Если уж сам Дональд Трамп, подписываясь под новыми санкциями, заявляет, что выступает против них, то что уж говорить о президентах поскромней. Например, о его молдавском коллеге Игоре Додоне. 

Судите сами, в конце мая МИД Молдавии выслал из страны пять российских дипломатов из-за некой информации, полученной от спецслужб. Якобы что-то о шпионаже, но именно что якобы. Додон возмутился, осудил и обвинил в происках американцев.

В конце июля российских граждан, летевших через Кишинев с благотворительной миссией в Приднестровье (среди них Герой СССР Владимир Гасоян), задержали молдавские пограничники и отказали во въезде в республику по какой-то безумной причине – они не указали цель визита. Додон снова «категорически осудил». 

Почти сразу после этого российский вице-премьер Дмитрий Рогозин отправился на встречу с президентом Молдавии, чтобы обсудить вопросы торговли, амнистии мигрантов и урегулирование в Приднестровье. В рамках визита планировалась встреча с главой ПМР Вадимом Красносельским и совместные мероприятия в Бендерах по случаю 25-летия миротворческой миссии. Однако румыны завернули самолет с Рогозиным, мотивировав тем, что политик входит в санкционный список ЕС.

Вернувшись домой, Дмитрий Олегович выдал секрет Полишинеля, в сердцах заявив в прямом эфире, что молдаванами управляет мафиозный клан, имея в виду, что власть в стране находится не у президента Додона, а у лидера местной демпартии олигарха Влада Плахотнюка.

За разглашение общеизвестной информации Рогозин был объявлен персоной нон грата в Молдавии.

А что Додон, которого правительство, прямо скажем, унизило своими последними решениями? А он в это время молился на Афоне, снова выразил беспокойство, заметил, что кишиневское правительство «заигралось», и даже процитировал полюбившегося в последнее время представителям постсоветской элиты Бисмарка, что русские всегда приходят за своими деньгами, а иезуитские соглашения не стоят бумаги, на которой они написаны.

Слова, слова, слова…

Игоря Николаевича Додона избрали президентом осенью 2016 года. В его планах было противодействие прорумынским силам с опорой на т.н. национальную буржуазию, которая опасается, что поглощение страны Румынией обернется потерей собственности. Естественно, при этом Додон призывал и к отказу от евроинтеграции (конечно, при сохранении добрососедских отношений с ЕС), а в качестве альтернативного внешнеполитического вектора заигрывал с Москвой.

Забавно, что в интервью уже после избрания он сказал следующее:

«Я считаю, что у нас много проблем, которые нужно решать вместе с Россией, это правда. Но при этом я не пророссийский, не прозападный, а промолдавский политик, сторонник нашей государственности. Я считаю, что самое главное – соблюдать интересы собственной страны. Моя «пророссийскость» – клише, которое пытаются внедрить в сознание граждан мои политические оппоненты».

Да это же чистой воды Янукович! Ну или Лукашенко. И нашим, и вашим, ласковый теленок двух маток сосет и т. д.

Слишком сильно на Запад нельзя, т.к. там облизывается румынская буржуазия, но и с восточным направлением перегибать не стоит – там столовые приборы приготовили свои олигархи. Сохранить свой хуторок, воспетый Софией Ротару, – вот главная национальная идея правящего класса подобных Молдавии постсоветских стран.

И это не самый плохой вариант для России, т.к. хуторяне – люди тяжелые, но, по крайней мере, они не двинутся всем табором на поклон к Дядюшке Сэму. Однако, как показала Украина, «табор» оказывается сильнее и зубастее «хуторка».

Впрочем, о чем говорить, если даже российским политикам понадобилось почти четыре года, чтобы признать, что против России ведется полноценная война, пусть и в форме торговой, и что надежд на послабление в этой войне не осталось. Стоит ли в такой ситуации сетовать на того же Додона, который сам честно признается, что его пророссийскость лишь клише политических оппонентов?

