На Новый год внезапно обнаружили с дочкой, что «Гарри Поттер» был не всегда. Мало того: это вообще фильм XXI века. Логический анализ подтвердил: так и есть, в ХХ веке младшенькая была ещё не вполне готова смотреть кино.
А ведь ещё буквально вчера само понятие «XXI век» означало будущее – не такое уж отдалённое, но манящее, ожидаемое с нетерпением, подёрнутое дымкой предвкушения. Ведь в нём всё будет совсем не так, как в затянувшемся и поднадоевшем ХХ веке. Цифру XXI принято было многозначительно вставлять в коммерческие и политические бренды – подразумевая, что их носители не какие-нибудь замшелые рудименты и атавизмы вот-вот уходящего прошлого, а многообещающие посланцы смелых мечт.
А это будущее, между тем, разменяло третий десяток. Этого недостаточно, чтобы всему XXI веку стать прошлым. Но он вполне состоялся и имеет узнаваемую физиономию в череде иных столетий. Да, в этом возрасте уже пора.
Вот его непоседливый предшественник, век ХХ, к своему 20-му году не просто состоялся и заявил о себе – он уже обрёл все узнаваемые черты эпохи, радикально обновив мир.
К этому времени повсюду по-хозяйски утвердился индустриальный уклад: массовое промышленное производство, электричество, углеводородные энергоносители и всё такое. В диалектическом единстве с рывком научно-технического прогресса это дало и новый социальный уклад с доминирующей значимостью народных масс в историческом развитии. В повседневную жизнь вся эта красота пришла в виде телефонов, автомобилей, самолётов, кино, жилищно-коммунальных инфраструктур, рациональной моды, демократизации нравов.
ХХ век к 1920 году результативно порезвился с перекройкой политической карты мира. По итогам Первой мировой войны оттуда оптом исчезли сразу четыре (!) империи – Германская, Австро-Венгерская, Османская и Российская. И это только внешние признаки. По существу, Версальским миром был на короткое время задекорирован очевидный и объективный крах британоцентричного (шире говоря – европоцентричного) миропорядка.
А из-за этой декорации уже хищно скалился новый, заокеанский, претендент в мировые гегемоны – к тому времени тоже уже вполне состоявшийся, причём состоявшийся именно в укладе ХХ века. Строго говоря, этого первого двадцатилетия с лихвой хватило, чтобы запрограммировать оставшиеся ХХ веку 80 лет. Как мы сейчас знаем, все последующие его события оказались производной от логики, заложенной к 1920 году. Да, и Вторая мировая тоже: «Это не мир, это перемирие на 20 лет» (главнокомандующий войск Антанты фельдмаршал Фош – о Версале в 1919 году; гляди-ка, даже срок точный назвал).
Первое двадцатилетие XXI века, на первый взгляд, в сравнении с предшественником кажется менее судьбоопределяющим. Внешних-то признаков «изменений до неузнаваемости» более чем достаточно на каждом шагу. Повсеместный бытовой интернет, смартфоны, онлайн-кинотеатры, цифровизация всякая – это непререкаемые атрибуты сегодняшнего будущего. Замечу, однако, что впечатляющий технологический прогресс – это в подавляющей части допиливание всё тех же базовых прототипов столетней давности: телефона, телеграфа, радио, кино, автомобилей, самолётов.
В рамках всё того же индустриального уклада – как бы ни торопились энтузиасты с объявлением его замены на «постиндустриальный», «информационный», «цифровой», «экологический» или ещё какой умозрительный конструкт. Нет, это в лучшем случае всего лишь частные сервисные признаки развития индустриального уклада – со всё теми же электричеством, углеводородами и пр. Зато с мировой войной пронесло. Да даже и модный коронавирус – так себе беда в сравнении с «испанкой» и тифом. Хотя, конечно, ещё не вечер.
Но и без этого к исходу 2020 года наш век вполне достойно управился с перекройкой миропорядка. Он в один присест, практически со скоростью перемены первого и второго блюд, схрумкал и ялтинский мир, и однополярную глобализацию. Из-за сваленных в кучу декораций американской гегемонии уже хитро и деловито прищуривается новая «первая экономика мира» – китайская. При этом дважды (!) погребённая катастрофами ХХ века Россия опять как новенькая.
По аналогии с предыдущим столетием логично допустить, что оставшееся текущему столетию 80-летие тоже уже запрограммировано. Но есть поправка. В сравнении 1920/2020 мы применительно к прошлому веку имеем исключительно полезную штуку: послезнание. Легко ведь задним числом рассуждать о логике ХХ века. Потому что вся его эта история уже случилась и реализовала весь конкретный набор умозрительных закономерностей. А любой другой набор закономерностей, который мог казаться логичным в 1920 году, – не реализовала.
Например. Помните же, что к 1920 году Россия рухнула. Её не было в мировом индустриальном укладе. Её не было в мировой политике. Её вообще не считали существующей международные партнёры. Кто же мог знать, что именно в 1917 году и стартовал проект цивилизационного лидерства России в ХХ веке? Но к декабрю 1920 года он предметно воплотился разве что в план ГОЭЛРО (всего лишь в план, даже не в «лампочку Ильича»!). Можно было только верить (или не верить) «кремлёвскому мечтателю».
Реальное же состояние России в конкретном 1920 году исчерпывающе описывалось одним словом: «разруха». Всё остальное ещё только предстояло сделать. Но программирующее событие, тем не менее, уже состоялось.
Что-то похожее обязательно случилось и к нашему 2020 году. Не обязательно что-то «знаковое» и медийно прославленное. Вот в 1934 году все носились с персонажем, официально провозгласившим себя фюрером германской нации, это было очевидное топ-событие. И никто не знал, что настоящее будущее 9 марта того же года родилось совсем в другом месте – в безвестном Клушино Гжатского района Смоленской области, Гагарин его фамилия. Так-то. А вы говорите: пандемия, Байден...Надо потерпеть всего-то лет 80 – и мы точно узнаем, какие приметы грядущей эпохи подарила нам первая двадцатилетка наступившего обыденного будущего XXI века.