Рано утром 24 февраля Владимир Путин объявил о начале специальной операции на Украине. По словам президента, в планы России не входит оккупация Украины, однако Россия будет стремиться к ее демилитаризации. Россия не может чувствовать себя в безопасности и существовать с постоянной угрозой со стороны Киева, поддерживаемого Западом.
И дело тут не только в угрозе, но и в абсолютно неадекватном поведении украинского руководства. Которое не понимает ни правил игры, ни тех жестких уроков, которым его пытались научить.
В частности, после заявления о признании независимости ЛНР и ДНР – вместо того, чтобы открыть шампанское и зафиксировать свою политическую прибыль от этого решения, лидер Украины толкнул свою страну в горнило войны.
Подарок, которым не распорядились
Действительно, признание Россией независимости ЛНР и ДНР было, как ни странно, выгодно для украинского президента. Оно давало ему целый ряд бонусов и преимуществ. Во-первых, снимало вопрос с «ОРДЛО» – Отдельными районами Донецкой и Луганской областей, как в Киеве называли территории республик. Да, формально украинские чиновники на всех углах говорили о стремлении реинтегрировать эти территории, однако по факту боялись этого сценария как страшного сна.
Как говорил мне знакомый украинский политолог, «зачем нам эта дыра с разрушенной экономикой и несколькими миллионами пророссийского электората»? Отказаться от этих территорий Зеленский добровольно тоже не мог – население Украины (которое рассматривает ситуацию отнюдь не в таких майданутых тонах) не поняло бы столь царского подарка России. Сейчас же, после признания, Москва избавила украинского лидера от такой дилеммы – ведь он не сам отдал территории.
Кроме того, Россия избавила Зеленского от необходимости выполнять Минские соглашения. Которые, напомним, не про Донбасс, а, по сути, про демонтаж нынешнего государственного проекта «Антироссия» и превращение Украины в нейтральную федерацию. Такие перспективы устраивали украинскую майданную элиту еще меньше, чем реинтеграция ЛНР и ДНР – однако выйти из Минских соглашений Киев не мог, поскольку это дискредитировало бы официальную западную позицию «Москва нарушает Минские соглашения». После признания же украинская элита может выдохнуть и спокойно строить дальше свой майданутый государственный проект.
Еще одним важным бонусом для Украины стала приостановка российско-западного диалога. Планируемые на ближайшие дни встречи госсекретаря США Энтони Блинкена и министра иностранных дел Франции Жан-Ива Ле Дриана с Сергеем Лавровым были отменены. Как и встреча лидеров трех государств, которая должна была состояться после консультаций министров иностранных дел. А значит, США и Европа, по крайней мере, в ближайшее время не смогут договориться с Россией за счет украинских интересов, а также идти по пути деэскалации российско-западных отношений.
Более того, сейчас идет эскалация. Признав ДНР и ЛНР, Россия попала под западные санкции. Как американские (против ряда банков, суверенного долга), так и европейские (против физлиц, а также в виде временной приостановки сертификации «Северного потока – 2»).
Да, кому-то из украинских экспертов размах санкций не нравится. «Против России никаких санкций никто не принял. Сертификация «СП-2» приостановлена, но не отменена. Санкции, которые объявили США, ЕС и другие касаются отдельных физических и юридических лиц. Всё это означает одно: НИКАКИХ действующих рычагов ПРОТИВ России у Запада нет!» – возмущается украинский политолог Василь Вакаров. Однако напомним, что эти санкции: а) ведут к эскалации; б) были достигнуты Украиной с минимальными потерями. По сути, потерями того, что она уже и без того потеряла (то есть ДНР и ЛНР).
Соответственно, в этой ситуации Владимир Зеленский должен был просто фиксировать прибыль. Публично заявить о том, что он не признает действия Москвы, что это агрессия – но при этом прекратить обстрелы народных республик, понимая, что под ударом могут оказаться уже российские части. В августе 2008 года один такой же смешной президент убил российских военных – и ничем хорошим для него это не закончилось.
