«Порою на меня нападало отчаяние, я испытывал смертельную тоску; чтобы побороть эти горькие чувства, я взял перо и попытался доказать себе самому, что в моем бедственном положении есть все же немало хорошего. Я разделил страницу пополам и написал слева «худо», а справа «хорошо», и вот что у меня получилось...».

Этим приемом, к которому современные психологи рекомендуют прибегать для упорядочения своих мыслей перед принятием решения, пользуется не кто иной, как Робинзон Крузо, роман о приключениях которого вышел в свет ровно триста лет назад, в апреле 1719 года.

Мы привыкли называть эту книгу «Приключениями Робинзона Крузо» или просто по имени главного героя, однако полностью ее заглавие звучит так: «Жизнь, необыкновенные и удивительные приключения Робинзона Крузо, моряка из Йорка, прожившего 28 лет в полном одиночестве на необитаемом острове у берегов Америки близ устьев реки Ориноко, куда он был выброшен кораблекрушением, во время которого весь экипаж корабля, кроме него, погиб, с изложением его неожиданного освобождения пиратами; написанные им самим». Аннотация и реклама вместе – Даниель Дефо, создатель романа, знал, как привлечь внимание публики.

Знал не только в теории. Когда журналиста, памфлетиста и публициста Дефо за острое выступление приговорили к тюремному заключению и стоянию у позорного столба, он написал в тюрьме «Гимн позорному столбу», который опубликовал с помощью друзей. Эффект был оглушителен: наказание превратилось в триумф, Дефо, стоявшего у позорного столба, встретили овациями и осыпали цветами.

Он оставил более трех тысяч сочинений обо всем на свете: о политике, морали, преступности, религии, семье и браке. Фактически создал то, что мы теперь называем деловой и экономической журналистикой. Написал несколько увлекательных приключенческих романов и, как мы сказали бы сейчас, нон-фикшн о Великой лондонской чуме 1665 года. Но помнят о нем прежде всего как об авторе «Приключений Робинзона Крузо».

Едва ли Дефо мог предвидеть, что создает не просто роман, но целый новый жанр, который получит название по имени его персонажа – робинзонада. Взял ли он за основу происшествие с шотландским моряком Александром Селкирком, четыре года прожившим на необитаемом острове, или сочинение мавританского философа и врача XII века Ибн Туфайля «Хай ибн Якзан», известное также как «Философ-самоучка», не так важно. Важно то, что история Робинзона рассказала человечеству что-то очень важное о нем самом.

Сам Дефо считал свою книгу аллегорией человеческой жизни. И действительно, герой ее, при всей бедственности своего положения, поставлен в почти идеальные условия: у него очень удачно оказываются под рукой спасенные с вынесенного на мель корабля инструменты, оружие и прочие припасы, остров пригоден для жизни, на нем есть источники пресной воды и дичь. Посмотреть, как поведет себя человек беспутный и суетный, оказавшись вдали от соблазнов большого мира, вынужденный полагаться только на самого себя – вот что было интересно Дефо. Неслучайно Робинзон забирает с корабля целых три Библии, которые будет усердно читать на острове; забирает он, впрочем, горько посмеявшись над их бесполезностью, и деньги – и они в итоге пригождаются. На Бога, как говорится, надейся, а сам не плошай.

Но будь книга о Робинзоне Крузо очередным философским и назидательным сочинением, ей едва ли была бы уготована столь долгая жизнь. Возможность наблюдать за тем, как человек обустраивает свой мир, борется со стихиями и приспосабливается к обстоятельствам – вот что нас так привлекает.

Повествование о будничных занятиях и быте читается как захватывающий приключенческий роман: нам интересно, как герой строит свой дом за сплошным частоколом, как охотится, как приручает животных, интересны его маленькие победы и неудачи. Рассказ о них, напомню, идет от первого лица, это очень умелая и увлекательная стилизация под воспоминания – триста лет назад Даниель Дефо знал, что читатель куда охотнее следит за историей, если видит в ней чей-то непосредственный живой опыт, а не художественный вымысел. Нынешняя популярность документальной литературы, мемуаров и дневников лишний раз подтверждает правоту создателя Робинзона Крузо.

Но чего Даниель Дефо, разумеется, не знал и знать не мог, так это того, что через триста лет после выхода его книги вполне благополучные люди будут добровольно проходить испытания, выпавшие Робинзону; правда, под камерами и с возможностью эвакуации с острова в любой момент.

Робинзонада, за столетия принимавшая самые разные обличья, от невинного приключенческого романа до антиутопии, теперь воплотилась и в виде реалити-шоу. Впрочем, объясни кто Дефо саму идею телевидения, его бы вряд ли удивило, что людям нравится наблюдать за своими собратьями, вынужденными выживать. В конце концов, он придумал эту игру – а играть в нее можно самыми разными способами.

Не просто же так тихоокеанский остров Мас-а-Тьерра, на котором провел четыре года один из возможных прототипов Робинзона, Александр Селкирк, в 1966 году получил новое имя – Робинзон Крузо.