Сергей Шойгу заявил о создании военной киностудии, и поначалу я, честно говоря, напрягся. У Министерства обороны уже есть телеканал «Звезда», но у военного телеканала нет ни одного крутого военного корреспондента. Я много раз был в горячих точках, видел там лихих парней из ANNA-News, видел рисковые стендапы прямо на передовой в исполнении журналистов «Лайф» и НТВ, исключительно профессиональную работу групп ВГТРК, но ни разу не видел «Звезду». Хотя нет, вру. Было дело. В 2008 году в Цхинвале видел. Где-то через пару недель после окончания войны. Других успехов я не помню.
Да и первая попытка снимать кино у Министерства обороны вышла откровенно вялой.
Фильм «Крым» не смогли спасти ни виды крымской природы, ни история любви севастопольского офицера и украинской журналистки. Вышла настолько плоская и неправдивая агитка, что даже патриотически настроенные зрители были разочарованы. Потому идея поставить съемку фильмов про армию на поток мне бы показалась провальной. Если бы не «Балканский рубеж». Сейчас фильм идет в прокате и, несмотря на ехидство кинокритика Давида Шнейдерова, лидирует по сборам за прошедшие семь дней.
В «Балканском рубеже» можно найти огрехи: излишняя зрелищность боевых сцен, узнаваемый голливудский пафос, подчеркнутая политкорректность в национальных вопросах. Хотя стоп – с каких пор голливудские лекала можно считать огрехами?
Наши впервые, кажется, сняли чистый боевик. Не военную драму. Не трагическую исповедь о том, что война – это плохо. Не покаяние. А привычную нам по американским примерам кровавую мясорубку, где плохих кровожадных террористов разносят хорошие крутые ребята. Только на этот раз в руках у хороших парней не М16, а калашников.
Так что ж не так? Представляю, какой бы фильм про Приштину снял Давид Шнейдеров – вы после него бы наверняка так каялись, что сами себе почку вырезали и отправили в Косово.
Боевик у нас теперь есть, но один. А героических страниц в русской истории (а русская история – это по большей части история военная) полно. Вот теперь Шойгу и предлагает снимать боевиков много. Наверняка и про Цхинвал, и про Донбасс, и про Сирию. Там я видел много хороших крутых ребят, о которых стоило бы снимать фильмы. А что до того, стоит ли их снимать Министерству обороны, то знаете, что скажу: есть сомнения в том, что Министерство обороны, как и любое другое министерство, умеет снимать фильмы. А вот в том, что оно самое эффективное из всех министерств, сомнений нет никаких.
Вас может раздражать пропагандистский пафос в кино, но придется признать, что война давно не та. Теперь визуальные образы и примеры поведения стреляют круче артиллерийских батарей. Миллионы возбужденных протестантов захватывают города лучше десантных полков. И разрушают инфраструктуру не хуже авиационных бомбардировок. Такая вот война 21-го века. В которой следить за психическим состоянием граждан нужно так же, как и за крепостью границ. Воевать за головы людей. В телевизоре, интернете и в кино. Держать оборону. А для обороны у нас есть специальное министерство.
Признаюсь, самому страшно представить, как армейские прапорщики будут снимать патриотические фильмы. Но, с другой стороны, то, что сняли бы Шнейдеров, Долин и их лучший режиссер Сенцов, вы себе представляете.Пусть уж лучше военные снимают про войну. Они заслужили.