30 сентября – по результатам проведенных референдумов – было принято историческое решение о возвращении в состав России четырех областей Новороссии. США и американские сателлиты отказались признавать акт волеизъявления народа, а остальные страны мира выжидают, смотрят на разгорающийся конфликт, пытаясь понять – чья возьмет. Осуждать их за такую позицию бессмысленно, зато будет полезно попытаться вспомнить, как Россия на протяжении столетий заставляла другие страны признавать свои границы. Даже в столь сложных условиях, когда наши враги были готовы сражаться, чтобы сохранить границы в неизменном виде.
Царь или не царь?
Первый такой случай связан с великим князем Московским Иваном III, который в XV веке стал создателем русского национального централизованного государства. Объединив Северо-Восточную Русь, Иван III принял титул Государь всея Руси, тем самым претендуя на законную власть во всех землях, ранее входивших в состав Древнерусского государства и управлявшихся династией Рюриковичей. Конечно же, этот шаг вызвал резкое неприятие со стороны нашего западного соседа – Великого княжества Литовского, правители которого носили титул «великий князь Литовский и Русский» и также претендовали на наследие Рюриковичей.
Ситуация подогревалась тем, что немало русских удельных князей переходили на сторону Москвы, не желая жить в католической Литве, где старинная веротерпимость по мере укрепления католической церкви становилась все более призрачной, меняясь на привилегии католикам и притеснение православных.
Результатом стала война 1487–1494 годов, очень странный конфликт, который велся без официального объявления войны, но при этом отличался ожесточенностью. Первая половина войны была неудачна для России, но затем ситуация была переломлена, и великий князь Литовский Александр Ягеллон запросил мира. По итогам конфликта стороны вернулись к довоенной границе, но в мирном договоре был зафиксирован факт признания титула «Государь всея Руси» со стороны Литвы. При этом союзная Литве Польша этот титул Ивана III пока признавать отказалась, упорно называя правителей Руси «великими князьями Московскими».
Что особенно интересно, Священная Римская империя, которая искала союза с Россией, не просто признала титул Ивана III и его сына Василия III, но и добровольно начала титуловать русского правителя императором, приравняв тем самым его к императору Священной Римской империи и авансом признав будущее объединение всей России под скипетром Рюриковичей.
Следующий этап конфликта случился в правление Ивана IV, первого московского государя, официально принявшего царский титул. Это было исключительное по своему значению деяние. Традиционно в славянских языках титул царя использовался лишь по отношению к императорам Византии (а также использовался теми великими правителями сербов и болгар, что претендовали на равный Византии статус). Еще царями называли ханов Золотой Орды, когда они выступали в качестве верховных правителей своего государства, частью которого была завоеванная монголами Русь. Появления титула «царя всея Руси» означало, что Россия более не зависит ни от одной другой страны мира, является полностью суверенным государством и, более того, в некотором смысле правопреемником и наследником как Византии (в качестве самой большой и могущественной православной державы), так и Золотой Орды, в качестве новой главной силы, господствующей в Евразии.
То есть теперь уже не Русь подчинялась татарам, а татарские ханства стали объектом русского завоевания. При Иване IV к России были присоединены Казанское, Астраханское и Сибирское ханства, попросили о принятии под царское покровительство башкиры, союзные отношения с Россией установила Казахская орда, которая позднее вошла в состав Русского государства.
С царским титулом вышла та же самая история. Польша, которая в то время была могущественным государством Восточной Европы и главным конкурентом России, царский титул не признала, а вот более отдаленные страны Европы довольно быстро стали использовать его в дипломатических контактах с Россией. Так, например, англичане, крайне заинтересованные в торговле с Россией, сразу же объявили титул царя равным императорскому. В грамоте королевы Марии Тюдор, адресованной Ивану IV, он именовался «император Всероссийский», то же самое касалось других европейских государств, как минимум не занимавших враждебную позицию.
Борьба за великодержавность привела к долгой, тяжелой и кровопролитной Ливонской войне, одним из результатов которой должно было стать признание Польшей новых западных границ России с вхождением в ее состав завоеванной Прибалтики, а также признание царского титула. Но первоначальные успехи в войне не удалось закрепить, а долгого противостояния Польско-Литовскому государству, Швеции, Дании и Крымскому ханству Россия просто не выдержала, пришлось заключать мир. Конфликт был отложен почти на сто лет.