Он руководитель маленькой и слабой капиталистической страны, который самим своим положением вынужден лавировать между гигантами, чтобы сохранить власть и собственность т.н. национального буржуазного класса, не дать захватить все крупным акулам соседних стран. Политика понятная, но от этого не менее бесперспективная.

Но будем к нему справедливы. Додон все же немало сделал для улучшения отношений Молдавии с Россией: отправил в отставку пронатовского министра обороны, лично встречался с лидером Приднестровья, объявил о готовности к компромиссам по ПМР, отказался от кредита ЕС, получил статус наблюдателя в ЕАЭС, договорился с Путиным об открытии российского рынка для молдавских вин, амнистии для гастарбайтеров-нарушителей.  

Проблема в том, что для Молдавии все это как мертвому припарки еще в большей степени, чем для Украины Януковича, который хоть что-то контролировал с помощью Партии регионов.

Додон же не контролирует ничего.

Рогозин не просто так сказал о «мафиозном клане», который удерживает власть в стране.

В парламентской Молдавской Республике большинство в законодательном органе удерживает прозападная коалиция во главе с лидером демпартии олигархом Владом Плахотнюком, состояние которого, по некоторым данным, составляет не менее 2 млрд долларов.

По всем канонам, помимо приносящего прибыль бизнеса, он владеет медиаимперией из четырех телеканалов и трех радиостанций, что легко позволяет влиять на общественное мнение.

Плахотнюка, имеющего румынское гражданство, неоднократно обвиняли в таких не укладывающихся в голове преступлениях, как торговля людьми, сутенерство, заказные убийства, рейдерство, крупное хищение из банковской системы страны, шантаж, монополизация энергетики, медиапространства и т.д. Некоторое время он, прямо как Юлия Тимошенко, имел проблемы с Интерполом.  

Так что это вам не Янукович, в юности воровавший шапки, а приличный солидный человек, демократ и либерал, кавалер «Ордена Республики» за «основополагающий вклад в достижение главной внешнеполитической цели Республики Молдова – политической ассоциации и экономической интеграции с Европейским союзом». 

Ну и какие варианты противостояния с такими уважаемыми и имеющими четкую стратегическую цель людьми есть у виляющего и лавирующего Додона, не обладающего даже теми скромными возможностями, что были у Януковича? По большому счету, остается только цитировать Бисмарка.

Ведь вряд ли всерьез можно воспринимать инициированный президентом Молдавии сентябрьский референдум о наделении себя полномочиями по роспуску парламента. Понятно, что лавры Эрдогана не дают покоя, но плебисцит будет лишь консультативным, т.е. у народа просто спросят, а не против ли он такой инициативы?

Додон отказался от идеи конституционного референдума, прекрасно понимая, что для этого нужно пройти долгую процедуру, на которую, возможно, просто нет времени, да и парламент запросто может инициативу аннулировать. Так что последняя попытка спасения утопающего – обратиться к народу хотя бы за консультацией.

«Я хочу увидеть депутатов, которые выступят против воплощения в жизнь требований большинства граждан», – заявил Игорь Додон.

Желание президента – закон. Он хочет их видеть, и он их увидит. Тем более что у молдавских парламентариев перед глазами пример куда более опытных в вопросах парламентаризма и демократии голландских депутатов, которые вынесли решение в пользу ассоциации Украины с ЕС, фактически проигнорировав те самые требования большинства граждан, высказанные на референдуме.

Ну о каких требованиях большинства может идти речь, когда на кону власть и собственность?

Конечно, если у этого большинства есть оружие, то ситуация может кардинально поменяться, но у него ничего нет. Все оружие (в том числе и медийное) при буржуазной демократии естественным образом находится в руках меньшинства, которое в критический для себя момент запросто применяет его в отношении большинства.

Тем более если Додон выносит на референдум такие вопросы, как наделение себя полномочиями по роспуску парламента, отмена закона о порядке возврата украденного миллиарда из банковской системы (прямой привет замешанному в этом Плахотнюку), сокращение числа депутатов и преподавание в школе «истории Молдавии» вместо «истории румын».

