Не всегда информационные вызовы определяются вот так, слету, чаще всего их начинаешь замечать, когда они касаются непосредственно тебя. А иногда не замечаешь вовсе, думая, что это нечто неважное, неопасное и вообще случайное.

На самом деле общество давно окунулось в пучину информационных страстей и слабо представляет себе, как бороться с проблемами, порожденными кратно умножившимся объемом информации и слабостью инструментов управления этой информацией.

Еще год назад я начал говорить об информационных угрозах – в декабре, на заседании Общественной палаты России, и назвал тогда 12 причин для беспокойства, 12 «информационных вызовов» для нас – вопросов и проблем, которые реально угрожают безопасности страны и требуют решения: быстрого, планомерного, всеобъемлющего.

В этом году я вновь поднял эту тему, вот только вызовов за год прибавилось, и список расширился до 15 позиций. Некоторые из них находятся в стадии решения – очень мало, некоторые – в стадии осознания и обсуждения, но часть пока еще не воспринимается даже как проблема. А зря.

Фейк-ньюс

Многогранные в своих проявлениях фейки – это серьезный вызов и обществу, и здравому смыслу. Фейки появляются не на пустом месте, их используют как орудие мести, для подрыва доверия к власти и отдельным людям, к инициативам и организациям. Фейки позволяют вывернуть сказанное человеком наизнанку и представить в нужном свете. Щепотка фейка, добавленная к настоящей новости, до неузнаваемости искажает информацию: пример тому – ситуация с коронавирусом. Фейки способны сеять панику и возбуждать ненависть, при этом реально наказание за их распространение не работает; те, кто их создают, почти всегда уходят от ответственности.

Кибербуллинг

Эта угроза включает в себя сразу несколько понятий, о которых долгое время было стыдно и не принято говорить. В первую очередь это травля в Сети – кибербуллинг, которому может подвергнуться любой человек по любому поводу, причем к кибербуллингу подключаются сотни и даже тысячи «троллей», до начала травли даже и не подозревавшие о существовании жертвы. Чаще всего от травли страдают дети.

Кибербуллинг на сегодняшний день не наказуем, и требуется ввести уголовную ответственность, даже если жертва не покончила жизнь самоубийством или призывы к публичной расправе не были осуществлены в реальности.

Кибербуллинг наносит огромный вред обществу, а его безнаказанность поощряет распространение криминала и агрессии в обществе, наносит психологический ущерб тысячам людей. В России эта сфера вообще никак не регулируется, хотя мировой опыт показывает – это возможно. Например, в Новой Зеландии можно получить до двух лет лишения свободы за оскорбления в интернете в адрес другого человека, которые допускаются не только в открытом доступе, но и в личных сообщениях.

Импортное «железо» и ПО

На данный момент все используемые населением России компьютеры и мобильные устройства произведены за пределами РФ и используют иностранное программное обеспечение. Все операционные системы имеют практически неограниченный доступ к данным на устройстве, отслеживают установленное ПО, собирают информацию о действиях пользователей, выполняют любые действия, которые могут быть инициированы удаленно с серверов производителя ПО.

Кроме того, сегодня Россию могут в любой момент отключить от иностранных корневых серверов. Это приведет к тому, что граждане и предприятия РФ лишатся доступа не только к иностранным, но и к внутрироссийским ресурсам. Перестанут функционировать порталы госуслуг, интернет-магазины, сайты налоговой, Росреестра, электронные СМИ и банковская система. Наша страна к подобному повороту событий пока, к сожалению, не готова. Правда, в апреле 2019 года Госдумой был принят законопроект «о суверенном Рунете», в котором прописано создание национальной системы доменных имен, но процесс этот длителен и займет не один год. Так же остро стоит вопрос значительного технологического отставания России от США, Китая и других стран: это привело на данный момент практически к стопроцентной зависимости от иностранных компаний.