Малороссия и Россия
Вновь борьба с Польшей за наследие Рюриковичей началась после восстания казачества под предводительством гетмана Богдана Хмельницкого. Восстание началось как обычный казачий бунт против ущемления прав православного населения, проживавшего в русских землях, находившихся под контролем Польши. Но очень быстро переросло в национально-освободительную войну. В 1648 году отряды Хмельницкого нанесли полякам несколько тяжелых поражений, после этого конфликт на время стих, но в 1650 году разгорелся вновь – после того, как польский Сейм объявил сбор всей шляхты для подавления восстания. Столкнувшись со всеми силами польского государства, уже казаки начали терпеть поражения. Богдан Хмельницкий попросил царя Алексея Михайловича о принятии казачества в русское подданство. В Москве состоялся Земский собор, принявший решение включить украинские земли в состав России, даже если за них придется воевать с Польшей. В 1654 году состоялась Переяславская рада, на которой казачество и жители Малороссии присягнули на верность русскому царю. Новые границы России Польша признавать отказалась. Началась Русско-польская война 1654–1667 годов.
Во время этого конфликта русская армия показала себя с самой лучшей стороны. Польские армии были разгромлены, а русское войско дошло до Вильно, Ковно, Гродно и Люблина. Большая часть польско-литовского государства оказалась под контролем России. Андрусовское перемирие зафиксировало вхождение Левобережной Украины в состав России, как и царский титул русского правителя. Но поляки упорно не хотели признавать такой мир, которой воспринимали как унижение. В статусе перемирия две страны находились до 1686 года, когда был подписан Вечный мир. Россия добилась передачи ей Киева и отмены русско-польского совладения Запорожской Сечью, которая целиком перешла в русское подданство.
Поляки ни за что не подписали бы такой документ, если бы не начавшаяся война с Османской империей, в которой Польша отчаянно нуждалась в помощи России. Но даже тут, хотя договор исправно выполнялся, польский Сейм ратифицировал его только в 1764 году, когда польское государство стало русским протекторатом. Не будь сила России в то время столь велика, Польша так и продолжала бы отказываться признавать давно свершившийся факт.
Клуб великих
Новая проблема «непризнания» Западом сложилась 22 октября 1721 года, когда Петр I принял титул императора. Это означало не только завершение Великой Северной войны, но и вхождение России в число великих мировых держав, наряду с Францией, Священной Римской империей, Великобританией и Испанией. До поражения в войне великой державой считалась Швеция, построившая собственную Балтийскую империю, но теперь она выбыла из этого престижного клуба, а ее место досталось России. Но за признание императорского титула и новых границ России еще пришлось побороться. Зависело это более всего от того, насколько то или иное государство опасалось русской военной мощи и было заинтересовано в мирных отношениях с Санкт-Петербургом.
Поэтому Голландия и Пруссия признали титул сразу, как только он был провозглашен. Швеция, потерпевшая тяжелое поражение от русских, пошла на признание очень быстро – уже в 1723 году. Турция в 1739 году, также после поражения в войне с Россией. Австрия (несмотря на союзные отношения с Россией) и Великобритания (несмотря на статус главного торгового партнера) тянули с признанием до 1742 года, когда ценой признания стало вступление Российской империи в войну за австрийское наследство на стороне Австрии и Великобритании. Испания, которая почти не имела связей с Россией, могла позволить тянуть с признанием до 1759 года, а Польша признала императорский титул только в 1764 году, после того, как Екатерина II посадила на польский трон своего ставленника и бывшего фаворита Станислава Понятовского.
Доказывать свои права силой русским приходилось вплоть до завершения Наполеоновских войн. Тогда победа, одержанная над Французской империей, принесла России всемирную славу и положение первой державы Европы, а русский император стал главным судьей во всех европейских спорах. Впрочем, и этот почетный статус спустя 40 лет был оспорен Великобританией и Францией в ходе Крымской войны. Что лишний раз доказывает – в мировой политике нет стабильных элементов. И надо быть всегда готовыми к тому, что за обоснование своих прав или границ придется бороться. Только эта готовность является самым надежным доводом, а без нее международные договоры не стоят даже той бумаги, на которой были написаны.