Явление Павла Грудинина на предвыборной сцене – это чистый восторг для сознательных левых и хорошая новость для значительной части граждан, вчуже полагающих левую повестку обязательным условием политического развития России.
Выдвижение Грудинина актуализировало и облекло в живую плоть левую идею, потерявшую динамику, легкий и прощупываемый пульс. Квазиоппозиционная КПРФ яркому, обличающему слову предпочитала мертвый язык догмы, которым она занавешивала свое нежелание вступать в серьезные конфликты с властями, начиная еще с ельцинских времен.
Кроме всего прочего, российские коммунисты – это история неуспеха, безнадежного дела, ибо идеология компартии не дала ни единого примера процветания, взрывного экономического роста, управленческих достижений. «Красные губернаторы», «красный пояс» – это все синонимы тяжелой, неповоротливой, тяготеющей к чугунному бюрократизму и засилью оловянной патриотической фразеологии управленческой формы.
Грудинин же – обретение мечты, недостижимый и чаемый Китай, рынок и социализм в одном флаконе. Его друг, экстравагантный, нахватавшийся оппозиционных верхов, вздорный и нагловатый то ли бизнесмен, то ли его беспардонная имитация Дмитрий Потапенко в интервью интернет-ресурсу Dailystorm утверждает, что выдвижение неожиданной для многих кандидатуры от КПРФ – это инициатива самой власти.
С ходу доверять утверждениям Потапенко было бы в высшей степени неосмотрительно, тем более что человек, в честности, мужестве и принципиальности которого не стоит сомневаться, экс-заместитель руководителя Счетной палаты РФ Юрий Болдырев говорит, что переговоры о выдвижении единого кандидата между блоком социально ориентированных и национально-патриотических сил велись в течение года, что подтвердил и Геннадий Зюганов.
Если это так, то один значимый факт фиксируется без свидетельств Потапенко: власть не стала противодействовать участию в предвыборной кампании несомненно сильной и электорально привлекательной фигуры.
Грудинин стал почти одновременно героем различных шоу на всех главных российских телеканалах. Так что заинтересованности определенной части руководства страны в некоторой поддержке именно такого кандидата я не стал бы исключать. Но для чего это нужно?
Здесь я выскажу предположение, которое мне очень нравится и в которое я сам бы хотел верить. Левая повестка, связанная с возвращением государству его социальных обязательств по перераспределению благ, поддержке нуждающихся в помощи – детей, стариков, матерей-одиночек, социально уязвимых слоев, ученых, бюджетников и прочих, триумфально отвоевывает себе пространство в политической стратегии следующих шести лет.
Когда Владимир Путин на Петербургском экономическом форуме заявил о том, что разрыв в доходах между богатыми и бедными – настоящая беда России, являющаяся результатом «шоковой терапии», это можно было счесть фигурой речи, хотя высказываться на серьезные темы просто так глава российского государства не имеет привычки.
Но в минувшие выходные президент на съезде «Единой России» вновь затронул тему бедности, назвав ее масштабы унизительными и анонсировав перемены, которые должны будут решить не только эту проблему, но и целый ряд других:
«Вся политика должна быть направлена на сбережение нации. Здравоохранение, новые школы, современная среда для жизни, хорошая экология, ЖКХ и дороги... удобное качественное жилье, доступное для миллионов граждан».
Я вижу в этой короткой зарисовке костяк социально ориентированной программы, хотя понимаю, что многие могут со мной не согласиться.
Известно, что Путин – человек баланса и соразмерности, обеспечивающий равновесие самых различных интересов, определяющих жизнь страны и ее политическую повестку.
Думаю, что из этой позиции ему довольно сложно выступать с крайней точкой зрения, пусть даже ее поддерживают десятки миллионов людей.
Она радикально перечеркивает целую эпоху и в конечном счете обязана подойти к проблемам, определяющим архитектуру современной российской государственности. Главная из них – это грабительская приватизация, которая должна когда-нибудь быть верно квалифицирована.
Президент может позволить себе разве что критические вкрапления, но выйти с открытым социалистическим забралом – едва ли. Кроме того, он, на мой взгляд, хотя и принадлежит к людям вполне левой ориентации, но при этом является убежденным рыночником.
Необходимость яркого левого полюса, актуального, умного и успешного, очевидна. Он может как бы со стороны корректировать происходящее в экономике, напоминая государству денно и нощно о его социальных обязательствах.
Кроме всего прочего, если Грудинин сумеет преодолеть начальную неловкость – а сейчас он выступает крайне слабо и невнятно – и набрать серьезный процент голосов, то он и победитель составят по итогам мощный антилиберальный тандем, который, как чугунной плитой, придавит ничтожные голоса, заработанные кукольными оппозиционерами.Мне мнилось еще, что в случае серьезной поддержки на выборах Грудинин сможет претендовать на должность премьер-министра в будущем правительстве, но его первые шаги в качестве публичного политика выглядят столь разочаровывающими, что предрекать ему хороший результат пока нет никаких оснований.