О Втором фронте ходят самые разные мифы как с патриотической стороны, так и с американофильской. Первый, патриотический, миф заключается в том, что англо-американцы якобы так долго тянули с высадкой, потому что хотели как можно больше ослабить своих потенциальных конкурентов – и СССР, и Германию, а потом поддержать того, кто станет явно побеждать. В эту версию верит не так уж и мало людей.
Опровергается она очень просто – Гитлер после разгрома Франции предлагал тем же англичанам новый статус-кво и новый баланс в Европе. Мол, Париж давно не тот, его из списка великих вычеркиваем, а я в ваши моря и колонии не полезу. Давайте заключим мир и обновим формулу порядка в Европе.
Англичане Гитлера с этими идеями демонстративно послали, предпочтя длительную войну один на один с захватившим кучу важных европейских территорий Рейхом. Войну с не совсем ясными перспективами. И целый год вели боевые действия с Германией и Италией сами по себе. Экономическая поддержка со стороны США, конечно, была, но она не заменяла полноценного участия в боях. Такое поведение очень плохо ложится в канву коварного расчета – шанс не только пройти войну в «энергосберегающем» режиме, но и закончить ее в принципе, у англичан был. И, вероятно, это даже позволило бы им сохранить распавшуюся позже империю. Но они им не воспользовались.
Кроме того, как это ни странно прозвучит, особым конкурентом СССР до войны никто не считал. Страна, даже несмотря на проведенную индустриализацию, была бедной, а объемы и качество выпускаемой продукции все еще сильно отставали от тех же США. «Полуторки», бывшие копией «Фордов», например, были устаревшими моделями – сами американцы давно перешли на «Форды» сильно новее. И так было везде. В начале 40-х о том, что Советский Союз станет одной из двух сверхдержав, определяющих облик мира, еще никто и подумать не мог.
Боязнь сражений?
Тогда, быть может, они просто расслабились, увидев, что СССР не только вовлечен в боевые действия, но и выдержал блицкриг, и решили выиграть войну чужими руками? Поэтому и высадились только летом 1944-го?
Исторические факты не подтверждают и это. Американцы и англичане довольно активно действовали там, где можно было соприкоснуться с противником – на море, в Северной Африке, а потом и в Италии. Они активно летали бомбить захваченную немцами Европу, от чего, конечно, тоже несли потери и на что тоже тратили немалые деньги. Проблема была в другом. В том, что высадиться, в общем, может любой дурак, имеющий достаточное количество десантных средств. Гораздо сложнее всю эту ораву на берегу снабжать – а сотням тысяч человек и десяткам тысяч единиц техники снабжение нужно просто в титанических количествах. Без бензина «Шерманы» не ездят, пушки не стреляют без снарядов, солдат не атакует без продовольствия.
А эти запасы надо прежде всего накопить. Америка была индустриально могущественной державой – по количеству и качеству (за немногочисленными исключениями вроде двигателя «Мерлин») массовой продукции та же Англия и рядом не стояла. Соответственно, произведенное на гигантской фабрике – США – надо было доставить на Британские острова. Сделать это было непросто – во-первых, из-за гигантских необходимых объемов. Во-вторых, из-за противодействия в Атлантике немецких подлодок – производить транспортные суда для доставки людей и вооружений надо было быстрее, чем немцы их топят. И в-третьих, скорость накопления запасов замедляло то, что параллельно надо было вести уже идущую войну. То есть бомбить немцев с «Летающих крепостей», наступать на сухопутных ТВД, патрулировать моря.
Конечно, англо-американцы могли не обеспечивать свою высадку надежными запасами и снабжением и воевать так, как это делал СССР – отчаянно, надрывая все силы. Идти на риск. Но англичане уже пробовали высаживаться во французском Дьеппе в 1942 году – тысячи солдат, поддержка с моря и воздуха, тяжелые танки на берегу – и очень больно получили от немцев по шапке. После чего стало ясно – рейдовые операции, даже крупные, обречены на неуспех. Если вторгаться во Францию, то только основательно подготовившись со всех сторон. Вот союзники и готовились.
