Можно коррумпировать отдельных чиновников, но нельзя коррумпировать целый государственный аппарат, о какой бы сумме ни шла речь. Просто потому, что госаппарат состоит из назначаемых политиками чиновников, а политики, что бы ни говорили, зависят от населения, которое их избирает. А поскольку центр жизненных интересов политиков суверенных государств, как правило, находится в их собственной стране, то вопрос сохранности имущества, да и личной безопасности, стоит на первом месте, обогащение – на втором.

Написанное выше неплохо объясняет разницу между тем, что происходило на Украине в 2013–2014 годах, и тем, что происходит сейчас в Белоруссии. С отходом от дел Леонида Кучмы в 2004 году Украина окончательна встала на путь олигархизации. Государственный аппарат уже не был властью – скорее он стал напоминать акционерное общество, в котором за контроль над менеджментом постоянно борются между собой несколько групп собственников.

Между 2005 и 2007 годами окончательно оформились крупнейшие частные корпорации Украины. А к 2013 году центр жизненных интересов украинских олигархов окончательно переместился на Запад. Олигархический бунт против зарвавшегося Виктора Януковича, который не просто захотел иметь ренту от госслужбы, но стать первым среди равных олигархов страны, лишь отчасти объясняет причины уличных протестов, вылившихся в госпереворот. Анализ интересов прямых участников заговора свидетельствует: у них не было достаточной мотивации свергать Януковича.

Возьмем, например, Дмитрия Фирташа и его бизнес-партнера, бывшего главу администрации Януковича Сергея Левочкина. Бежавший в Россию Янукович прямо обвинил Левочкина в подготовке госпереворота. На зачем это было самому Левочкину или Фирташу, так никто и не объяснил. К 2013 году Фирташ – монополист на рынке минудобрений и распределения газа. Он контролирует газовую трубу и газовый бизнес с Россией при помощи своего друга – экс-вице-премьера Юрия Бойко. Левочкин сидит в администрации президента и имеет огромное влияние на Януковича. Это достаточный мотив для заговора, который спустит в унитаз все достижения? Едва ли.

А вот судьба активов этой олигархической группы за рубежом – вполне достаточное основание для выполнения «рекомендаций» западных кураторов. Тот же Фирташ тесно связан с британскими консерваторами и спецслужбами Великобритании. В октябре 2013 года, за месяц до начала протестов, Фирташ открывает торги на Лондонской фондовой бирже. Ранее, в 2011-м – принимает грамоту о вхождении в число почетных благотворителей Кембриджского университета из рук мужа королевы Елизаветы Филиппа. Еще раньше, в 2007 году, создает «Британско-украинское общество», одним из учредителей и первым директором которого выступает Реймонд Асквит.

Асквит, или лорд Оксфордский – бывший первый секретарь посольства Великобритании в Москве в перестроечные годы. С его именем связана одна из самых позорных страниц в истории советской разведки. Ему приписывают организацию побега двойного агента, кадрового сотрудника КГБ, работавшего на британскую разведку, Олега Гордиевского. После развала Союза Асквит работает в Киеве, окучивая новую территорию интересов Запада. В общем, преинтереснейшая персона и история, с ним связанная.

Если Фирташ связал свою судьбу с Великобританией, то другой, не менее колоритный украинский олигарх Игорь Коломойский сделал ставку на США, где скупал недвижимость и другие активы на сотни миллионов долларов. Сегодня активы Коломойского в Штатах пытается арестовать американский минюст. А ФРБ «шьет» дело об отмывании Коломойским в США преступных доходов, полученных путем ограбления некогда принадлежавшего бизнесмену крупнейшего на Украине «ПриватБанка». Обвинение по американским меркам более чем серьезное.

В современном мире, где западным спецслужбам открыт доступ к любым счетам и реестрам собственников популярных офшорных юрисдикций, олигархические экономики становятся крайне уязвимыми. А если ты контролируешь олигархов в стране с олигархическим же укладом власти – ты контролируешь и страну.

То, что Фирташ так долго томится в Вене в ожидании окончательного решения об экстрадиции в США, а не сидит в американской тюрьме – результат его всемерного сотрудничества с британскими спецслужбами, которые в некоторой степени конкурируют с американскими ФБР и ЦРУ. А вот более норовистый Коломойский, некогда герой Майдана, организовывавший батальоны добровольцев для войны с Донбассом, получил ненужное внимание американского минюста. Рвение не оценили, и теперь Коломойский вынужденно живет на Украине, а не в излюбленной Швейцарии или, на худой конец, в Израиле. А все потому, что на Украине он пока еще значимая фигура, а значит, и вероятность экстрадиции в Штаты, будь таковая затребована, минимальна.

Фирташ и Коломойский – просто два ярких примера. Центры жизненных интересов всех без исключения украинских долларовых миллиардеров находятся на Западе. И эти люди сделают все что угодно для сохранения своих денег, имущества и возможности ездить и жить в местах куда более благополучных, чем их родная Украина. Скажут развалить собственную страну – так и сделают. Вернее, уже сделали.

Совсем другая история с Белоруссией. Те же технологии, те же смыслы, то же прямое финансирование бунта. Но результат, по крайней мере пока, отрицательный. Олигархических «точек входа», через которые можно было бы сломать целую страну, пусть даже такую небольшую, как Белоруссия, почти нет. Если там и есть крупные бизнесмены, приближенные к власти – а они, конечно, есть – то в иерархической структуре госаппарат, возглавляемый Лукашенко, стоит над ними, а никак не наоборот.