Шпионские программы и приложения

В России используются миллионы цифровых устройств и программное обеспечение, которые могут как собирать, так и распространять информацию, в том числе вне зависимости от пользователя. Контроль над такими устройствами и ПО практически отсутствует, а вот управлять ими можно дистанционно. О пользователях собирается шпионская информация, и даже, казалось бы, такая невинная вещь, как структура покупок или карта передвижений, в совокупности дают датасеты, анализ которых крайне полезен для иностранных разведывательных структур.

Каждая вторая программа в гаджетах – шпионская. И это не паранойя, а констатация факта. Мы сами их устанавливаем, пренебрегая простейшими правилами кибербезопасности. По оценкам экспертов, программы собирают до 10 000 видов информации, отслеживая банковские операции, общение в соцсетях, звонки, передвижения. Защититься от этого мы уже не можем, но если во взаимодействии с государством заработают российские IT-специалисты, на гаджеты будут ставить отечественное ПО, которое будет нас защищать.

Цензура

Ну, тут без комментариев. Сегодня уже практически каждого из нас в том или ином виде касался «бан» со стороны хотя бы одной из платформ – Facebook*, YouTube, Instagram* и прочих, упорно не желающих работать в рамках российского законодательства.

Трэш-контент

Саморегулирование социальных сетей не работает, и, по сути, сейчас соцсети являются рассадником терроризма, нацизма и шовинизма во всех его проявлениях, криминала, пропаганды сомнительных религиозных учений и экономических схем. Между тем социальные сети должны отвечать за контент на своих площадках – и не только перед пользователями, но и по закону.

Журналисты vs блогеры

Региональные СМИ жалуются на «перекос» между журналистами и блогерами. У вторых есть права, у первых – практически только обязанности. Когда распространяется фейковая информация, все стремятся наказать журналистов, забывая, что центр тяжести давно лежит в другой сфере. Перекос этот должен быть устранен, и блогеры должны быть приравнены к СМИ со всеми вытекающими последствиями: как правами, так и обязанностями.

СМИ-иноагенты

Почему им у нас можно все? И даже маркировать свою продукцию, как требует наш закон, они не собираются. И спокойно «лепят» себе самую отвратительную и лживую пропаганду – на русском языке, для нашего читателя/зрителя/слушателя, причем многие из потребителей этой информации и не догадываются, лапшу чьего производства им вешают на уши.

Анонимность пользователей

В России до сих пор действуют законодательные нормы, которые поддерживают анонимов. Наши власти поощряют их: люди пачками пишут анонимные доносы в правоохранительные органы, отвлекая тем самым людей от реальной работы. Что уж тут говорить про интернет: и фейки, и травля – за всем этим как раз чаще всего и стоят анонимы!

В Австрии, например, к сим-карте привязывается фотография владельца, чтобы человек отвечал за свои деяния, а не прикрывался фейковыми аккаунтами. Это говорит нам о деанонимизации как гаранте безопасности информации.

Даркнет

Это огромная сфера, которая существует в параллельном цифровом мире. Эту информацию давно пора донести до некоторых наших ретивых общественных деятелей и депутатов, которые хотят все запретить. Ребята, пока вы закручиваете гайки в традиционном цифровом пространстве, Даркнет имеет оборот в миллиарды рублей. Там можно найти все: начиная от инструкции по созданию бомбы и заканчивая предложениями о покупке наркотиков.

И, согласно исследованиям, русский язык в «теневом интернете» применяется чаще всего. И это тоже крайне тревожный симптом.

Медиабезграмотность людей

Важнейший навык, который мы должны развивать у себя и наших детей, это способность думать самостоятельно, критическое мышление, навык фильтрации и сопоставления информации. Необходимо включить в школьные уроки по основам безопасности раздел по киберзащите, ограничить использование в школе телефонов, а в перспективе – ввести отдельную дисциплину информационной безопасности как в школах, так и в вузах; впрочем, обучать надо, разумеется, и старшее поколение.

