На рассмотрение Государственной думы внесены поправки к законам «О государственной гражданской службе в РФ» и «О муниципальной службе в РФ», которые позволят кадровым службам мониторить социальные сети чиновников и делать «оргвыводы» вплоть до увольнения, если служащий позволил себе какие-то некорректные высказывания или таким образом был выявлен конфликт интересов.
Если поправки будут приняты, то потенциальные чиновники вместе с резюме должны будут предоставлять и ссылки на свои аккаунты в соцсетях, то же самое должны будут сделать и уже действующие служители государства. Речь идет только об открытой информации, доступа к личной переписке никто не требует. Поправки внесли Владимир Бурматов («Единая Россия») и Андрей Луговой (ЛДПР). Вероятно, что после некоторого обсуждения и уточнения формулировок они будут приняты.
Предложенная мера, в принципе, лишь узаконит статус-кво. Все мы прекрасно понимаем, что и общественность, и начальство внимательно следят за социальными сетям госслужащих. Благо все находятся у всех в «друзьях». Регулярно из СМИ и фейсбучных лент мы узнаем о тех страстях, которые кипят в соцсетях. Понятно, что это каким-то образом сказывается и на карьерах фигурантов этих историй.
Благодаря социальным сетям наше общество стало открытым более, чем в любой другой период истории. Мы смогли узнать, чем занимаются чиновничьи дети, как ведут себя госслужащие в близком кругу, оценить убранство дач и квартир, выяснить, на каких курортах и как часто предпочитают отдыхать.
Любой желающий мог посмотреть фото с чиновничьего отдыха, прикинуть по открытым источникам стоимость поездки и сравнить с доходом, указанным в декларации. Разумно, если и государство начнет открыто пользоваться этой публичной информацией.
Впрочем, чиновники достаточно быстро сообразили, что предоставляют гражданам гораздо больше информации, чем хотелось бы, и начали активно чистить свои страницы от «лишних» фотографий и высказываний. Госслужащие стали осторожнее в своих записях и предпочитают многое прятать под замок, а то и вообще не публиковать.
Самоцензура появилась гораздо раньше и оказалась гораздо сильнее, чем любой государственный контроль. Тем не менее до сих пор какие-то фотографии и записи на чиновничьих страницах вызывают интерес публики.
К примеру, регулярно достоянием гласности становятся «горячие» снимки молодых российских чиновниц, которые сделали эти фото еще во времена бурной студенческой молодости, тогда же выложили себе на страницу и благополучно забыли о них на десять лет.
Самая громкая из подобных историй случилась менее года назад, когда глазастые общественники нашли фотографии разной степени откровенности сразу семи ульяновских госслужащих. После принятия поправок кадровая служба сможет попросить удалить компрометирующие снимки еще до приема на работу. И таким образом избежит возможного скандала вокруг ведомства.
Сложнее понять, как авторы поправок собираются выявлять конфликты интересов. Сам факт того, что, скажем, чиновник, отвечающий за дороги, «дружит» в соцсетях с крупным подрядчиком в этой сфере, вряд ли можно назвать достаточным основанием даже для служебной проверки. В конце концов, им просто по роду деятельности положено быть знакомыми. А переписку о «попилах» и «откатах» они вряд ли ведут прямо у себя на стенах. С учетом громких взломов почт и аккаунтов вряд ли они это и «в личке» обсуждают. Только за закрытыми дверями, оставив мобильные телефоны на входе.
Как бы то ни было, российская законотворческая мысль здесь идет в общемировом тренде. Своих сотрудников мониторят крупные российские и западные компании, а также и государственные службы. И неосторожное слово или фото может стать причиной для увольнения.Жюстин Сакко, экс-директор по связям с общественностью интернет-компании IAC, уволили после расистской шутки в «Твиттере». Элизабет Лотен – сотрудница аппарата Республиканской партии, раскритиковавшая в «Фейсбуке» чересчур короткие юбки дочерей президента Обамы, сама попала под шквал критики и вынуждена была уйти со своего поста.
Были подобные случаи и в России, как в частных компаниях (Аэрофлот, Сбербанк), так и в государственных службах. Пару лет назад федеральная судья из Бурятии Ирина Левандовская опубликовала на своей странице «ВКонтакте» фотографии, где во время застолья, которое проходило совсем не в рабочее время, она позировала с бутылкой водки в руках. После чего моментально стала героиней множества фотожаб.
Специальная комиссия при совете судей республики сочла снимок нарушением норм профессиональной этики и контракт с судьей не продлила. Ничего такого криминального на фото не было – взрослый, хоть и не трезвый человек держит в руках бутылку водки, сидя в каком-то ресторане. Имеет право. Появились как противники Левандовской, так и ее защитники. В конце концов, судьи тоже люди.
В этом безусловный плюс предложенных поправок – они позволят прописать «правила игры». Кто-то может счесть фото с алкоголем неэтичным, а кто-то не видит в нем никаких проблем. Было бы лучше, если бы чиновники с самого начала осознавали, что им можно делать, а что нельзя. Это сильно упростит всем жизнь.