Два года назад в рождественскую ярмарку на Брайтшайдплац в Берлине на грузовике, угнанном вместе с польским водителем, въехал террорист Амри. Убил сразу двенадцать человек. Вся могучая машина германской полиции, разведки и контрразведки спокойно выпустила террориста за границу, пока его, наконец, не застрелили в Италии простые итальянские полицейские, не знавшие слова «политкорректность». Канцлер ФРГ Ангела Меркель, пригласившая Амри и ему подобных приехать в страну, дабы пережить ужасы какой-то войны, целый год не нашла времени и желания встретиться с родственниками погибших.
Собственно, когда левые немецкие демагоги начинают кричать на соотечественников что-то вроде «Вы что – против беженцев, проклятые фашисты?», ответ может быть только один: «нет, не против – мы против того, как государство реагирует на проблемы с этим связанные и на полное игнорирование интересов собственных граждан». Потому что уже третье Рождество и Новый год подряд немцы чувствуют, что их тупо кинули.
Рождество – Weihnacht – удивительное время в Германии. Как сказали бы пошляки – «сказочное». Даже суровое русское сердце тает от картины маленьких старых улочек с фахверковыми домами, припорошенных снегом улиц, елок и огней, веселых румяных людей, которые пьют на морозе свой gluhwein (глинтвейн) и кругом аромат печенья. А где-то над каминами уже висят вязаные бабушками носки, куда Weihnachtmann/Nukolaus/Onkelchen Frost (буквально «Дедушка Мороз») принесет подарки тем детям, которые хорошо себя вели весь год. И где-то в замке на холме уже звенят бубенцы. Эдакий мифический образ «старой доброй Германии». Сказки братьев Гримм в переложении для детей младшего и среднего дошкольного возраста.
Немцы вообще любят сказки, особенно про себя. Потому что такое понятие, как «Старая добрая Германия», больше похоже на выдумки маркетологов из компании по производству рюкзаков Seil Marschall, на которых так и написано «сделано в старой доброй Германии». Хотя это на деле оказывается копией солдатских рюкзаков времен Первой мировой войны.
Так когда, интересно, Германия была «старой и доброй»? До первой мировой или между первой и второй? Или гораздо раньше? Когда вообще-то и единой Германии то никакой не было. Так что все – лажа.
Германия пытается быть добренькой последние лет семьдесят, но вряд ли это попадает под понятие «старая». Поэтому немцам так важно все это Рождество – как представление о собственном миролюбии, бытовом уюте и семейных ценностях. И вере. Христианской вере. Не случайно много лет правительственную коалицию возглавляет альянс именно христианских партий – ХДС и ХСС.
Простые люди до сих пор верят в то, что они отстаивают прежде всего христианские ценности. Вообще-то зря. Комиссар по интеграции из аппарата канцлера, видный деятель Христианско-демократического союза мадам Аннетта Видманн-Мауз пишет рождественское поздравление своему народу: «Независимо от того, во что вы верите, мы желаем вам спокойного времени и хорошего начала нового года».
Странно, потому что для Рамадана политик ХДС вовремя пожелала всем «мусульманам в Германии» «благословенного и созерцательного поста». Даже верующие евреи не были забыты. Аннет Видманн-Мауз написала в Твиттере Хануке: «Ханука Самеах! Я желаю всем евреям счастливой и благословенной Хануки». И только в Рождество – самый объединяющий христиан праздник – у нее не нашлось ни слова про рожденного Христа, только «независимо от того, во что вы верите»?
«Доблестная христианская партия ХДС предает немецкие культурные ценности, оскорбляет людей христианской веры, служит исламу. Интересно, кого она действительно хочет сюда интегрировать?» – пишет у себя в блоге оппозиционный политик Алиса Вайдель.
А тем временем на улицах немецких городов рождественские ярмарки огорожены бетонными надолбами, как в войну. Их местные остроумцы уже назвали «Меркель-Лего» и расписывают их граффити с изображением самой Меркель с надписью «Я вас защищу». На входе на ярмарки стоят полицейские, которые проверяют сумочки, а огни ярмарок по всей стране гаснут рано вечером, дабы не раздражать новоприбывших своим видом. Своим слишком христианским видом.
Что можно еще сделать, чтобы люди себя больше не чувствовали в своей стране, как дома? И дело не в беженцах. Дело в собственных руководителях, которые занимаются тем, что в нормальной стране могло быть сформулировано как «национальное предательство».
Вот никогда не думал, что старинный советский телевизионный пропагандистский мем «на улицах праздник, но невеселы лица простых парижан», станет настолько точным описанием того, что происходит в реальной жизни. А одна из сказок братьев Гримм, которые тут во множестве ставят для детей именно в Рождество – «Волк и семеро козлят» – заиграет новыми красками. Потому что слишком очевидно – кто тут козлята, кто волк и кто пустил волка в Ziegenstall (сарай с козлятами). Люди, у которых на политическом лейбле все еще приклеено имя Христа.