Недостаточная медиаактивность власти

Да, требуется регулярная, повседневная и повсеместная просветительская работа с органами власти и силовыми структурами. Их надо учить распознавать фейки, быстро реагировать на ЧП, работать с соцсетями и даже «троллями», информировать жителей. Если органы государственной власти уходят в молчание, надеясь, что «все само собой рассосется» и «меньше знают – крепче спят», то такая стратегия приносит только вред. Информационные пустоты заполняются ложью и вымыслами, с которыми потом крайне сложно бороться. Поэтому власть должна уметь работать на опережение, рассказывать о себе, своих планах и действиях, оперативно реагировать на проблемы и разоблачать фейки фактами.

Кибермошенничество и фишинг

Последнее – это вид цифрового мошенничества, целью которого является получение идентификационных данных. Например, пользователь получает на электронную почту письмо от имени банка, платежной системы или социальной сети. Такое письмо содержит логотип и прямую ссылку на сайт, внешне неотличимый от настоящего. Если человек поддастся на эти уловки, то мошенники получат доступ к его аккаунтам и банковским счетам.

В России в связи с эпидемией коронавируса широкое распространение получила практика рассылки кибермошенниками фейковых форм с рекомендациями по борьбе с заболеванием, целью которых является сбор персональных данных. В первую очередь эти данные, естественно, используются для кражи средств, а также для продажи в базы спамеров.

Искусственный интеллект как фактор информационной войны

В последние годы стала популярной концепция Smart Home: умные сервисы для умных горожан. Ключевым словом здесь является слово «умный» – умные дома, города, умный транспорт и умное государство. Все эти названия означают принадлежность объекта к IoT, интернету вещей, и AI – искусственному интеллекту. Но, разумеется, помимо плюсов у этих «умных вещей» есть и ряд минусов.

Сегодня стратегической целью нашей страны является технологический прорыв, но своих платформ у нас пока нет. И поэтому мы буквально вручили управление своим домом, системами своих городов и своей жизнью в чужие руки.

И уже были не раз зафиксированы случаи дистанционного отключения «умных» устройств, включение отключенных камер и запись через них происходящего в домах, дистанционное несанкционированное включение аудиоустройств.

Излишнее доверие к неверифицированным источникам

Так уж вышло, что граждане нашей страны, преимущественно молодежь лет до 30–35, склонны доверять непроверенным источникам или людям, чья осведомленность в какой-либо теме сомнительна – зато личный бренд и самопозиционирование доведены до максимума.

Яркий пример – так называемые инфлюенсеры. Пользователи доверяют блогерам, при этом зачастую их компетентность ничем, кроме слов самих блогеров, не доказана. Размытость критериев экспертности, потеря ориентиров, слабая работа на имидж официальных источников, утрата навыков критического мышления – все это приводит к тому, что «гуру» в любом вопросе может стать далекий от темы, но достаточно популярный человек.

И, как вы понимаете, рано или поздно его некомпетентные советы могут довести до беды – или конкретного человека, или достаточно большое число людей.

Информационные вызовы обществу апеллируют к властям – необходимо государственное, законодательное вмешательство. Требуется мониторинг, анализ и контроль перечисленных процессов. Нельзя сказать, что ничего не делается – делается, но некоторые проблемы остаются не то что нерешенными – незамеченными.

При этом вред, наносимый ими обществу, огромен: дестабилизация социальных процессов, психологические травмы, наносимые десяткам, сотням тысяч россиян, формирование искаженной картины мира, «слив» информации о жизни миллионов пользователей гаджетов, внешние манипуляции мнением людей, распространение ложной информации и поощрение киберагрессии.

На мой взгляд, необходимо срочное вмешательство, но государству в одиночку не справиться: ни один надзорный орган не в состоянии отследить дециллионы действий пользователей Сети. Помочь здесь может только тотальная, повсеместная ликвидация медиабезграмотности и обучение навыкам кибербезопасности. И, конечно, крепкая законодательная база.

* Организация (организации) ликвидированы или их деятельность запрещена в РФ