Вернулся из Женевы, где принимал участие в 42-й сессии Совета ООН по правам человека (СПЧ ООН). Интересный и новый для меня опыт.
В первый же день открыл для себя два любопытных момента. Во-первых, удивило, что в кафе во Дворце Наций принимают только наличные деньги. Сразу почувствовал себя где-то на рынке в Пятигорске. Или Сочи.
Второе. Из более странного. Встретил своего коллегу по Общественной палате РФ Ивана Абажера, который также участвовал в сессии. И мы решили сделать совместный снимок, за что нас практически немедленно стали всячески порицать как злостных нарушителей; оказалось, что фото- и видеосъемка здесь запрещены. Аргументировали это тем, что на площадке выступает много правозащитников из разных стран, необходимо создать для них безопасные условия, чтобы их данные не утекли и недоброжелатели не знали об их выступлениях. Особенно – всяческие «кровавые режимы».
Я все это спокойно и внимательно выслушал, после чего поинтересовался – как же это увязывается с тем, что у них идут трансляции выступлений в интернете? Можно делать записи, скриншоты – все, что хочешь. В ответ официальные лица развели руками и сказали: «Не подумали»…
Второй день стал для меня еще более непредсказуемым. Неожиданным образом была изменена программа – после моего короткого выступления расширенное заседание по ситуации с правами человека в Ливии было сокращено вдвое, а ранее согласованный и заявленный мой доклад, прошедший все бюрократические процедуры, был вообще отменен.
Фактически представителю из России запретили выступить на этой высокой площадке с рассказом о том, какое безобразие с нарушением прав человека происходит сегодня в Ливии. О том, в каких условиях там содержатся сотни иностранных граждан, включая двух россиян, сотрудников Фонда защиты национальных ценностей – Максима Шугалея и Самера Суэйфана.
Особенную пикантность всему этому придавало то, что со мной находился капитан танкера «Теметерон», российский моряк Владимир Текучев, вырвавшийся из ливийского, не побоюсь этого слова, ада. Он (проведший три года в страшной тюрьме Митига) планировал рассказать о тех зверствах, через которые прошел сам – и тех пытках, свидетелем которых он был. Но и Владимиру Вениаминовичу также слово не дали.
Кстати, обсуждение Ливии планировалось в двух частях: с 9 до 12 и с 12 до 15. Это было указано на сайте Совета в расписании сессии. На мой вопрос, как же может не хватить времени с таким расписанием, мне ответили, что... вторую часть обсуждения Совет решил отменить. Лишь бы не слушать меня и Владимира Текучева с неудобной правдой о стране, в которой во многом «именем ООН» творится произвол!
С нами в Женеве также находился наш юрист – адвокат Владимира Текучева: мы подали жалобу в СПЧ ООН. Такое хамство, кстати, было не только по отношению к нам. На конференции выступал спецпредставитель генсека ООН по Ливии Гасан Саламе. Он поднимал серьезные вопросы. Говорил, что в Ливии правят бандиты. Рассказал о похищениях людей. Так, за первые шесть месяцев года было зафиксировано 10 случаев незаконных арестов и задержаний журналистов. Многие защитники прав человека и активисты бежали из страны в результате угроз, которые поступали в их адрес как через соцсети, так и по мобильному телефону.
Все это действительно важно и значимо. Но большинство спикеров, выступавших после Гасана Саламе, мне показалось, пытались просто заболтать его речь. Они «слили» ценное время своими пространными рассуждениями о необходимости переговоров и восстановлении мира в Ливии. Плюс были «потрясающие» заявления о том, что «мы присоединяемся к предыдущему докладчику», «мы тоже осуждаем» и так далее. В общем, сплошное бла-бла-бла.
Кстати, блокирование «неудобных», как оказалось, вообще тренд ООН. На конференции не дали высказаться целому ряду людей из Камбоджи, где регулярно нарушаются права человека. Они также были возмущены и, объединившись с Владимиром Текучевым, организовали у здания Дворца Наций акцию гражданского неповиновения.
Для справки: правительство Камбоджи уже более 34 лет возглавляет Хун Сен. Его правление является самым длительным в истории Камбоджи и вторым по продолжительности в современной Азии (после премьер-министра Бахрейна Халифы ибн Салман Аль Халифы) и одним из самых длительных в мире. В 2015 году международная правозащитная организация Human Rights Watch посвятила ему целый доклад «30 лет Хун Сена. Насилие, репрессии и коррупция в Камбодже».
Однако… давайте внесу нотку юмора в свой рассказ – как раз немного об азиатской политике. Активную роль в жизни Камбоджи играют четверо детей Хун Сена – Хун Манет, Хун Манит, Хун Мани и Хун Мана. Первые трое – сыновья. Оцените богатство языка и фантазию отца!
Но – продолжу: на следующий день Владимир Текучев провел одиночный пикет у здания Дворца Наций, где заседает Совет по правам человека и другие структуры ООН. В руках у него был плакат: «ООН! Останови пытки в Триполи». Провести пикет в самом зале заседания, где Владимиру Вениаминовичу не дали слово, не удалось. Похоже, что у сотрудников секретариата СПЧ большой опыт борьбы с инакомыслящими: при входе в зал проводится обыск, вещи пропускают через сканер; у нашего соотечественника изъяли плакат, а его самого вывели из зала.
Чем все это закончится, мы не знаем. Но Владимир Текучев сдаваться не намерен. Его цель – достучаться до международных организаций, правозащитных и официальных структур и добиться освобождения невиновных граждан, находящихся в заточении у ливийских бандитов.На самом деле, только от некоторых НКО, которым позволили выступить, исходили какие-то конструктивные предложения. В частности, они высказались за учреждение международного трибунала по преступлениям в Ливии, за создание которого выступает и наш Фонд защиты национальных ценностей. Не уверен, что ООН пропустит этот проект, но как минимум на появление специальной комиссии по Ливии в рамках Совета по правам человека мы вправе рассчитывать.