Все свои усилия Киев должен был сосредоточить на международной повестке. Выклянчивать новые подачки, настаивать на ужесточении санкций (коль США уже заявили, что признание Москвой независимости ДНР и ЛНР есть акт агрессии). А после того, как Россия объяснила, что признает ЛНР и ДНР в их конституционных границах (то есть в территории Луганской и Донецкой областей), предложить Москве вести переговоры.
Ошибки или отсутствие контроля?
Но ничего этого сделано не было. Вместо этого Украина под руководством Зеленского продолжила военные провокации на границах с ЛНР и ДНР. Обстрелы, диверсии, попытки захватить территории (например, в ночь на 24 февраля две такие группы на какое-то время взяли под контроль опорные пункты ЛНР на южном берегу реки Северский Донец). В общем, делала все возможное для того, чтобы вызвать ответный удар России и освобождение Луганской и Донецкой областей от присутствия украинской армии – причем ценой больших жертв со стороны ВСУ. И, собственно, вызвала.
Зачем Зеленский это сделал? Для того, чтобы Запад получил повод ввести более жесткие антироссийские санкции? Но ведь ради этого Зеленский, по сути, рискует своей властью. Байден-то ему гарантий защиты не дал – американский президент в очередной раз повторил, что войска США на Украину не пошлет, и в Киев их (для спасения власти майданутой элиты в случае полномасштабного российско-украинского конфликта) не введет.
Для того, чтобы слить оставшиеся земли Донбасса, где живут не любящие Майдан люди (которые на последних парламентских выборах в массе своей голосовали за партии, считающиеся на Украине пророссийскими)? Но в этом случае должна быть четкая договоренность между Путиным, Зеленским и Байденом – о постановочной войне, в ходе которой Зеленский с минимальными боями отдает ненужные территории, а Байден не вводит против России за это санкции. По понятным причинам такой сговор видится крайне маловероятным.
Возможно, ответ гораздо проще – Зеленский попросту не контролировал ситуацию. Ряд военных ему не подчиняется, олигархи играют в свою игру, националисты зарабатывают деньги и очки ненависти – а президент не собирался или попросту боялся взять их под контроль или хотя бы признаться, что не контролирует положение. Поэтому и пустил ситуацию на самотек, а вместо контроля устроил театральщину. Выступил в прямом эфире на русском языке – и даже не брякнул «Слава Украине». Говорил россиянам, что: а) он не нацист; б) Украина России не угрожает. Наконец, жаловался на то, что звонит Путину – но, по его словам, Москва не реагирует.
Оно и неудивительно, ведь звонок в Кремле не услышали из-за звуков артиллерии украинской армии, обстреливающей народные республики Донбасса. И для того, чтобы Путин услышал, украинский лидер должен был для начала приказать прекратить эти обстрелы, а также отменить все разведывательно-диверсионные операции. Установить режим тишины на границе, после чего обратиться к Путину с предложением урегулировать нынешнюю ситуацию дипломатическим, цивилизованным путем.
И это предложение отнюдь не означало бы, что Киев согласен отдать под контроль Донецка и Луганска всю территорию Донецкой и Луганской областей. И даже не означало бы, что Киев своей готовностью эти темы обсуждать ставит под вопрос собственный суверенитет над данными территориями – пункты официальной повестки могли не включать этот вопрос. Сами переговоры вполне можно было бы затянуть до тех пор, пока Вашингтон, Париж и Берлин не выработают с Москвой новые правила игры, подразумевающие хотя бы минимальное уважение к минимальному суверенитету Украины.
Тогда, возможно, шансы на предотвращение войны у Зеленского появились бы. Однако он этого не сделал – и получил в итоге российскую спецоперацию. По результатам которой Украина потеряет новые территории (Путин обещал ее не оккупировать, но РФ не считает Луганскую и Донецкую области украинскими землями), а ее президент может быть свергнут – желающие быстро найдутся.
Такова будет цена, которую Зеленский заплатит за свое нелогичное и самоубийственное (в политическом смысле для него и во всех смыслах для Украины) поведение.