Еще одним фактором была погода – на нее было очень важно обращать внимание, потому что одним из краеугольных камней всей операции были искусственные гавани «Малбери», позволявшие быстро разгружать грузы, пока войска еще не успели захватить крупный порт на берегу. Ослабни поток этих грузов – и высадившаяся группировка бы ослабла, потеряла огневую мощь и стала бы легкой добычей. Поэтому погодное окно следовало выбирать так, чтобы эти гавани не были сразу же разбиты сильными волнами. Что, разумеется, тоже откладывало вторжение. Все вместе эти особенности и затянули высадку так надолго.
Всепобеждающие союзники?
Но есть и комплементарные к англосаксонским союзникам мифы. Один из нередко используемых в Сети аргументов: англичане, мол, вообще воевали с немцами дольше, чем Советский Союз, а американцы – ненамного меньше. От Франции до Африки и Италии – поэтому, мол, их вклад ничуть не меньше. Это, разумеется, не так – хотя, как уже писалось выше, союзники и правда искренне наносили противнику максимально возможный урон на этих театрах. Но на роль главных они точно не тянут. И не в последнюю очередь благодаря емкостям театров военных действий.
Размашистая война в России пожирала такое количество немецких солдат не в последнюю очередь потому, что они туда «помещались» и им имело смысл тут быть. Мало того, в СССР можно было просто их технически перебросить в таком количестве и снабжать – сухопутный путь был надежнее, чем какое-нибудь насыщенное кораблями противника Средиземное море. А в той же Италии гористый характер местности и ограниченные масштабы самого театра военных действий делали бессмысленными накачку ее людьми и техникой.
Восточный фронт с его пространствами, ровными, как стол, степями, был совершенно другим. Чтобы успешно действовать тут, требовалось огромное количество людей и, самое главное, техники
– когда вокруг столько места, побеждает тот, кто лучше маневрирует. Именно поэтому война с СССР стала основной площадкой сражений Второй мировой.
У американцев и англичан был шанс причинять противнику гораздо более серьезный ущерб, чем в Африке и Италии, только высадившись во Франции – на театре, способном вместить куда больше войск. Кроме того, оттуда можно было попробовать дойти до Берлина. Та же Италия в этом смысле отделялась от Германии Альпами, а поэтому изначально была «мертвым номером», который начали исполнять во многом просто потому, что после успеха в Северной Африке у англо-американцев в принципе появилась такая возможность – нанести врагу потери еще в одном месте.
Но, возвращаясь к той же Франции и большой высадке, случившейся 6 июня 1944-го – для этого, опять-таки, была нужна долгая и серьезная подготовка. Так что приходится констатировать: Африка и Италия – это немаловажно, но основной вклад все равно за Восточным фронтом. Не потому, что союзники коварные/ленивые/трусливые, а потому, что так сложилась география. А РККА оказалась достаточно суровой, устойчивой и умело управляемой, чтобы не только выдержать сухопутный блицкриг вермахта в невыгодных для себя условиях, но и повернуть эту волну вспять. Поэтому ей и принадлежит большая часть славы.
Проценты вклада
В случае со вкладом союзников в войне с Германией возникают противоречивые чувства. С одной стороны, они, как ни крути, старались этот вклад внести. С другой – большую часть самых яростных и массовых битв РККА «вытащила» практически сама. И явно внесла непропорционально больший вклад в разгром Рейха.
При этом, когда те же американцы наконец добрались до «емкого» театра военных действий, они, в принципе, развернулись очень хорошо. Американская армия была самой промышленно обеспеченной в мире – единственная изо всех, она, например, была практически полностью моторизована. У всех самозарядные винтовки. У американцев была очень внушительная артиллерия, да и в авиации они тоже оказались крайне сильны. Поэтому окончание войны высадка в Нормандии все же приблизила. В частности, она очень неплохо сыграла в унисон с тем же «Багратионом» – немцы уже не могли свободно перебрасывать на Восточный фронт все подкрепления, которые хотелось, и нашим было полегче. А «Багратион» обернулся крупнейшим военным поражением за всю историю Германии.
На мой взгляд, эти искренние старания, это участие вполне можно и нужно замечать и отмечать. Не с фанатичным восхищением, а как старший брат замечает и отмечает старания младшего брата. Победа в ВОВ подняла наших предков на принципиально новый уровень: как военного опыта, так и мирового влияния. Если спокойно отдать должное тем, кто этого – в конкретных местах и в конкретный исторический период – заслуживает, то завоеванные в боях честь и наследие предков от этого вовсе не принизятся и не пострадают.