Коллективный Запад продолжает плодить фейки в рамках методички «Россия выпрашивает переговоры». На сей раз отличился секретарь Совета национальной безопасности и обороны Украины Алексей Данилов. Он рассказал о «корейском варианте», который Москва сейчас якобы предлагает Западу. Вариант, при котором речь идет о заморозке конфликта с разграничением сторон по какой-то естественной линии (на Корейском полуострове речь шла о 38-й параллели). Причем заморозке не временной, а перманентной.
Москва отрицает факт ведения таких переговоров – по словам пресс-секретаря президента Дмитрия Пескова, «никто об этом не говорит… это очередная утка». И это действительно так – Россия не ведет переговоры ни о корейском, ни о каком другом варианте. Просто потому, что сейчас для этого нет никаких оснований. Нет и готовности Запада к приемлемому компромиссу – а также желания России что-то у Запада просить (не для того мы начинали СВО).
Однако ирония ситуации в том, что так называемый корейский вариант в будущем может быть вполне жизнеспособен. Более того, по мнению ряда экспертов, он является базовой формулой для заключения итогового соглашения по Украине – тогда, когда Москва заставит Запад его принять.
Будем делить
Нужно понимать, что корейский вариант – это не про перемирие. Не про временное прекращение огня и тем более не про заморозку конфликта. Это, по сути, раздел Украины на две части, оформленный в виде соответствующего соглашения.
В этом корейский вариант в корне отличается от тех «хасавюртов», которые сейчас враги предлагают Москве – тех, что подразумевают требования вернуть Украине либо Херсонскую и Запорожскую области (которые озвучивают западные «голуби»), либо эти области плюс ЛНР и ДНР (точка зрения западных «ястребов»), либо вообще все эти территории плюс Крым и репарации (чего хочет киевский режим). При этом даже в Киеве понимают, что на один из этих сценариев Москва ни за что не пойдет.
Отличаются эти варианты и от того плана, который предлагают российские турбопатриоты – вести СВО до выхода на российско-польскую границу в районе Львова. Понятно, что этого выхода не будет – либо он будет сопряжен с очень-очень большими издержками. Как минимум потому, что после коллапса киевского режима (а это необходимое условие для такого глубокого продвижения Российской армии) на Западную Украину зайдут поляки, которые сейчас активно готовят оккупационный контингент. Кроме того, западноукраинский осколок УГИЛ (Украинское государство Ивано-Франковска и Львова, как ее называет замглавы запорожской администрации Владимир Рогов) превратится в серьезную обузу для России из-за наличия там сильных антироссийских настроений. У нас не времена Сталина, когда НКВД мог не церемониться с бандеровскими террористами и когда присоединение этих территорий в 1939 году отчасти спасло Москву в 1941-м – гитлеровцы банально не успели дойти до столицы до зимних холодов.
Именно поэтому российская СВО, скорее всего, закончится именно корейским вариантом – разделом Украины между Россией и Западом. Однако пока Запад к этому банально не готов – он еще надеется сломить Москву, и согласием на корейский вариант Россия должна продемонстрировать ему, что иных вариантов не будет. То есть, проще говоря, нанести киевскому режиму серию серьезнейших поражений – и освобождение Соледара является первым шажком на этом пути. Во-вторых, для реализации этого варианта должна сложиться правильная конфигурация на земле. Вариант не предполагает и не может предполагать передачу России каких-то дополнительных территорий – для Запада это будет самым настоящим унижением. Вариант предполагает лишь договорную фиксацию на земле – а значит, перед его заключением Москва должна выйти на условную «38-ю параллель».
Правильная параллель
Вопрос в том, что для Москвы является этой параллелью. Очевидно, что программой-минимум являются следующие территории: во-первых, все российские земли и города. Корейский вариант предполагает заключение письменного соглашения за подписью сторон, а Россия не может подписать никакой документ, предполагающий сдачу российских территорий врагу, пусть даже на временной основе. Это запрещает российская Конституция. Во-вторых, границы остатка Украины должны быть отодвинуты на максимальное расстояние от Москвы (для того, чтобы максимально увеличить подлетную дальность ракет) – сейчас от Черниговской области до столицы РФ менее 500 километров. В-третьих, Россия должна получить территориальный выход к Приднестровью. В ином случае сразу после перемирия эта территория с несколькими сотнями тысяч российских граждан, зажатых между Украиной и Румынией, будет жертвой военных провокаций – и Москве придется нарушать перемирие, пробиваться для спасения своих граждан через Украину (поскольку пробиваться через Румынию нельзя, это активация 5-й статьи НАТО и ядерная война).
Казалось бы, тогда «38-й параллелью» должен быть Днепр – о нем, собственно, и говорят сторонники «корейского варианта». России, мол, отойдет левый берег, а Украине – правый. Однако эта граница не совсем релевантна. Да, она отодвигает украинскую территорию от Москвы примерно на 200 километров – но и российский город Херсон (со значительной частью российской Херсонской области), и Николаев с Одессой (являющиеся частью сухопутного коридора в Приднестровье) находятся на правом берегу Днепра. Более того, российские войска не могут просто форсировать Днепр в районе Херсонской области и освободить российские же города – такое форсирование чревато большими потерями. Гораздо проще выйти на правый берег в районе Запорожья или Днепропетровска (после их освобождения), а затем уже продвигаться по этому правому берегу до Одессы. Освобождая при этом Кривой Рог, возможно, Кировоград (сейчас Кропивницкий) и ряд других правобережных территорий. Которые, понятно, отдавать Украине назад никто не будет.
Именно поэтому точные условия корейского формата пока не определены. Как и не определено время, когда начнутся серьезные переговоры на эту тему. Напомним, что перемирие в Корее было согласовано только после того, как возникли два условия. Стороны не могли больше наступать – и внутри себя примирились с тем, что альтернативы официального раздела Кореи нет. Поэтому сейчас задача Москвы – убедить, а точнее принудить Соединенные Штаты и Европу принять «корейский вариант».
Вопрос в том, сколько времени займет это убеждение? Судя по всему, не недели. И даже не месяцы. Ну что ж, мы дождемся. А вот дождется ли Украина?