«Гиена Европы». Именно так в свое время премьер-министр Великобритании Уинстон Черчилль назвал Польшу. С ним не поспоришь – Польша действительно вела и ведет себя в Европе как самая настоящая гиена, рвущаяся за объедками и гадящая на всё, что не может сожрать. Вот только сама Великобритания в этом случае – вожак стаи европейских гиен (куда, помимо Польши, входит Прибалтика и ряд восточноевропейских стран). Ведь Лондон точно так же рвется за американскими объедками, а также гадит на всё, до чего дотянется. На российско-европейские отношения, на европейскую субъектность, на систему безопасности в Европе и, наконец, на жизни тысяч людей, которые отправляются в топку британских имперских фантазий.
Составной частью этого процесса, в частности, стал экстренный визит британского премьер-министра Бориса Джонсона на Украину – в «удивительном поезде», как отметил сам премьер, к удивительному киевскому режиму, который много лет находится на внешнем управлении со стороны Запада. Но вот незадача – по слухам, успешная спецоперация российских войск вкупе с наступающим пониманием неотвратимости победы Москвы и ее отказа от какого-либо «Хасавюрта» или даже «Минска», начала прочищать отдельные киевские головы. И вот уже поползли разговоры о том, что кое-кто в киевской элите начал колебаться в сторону возможного принятия российских условий.
И задачей Джонсона было объяснить им, что принимать ничего не нужно. Что великие и могучие Соединенные Штаты и вся их королевская европейская рать усилят помощь Киеву – оружием, деньгами, антироссийскими санкциями. Ну а заодно, вероятно, увеличат размеры бочек варенья и корзин печенья – этаких «золотых парашютов», которые выдадут украинским деятелям в случае (а точнее, после) российской победы.
Судя по всему, Борис Джонсон украинскую элиту убедил. Сразу после визита член киевской делегации на переговорах Михаил Подоляк заявил, что Украине эти переговоры сейчас не нужны. «Украина уже готова к большим сражениям. Украина должна в этих сражениях одержать победу, в том числе – в Донбассе. И после этого Украина получит более существенную переговорную позицию, с которой может диктовать определенные условия. После этого президенты будут встречаться. Это может занять две недели, может занять три», – пояснил чиновник. А затем Владимир Путин констатировал, что переговоры зашли в тупик, поскольку Украина нарушила стамбульские договоренности. Так что Борис Джонсон вернулся в Лондон победителем.
Конечно, можно сказать, что англичанин таким образом гадит России по причине того, что «такую сильную неприязнь испытывает». И это будет отчасти правда – за исключением небольших периодов истории (когда неприязнь к России перебивалась более сильной неприязнью к другим державам – наполеоновской Франции, а также кайзеровской или гитлеровской Германии), Британия всегда вела враждебную России политику. Однако на сегодняшний день, помимо личной неприязни, антироссийская политика Британии в украинском вопросе диктуется стратегическими интересами Соединенного Королевства.
Прежде всего курсом на системный раскол европейского пространства. Да, казалось бы, сейчас, наоборот, происходит консолидация – почти вся Европа, за исключением Венгрии и Сербии, ставящих национальные интересы выше глобалистских, объединилась против России. Однако проблема в том, что, во-первых, Европа не ограничивается территорией к западу от белорусских границ – и Россия, и Белоруссия являются частью большого европейского пространства. С точки зрения экономики, безопасности и даже в какой-то степени ценностей. Поэтому российско-евросоюзовский конфликт – это внутриевропейский, по сути, конфликт. То есть тот самый раскол европейского пространства, столь нужный Британии для дипломатического маневра. Ведь если Европа будет едина или как минимум консолидирована, то Британия окажется в изоляции.
Собственно, к моменту начала украинского обострения она в этой изоляции и находилась. Отношения между Москвой и Лондоном были заморожены (да и сейчас они, по словам посла России в Великобритании Андрея Келина, «в основном имеют технический характер), а с Европой шла постоянная грызня вокруг последствий Брекзита и продолжающегося экономического развода. Сейчас же Евросоюзу не до Великобритании – более того, благодаря своей системной русофобии и опираясь на пресловутую стаю восточноевропейских гиен, Лондон пытается возглавить антироссийский фронт на Западе. Становится если не его мотором, то как минимум мозгом.
А мотором Англия хочет сделать другие страны – прежде всего ту же самую Германию. В расчете не только на долгосрочное охлаждение отношений между Москвой и Берлином, но и на износ экономики ФРГ от антироссийских санкций. Ведь представители немецкого бизнеса уже заявили: отказ от российского газа или даже сокращение его поставок вызовет дефицит на рынке энергоносителей и станет серьезнейшим ударом по экспортоориентированной немецкой промышленности (успешно конкурирующей с американскими производителями, в чьих интересах сейчас работает Великобритания). Что, в свою очередь, также приведет к ослаблению Германии как экономического и политического центра Евросоюза.
Наконец, Британия участвует в украинском кризисе как своего рода европейский представитель Соединенных Штатов. Дело в том, что после Брекзита Лондон осознал: сил на самостоятельное возвращение себе международной субъектности (хотя бы до уровня великой региональной державы) у Британии нет, поэтому для достижения этого статуса ей нужно идти в фарватере американской политики. Как на европейском, так и на азиатском направлении. Именно поэтому Лондон беспрекословно реализует американские задачи, в том числе по сдерживанию Российской Федерации и максимальному затягиванию военной операции на Украине в надежде на то, что Москву удастся измотать. Задача эта наиважнейшая – ведь добровольное отступление России есть единственный, по сути, шанс для США на позитивный для них исход украинской авантюры и спасение американского курса на доминирование в мире. И если Британии удастся этот шанс реализовать, то ее ждут вкусные объедки с американского стола.