Ничего пророссийского, как мы видим, в этих предложениях нет, а последнее вообще в рамках национально-хуторского строительства. 

Национальный «хуторок» в условиях противостояния империалистических акул XXI века и новой холодной войны сентиментально мил, но архаичен и бесперспективен.

Что и показал также неподконтрольный Додону Конституционный суд, аннулировав указ о референдуме.

Инициировала иск Либеральная партия (входит в «Альянс за европейскую интеграцию» с ДМП Плахотнюка), которая, помимо этого, собирает подписи в поддержку референдума об отставке президента – ведь он является «угрозой для республики» и ведет ее «под влияние России».

Те, кто ведут республику под влияние Румынии и ЕС, понятное дело, угрозой не являются.

Зато поздравление Додоном Вадима Красносельского с победой на выборах президента Приднестровья, а также участие его в московском параде Победы 9 мая – это страшное предательство «национальных» интересов кучки прозападных олигархов.

Короче говоря, Додон проигрывает при любых раскладах. Даже если ему удастся добиться перевыборов оппозиционного парламента, за кого проголосует молдавский обыватель в условиях контроля медиапространства оппозицией?

Ну а если ничего не выйдет, вероятность импичмента такого «пророссийского» президента, который при этом не в состоянии отстоять свои инициативы, но может только осуждать и возмущаться, достаточно высока.

Собственно, об этом говорит и сам Дмитрий Олегович, ссылаясь на результаты некоего расследования. Он считает, что из Кишинева в Румынию был осуществлен тайный звонок, т.к. его самолет спокойно прошел воздушное пространство Польши и Словакии, в которых санкции ЕС также действуют.

Возможный ответ России, который вряд ли будет слишком жестким, Бухарест не сильно пугает, а вот для молдавской экономики ухудшение отношений с Москвой – это беда.

Рогозин объяснил, что только отмена его приезда лишит Кишинев сотен миллионов долларов от контрактов, которые собирались обсуждать. А что если будут введены ответные меры и повторится вырубка молдавских садов 2015 года из-за санкционных потерь российского рынка? А молдавские гастарбайтеры, проблему которых только-только решили?

Объявление же Рогозина персоной нон грата обязательно приведет к новому «вою» в олигархических СМИ о предательстве, если Додон все-таки встретится с Дмитрием Олеговичем в Иране. 

Нельзя забывать и о парламентских выборах 2018 года (если не будет досрочных), на которых репутация позиционирующей себя как пророссийская социалистической партии в глазах молдавского электората может быть изрядно подмочена.

Майдан даже в отношении слабого Додона – дело затратное. А вдруг он начнет (маловероятно, но все же) сопротивляться, как это делает, скажем, Мадуро в Венесуэле?

Гораздо лучше повторить, например, бразильский сценарий, где социалистку Дилму Русеф спокойно через импичмент заменили на чисто проамериканского Мишела Темера, на котором, как «внезапно» выяснилось, клейма негде ставить в плане коррупции и работы на иностранные разведки.

Мы удивляемся тому, что у Запада везде есть представляющие его интересы партии, а те политические силы, которые считаются пророссийскими, таковыми на самом деле не являются,

но занимаются лишь своими «хуторскими» интересами, лавируя между акулами, пока их каждый раз кто-то не съедает.

Но удивляться нечему.

Прозападное лобби в Молдавии, на Украине и др. странах крепко связано со своими бенефициарами на Западе бизнесом, собственностью и т. д., а с Россией у них такой связи нет, поскольку до сих пор, несмотря на новый виток санкций и неприкрыто нагло ведущуюся холодную войну, российский крупный капитал точно так же связан с Западом, как и соседи-«хуторяне».

А это значит, что нет никакой альтернативной стратегии, дающей возможность создавать настоящие, а не фиктивные, пророссийские политические силы хотя бы в сопредельных государствах.

Возможно, новый санкционный привет от «друга» Трампа и неприятная ситуация с Дмитрием Рогозиным наконец что-то в этом вопросе изменят.