально вписался в новую медийную тусовку и вообще в новую жизнь. Хорошо и много работал на заграницу. Воплотил старинную советскую мечту иметь отечественные джинсы. Его шикарный магазин находился на Кутузовском проспекте, когда я последний раз проезжал по Кутузовскому, он был еще там. Все в его жизни говорило, что он – дитя русского капитализма, что никуда не уедет, останется со своей страной навсегда. Парадная форма для русской армии от Юдашкина – лишнее тому подтверждение. В отличие от Славы Зайцева, ему не приходилось работать живой витриной какого-нибудь политического режима. Зато наши бывшие партнеры попытались добиться от него осуждения СВО на неделе высокой моды в Париже. Ушли ни с чем.
Мало кто знал, что с 2016 года он серьезно болел. Его все воспринимали, как веселого, улыбчивого человека. Его Дом моды считается сегодняшним флагманом российского pret-a-porter. Как когда-то Дом Славы Зайцева. И в этом смысле он его ученик и наследник. Современный, технологичный, яркий, вписывающийся в мировой контекст. Вместе с лучшим, что делается в стране.
Вячеслав Михайлович и Валентин Абрамович ушли от нас с промежутком в два дня, внезапными майскими днями. Не только медиа, но и простые люди оказались этим ошеломлены. Потому что мы даже не можем целиком объять один вопрос – кто придет им на замену? Кто заполнит огромную дыру в немножко имперском, качественном и консервативном бизнесе такой одежды? Просто пока в шоке, некогда даже было думать. Но рано или поздно придется.