Всю прошлую неделю мы наблюдали наступление Луганского и Донецкого корпусов на самый мощный укрепрайон ВСУ. Атакующим отрядам республик удалось довольно быстро проломить первую линию обороны Марьинки, Авдеевки, ворваться в Пески, где большая часть поселка перешла под наш контроль. И военные репортеры, и официальные представители командования одновременно отметили резкое (в разы!) снижение работы артиллерии противника, которое и позволило бригадам республик продвинуться вперед.
Внезапное отсутствие украинской артиллерии у Песок и Авдеевки (точнее – ее слабая активность) может объясняться несколькими причинами: снарядным голодом для советских калибров, тяжелыми потерями в матчасти, переброской артиллерии на другой участок для создания мощного артиллерийского кулака.
Из всех этих вариантов самым логичным мне видится третий вариант. Похоже, ВСУ не отказались от идеи нанесения контрудара и стягивают силы в район его нанесения. Различные подсчеты выдают численность группировки, подготовленной к контрнаступлению, – от четырех до шести бригад, из которых минимум две танковых. Всего около 12–15 тысяч человек и до 120 танков. В их состав входят как выведенные на доукомплектование, потрепанные в боях бригады, так и свежие, укомплектованные прошедшими подготовку в Польше и Великобритании батальоны. Также отмечается появление на фронте подразделений, полностью укомплектованных поляками, скорее всего, по линии ЧВК. Этот резерв позволяет готовить контрудар, для успеха которого требуется тактическая внезапность. До последнего момента эти силы должны быть максимально рассредоточены и замаскированы вдали от полосы фронта, чтобы в час Х быть собранными и с марша вступить в бой, до момента их вскрытия российской разведкой. Не исключено, что для этого намеренно используется дезинформация – разговоры о «снарядном голоде», панических настроениях и неготовности ВСУ наступать в ближайшее время.
При этом, чтобы при таком соотношении численности войск ВСУ и ВС РФ в районе наступления оно могло быть результативным, ВСУ необходимо повторить то, что все последние недели успешно делает наша армия вместе с союзниками, – мощное артиллерийское наступление.
В связи с чем, возможно, и были сняты с позиций (даже с таких важных участков фронта, как Пески и Авдеевка) артиллерийские части и переброшены на другой участок фронта.
Если посчитать имеющуюся у ВСУ артиллерию, то вполне возможно сосредоточение в районе удара до 150–200 орудий и РСЗО ВСУ. При этом, очевидно, что ставка будет сделана на высокоточные артиллерийские системы западного производства, а также на массированное применение систем «Хаймарс». Для этого должна быть проведена тщательная разведка района будущего удара и обеспечена максимальная внезапность и концентрация огневого поражения. Наступательные возможности такой группировки, в зависимости от успешности или неуспешности начального этапа наступления, могут сохраняться в течение 5–7 суток.
Сложность этой задачи и крайне высокая цена неудачи заставляют украинское командование тщательно подходить к отработке плана наступления и постоянно сомневаться в его необходимости. К тому же из состава этих сил приходится то и дело «вырезать» боевые группы численностью до роты и перебрасывать их в район наступления ВС РФ, чтобы заткнуть бреши в обороне и удержать ключевые позиции. С другой стороны, даже частичный успех станет морально-психологическим фактором для укрепления медленно деградирующей уверенности населения Украины в возможностях ВСУ, а также сигналом союзникам на Западе, что Киев еще не сломлен, а значит, нуждается в дальнейшей поддержке техникой, вооружением, боеприпасами и финансами.
Все это, конечно, секрет Полишинеля. Безусловно, эту опасность (вероятность опасности) видит наше командование и к ней готовится.
К субботе украинское командование осознало угрозу полного взлома линии обороны Марьинка – Авдеевка и вернуло артиллерийские батареи в район боев, добавив к ним дополнительные силы, а также перебросило сюда минимум две батальонные тактические группы для того, чтобы удержать фронт. Снова вовсю загрохотали украинские орудия, не жалея снарядов. Это позволило ВСУ уцепиться за самый край Песок – район многоэтажек – и остановить продвижение ополченцев в Марьинке. Но наступление союзных сил продолжается, и это ломает планы ВСУ на контрудар, так как непрерывно высасывает из собранной группировки силы на парирование русского наступления и заставляет командование ВСУ задуматься над перспективой утраты резервов в случае неудачного наступления.
При этом военное командование находится под мощным давлением политического руководства Украины, которому кровь из носу необходимо продемонстрировать своим покровителям в США и западным союзникам хоть какой-то военный успех против наступающей российской армии. Почти полгода российского наступления привели к потере огромных территорий юга и юго-востока страны, при этом беспрецедентные военные поставки техники, вооружений, боеприпасов, амуниции, а также ежемесячная многомиллиардная финансовая помощь Киеву не смогли истощить военную машину России и ее остановить.
Фактически все военные поставки Украине позволили лишь задержать продвижение российских войск и, по сути, являются потерями, которые понес коллективный Запад в войне против России. При этом арсеналы бывшего советского вооружения пусты, у восточных стран НАТО (бывших стран Варшавского договора) не осталось больше ни советской техники, ни советских боеприпасов не только для украинских «юнитов», но и для своих армий, и теперь они целиком полагаются на американский военный «зонтик» как основное средство защиты. Также выяснилось, что и у «старых» членов НАТО в арсеналах нет «свободного» оружия для передачи украинцам. Приходится буквально по крохам выскребать из своих войск и очень скудных резервов. Одна надежда на США. Но и они не бездонная бочка. ВСУ нужны сотни орудий, танков, САУ, РСЗО, минометов. Получает же Украина не больше 20% от своих «хотелок».
Все это время американцы пристально следят за ситуацией на российско-украинском фронте и отлично видят, что ВСУ прогибаются под нажимом союзных сил. Для американцев, привыкших считать деньги и ко всему подходящих с позиций рентабельности и выгоды, выводы следуют неутешительные: бездонная утроба ВСУ просто перемалывает огромную военную помощь без какого-либо успеха. То есть, говоря языком бизнеса, происходит накапливание убытков. До определенного момента США готовы мириться с этим, пока будет сохраняться хоть какая-нибудь надежда на то, что генеральный план Америки – истощение России украинским конфликтом и провоцирование ее взрыва изнутри – будет выполнен. Но как только там поймут, что ничего из этого плана не выйдет, поддержку Украины просто свернут, как убыточный актив, и попытаются «заморозить» ситуацию через прямые переговоры с русскими.
В офисе Зеленского все это отлично понимают, и им просто до зарезу нужен хоть какой-то военный успех, какая-то победа, доказывающая силу ВСУ и их готовность добиться победы. Поэтому политическое руководство давит на главковерха Залужного, требуя от того активных действий, наступлений и побед. Залужный же понимает, какую цену придется заплатить ВСУ за неудачное наступление, и он все время оттягивает решение наступать, постоянно переписывая планы этого наступления. И чем дольше он оттягивает его, тем сложнее складывается ситуация на фронте и тем больше резервов приходится тратить на ее стабилизацию. Но в любом случае, похоже, что в августе на российско-украинском фронте все же произойдет сражение, которое определит дальнейший ход конфликта на следующие три-четыре месяца.