Президент Владимир Путин в ходе визита в Амурскую область поручил губернатору Александру Козлову проработать некоторые острые социальные проблемы региона и посетил два крупных объекта, «размах» которых позволяет говорить о грандиозных планах по развитию Сибири и Дальнего Востока.
Столь популярный долгие годы анализ угроз западным границам России сегодня уверенно затмил противоположное направление – Дальний Восток. Наращивание сил НАТО в Европе, полыхающая Украина и оборона западных форпостов империи сейчас представляются одним из главных трендов в отечественном информационном пространстве.
А ведь еще не так давно, всего полвека назад, проблема «отложенной» демаркации границ с Китаем «выстрелила» целой серией инцидентов.
Впрочем, и сейчас из Благовещенска военные приготовления США вокруг Северной Кореи выглядят совершенно иначе, чем из Москвы.
Собственно, внешняя угроза и стала некогда стимулом развития местной инфрастуктуры:
в годы, когда французы и англичане штурмовали Севастополь, а в Китае полыхали опиумные войны, возник реальный риск закрепления британцев в русле Амура.
Сегодня, конечно же, стимулом к развитию Дальнего Востока служат не столь агрессивные факторы (хотя и о них, естественно, никто не забывает).
Китай, один из крупнейших в мире потребителей природного газа, постоянно выходит на новые уровни потребления этого топлива – в начале июля председатель ПАО «Газпром» Алексей Миллер отметил, что в 2016 году Китай преодолел объем в 200 миллиардов кубометров газа, а за первые четыре месяца 2017 года объем его потребления вырос на 12%.
Однако в какой-то момент Китай приостановил переговоры с Россией о новых газопроводах под предлогом пересмотра энергобаланса.
И в самом деле, динамичные события на рынке сжиженного природного газа (СПГ) едва ли позволят китайцам заключать стратегические договоренности с Россией в условиях, когда сварка труб магистрального газопровода «Сила Сибири» завершена немногим более чем наполовину.
Ведь при этом ранее Катар предлагал очень гибкие контракты для покупателей СПГ, Иран возводит новейший нефтегазовый хаб в южном порту Джаск, заказывает новые танкеры и стремительно наращивает объемы добычи.
Именно поэтому уверенный вход на китайский рынок столь важен для России, а Амурский газоперерабатывающий завод (ГПЗ) выглядит наиболее приоритетным предприятием на Дальнем Востоке.
В ходе визита Владимира Путина на стройплощадку ГПЗ Алексей Миллер доложил президенту о сроках сдачи первых двух технологических линий завода: к 2021 году, а пуск «Силы Сибири» – к 2019-му (что отменяет любые волнения по поводу отсутствия на данный момент внятных договоренностей с Китаем).
Как отметил Владимир Путин,
подобные проекты ранее не реализовывались ни в России, ни в Советском Союзе,
и вскоре завод создаст условия для газификации региона, которая на сегодняшний день близка к нулю.
Ну а, по мнению Алексея Миллера, строительство ГПЗ даст мощный импульс социально-экономическому развитию Дальнего Востока и Восточной Сибири – по меньшей мере, речь уже шла о создании инфраструктуры для сотрудников завода.
Также президент дал команду на запуск трех гидроагрегатов Нижне-Бурейской ГЭС, в запуске проекта которой Путин участвовал, еще будучи премьером. Теперь же электростанция будет снабжать энергией юг Дальнего Востока, космодром Восточный и регулировать сток Бурейской ГЭС, расположенной выше по течению (это снизит ущерб от возможных наводнений).
Впрочем, и к этим однозначно позитивным сообщениям при желании можно подмешать ложку дегтя.
Сторонники «китайского заговора» регулярно «вбрасывают» новые теории, согласно которым Дальний Восток непременно и вскоре захватят китайцы, а Восточную Сибирь и вовсе уже «всю сдали в аренду». А значит, что в регионе ни создавай – все достанется алчным соседям.
По большей части, эти мифы берут свое начало из конца 60-х, когда для провокации приграничных конфликтов китайское правительство «загоняло» крестьян на территорию СССР и поручало возделывать земли как ни в чем не бывало.
Ну а в наше время в рамках программы сотрудничества между приграничными регионами России и Китая на 2009–2018 годы, которую в конце 2009 года одобрили президент Дмитрий Медведев и председатель КНР Ху Цзиньтао, китайцы со взаимной выгодой арендуют земли под выращивание сои, риса и овощей.
Поэтому, скорее, стоит говорить о выгодном сотрудничестве, чем «китайской угрозе».
К тому же, перед Китаем стоит ровно та же проблема, что и перед Россией:
необходимость быстрого и эффективного освоения значительных территорий страны, на которых проживает меньшинство населения.
Если посмотреть на плотность населения западных провинций КНР, то можно увидеть, что на одном квадратном километре этих регионов проживает менее 50 человек, а согласно Росстату общее сальдо миграции китайцев совсем незначительно – им бы со своими землями управиться!
Что же до Амурской области, то на данный момент удалось снизить миграционный отток из региона до 4 тыс. человек в год, чему, конечно же, способствуют проекты, подобные ГПЗ – пиковая нагрузка строительства потребует занятости 25 тыс. человек, а постоянный штат сотрудников составит до 3 тыс.
Так решается и другая ключевая задача Амурской области – закрепление и увеличение численности населения региона.
В своих поручениях губернатору области Александру Козлову Владимир Путин упомянул необходимость улучшения демографической ситуации, свободного и бесплатного доступа к медицине, передал и вопросы, заданные жителями области в ходе прямой линии.
Ну а сотрудничество региона с КНР проходит и напрямую: действует соглашение между Правительством Амурской области и Народным Правительством провинции Хэйлунцзян об экономическом, научно-техническом и культурном сотрудничестве, по линиям межмуниципального взаимодействия Благовещенск в 2003 году стал городом-побратимом китайскому Удаляньчи и Хэйхэ.Официальные встречи, деловые контакты делегации по линии образования, спорта и прочего дают возможности, прежде всего, для культурного обмена – именно поэтому жители области, за редким исключением, мало верят в «китайский заговор».
Так, один из депутатов Госдумы в доказательство темных намерений Китая цитировал слова некоего сибирского шамана – видимо, для депутата культурный обмен прошел особенно успешно.
Поэтому сегодня можно с уверенностью прогнозировать развитие Дальневосточного региона и углубление взаимодействия России с КНР, как на федеральном уровне, так и на уровне субъектов Федерации, чему немало способствуют сходство проблем развития приграничных территорий двух стран и общность наших национальных интересов.