Думаю, многим уже стало ясно, что отличительной чертой современного украинства является неуемное стремление к прожектерству и самым фантастическим мечтаниям.

История сожительства крымских татар и русских имеет совершенно определенные закономерности

Вступление в Евросоюз, перемога над коррупцией, экономическое процветание в течение пары месяцев, печатание танков на 3Д-принтерах и создание аграрной империи – нет предела фантазии украинского патриота.

В этом ряду не последнее место занимает возвращение Крыма, причем не как-нибудь, а после всеобщего победоносного восстания крымских татар.

В далеком феврале 2014-го, когда еще только начиналась история исхода, ряд моих теперь уже бывших товарищей бредили этим скорым и могучим восстанием, которое вот-вот должны были поднять крымские татары, «давно заготовившие на москалей ножи».

Тогда же я предлагал им для начала просто воспользоваться гуглом и отыскать информацию о таком диковинном явлении, как «восстание крымских татар». Но даже говорить об этом было тщетно. Несмотря на все доводы, восстание ожидали с минуты на минуту.  

Вновь заговорили о «неминуемом восстании» в последние дни, в связи с очередной годовщиной трагических событий 1944-го, рассматривая едва ли не как выстрел «Авроры», подавший к нему сигнал, победу певицы Джамалы на конкурсе европейской песни и пляски.

Тогда, в уже далеком 2014-м, меня еще удивляло это стойкое неприятие приземленной реальности, которое демонстрировали особенно сильно впавшие в патриотизм. Удивление давно прошло, и потому я не надеюсь, что обращение к этой реальности кого-то переубедит.

В большей мере я рассчитываю на то, что под другим углом на проблему посмотрят те, кто принимает украинскую пропаганду близко к сердцу и искоса поглядывает на крымских татар уже в России.

А приземленная реальность такова, что история сожительства крымских татар и русских имеет свои совершенно определенные закономерности.

Главная же закономерность заключается в том, что крымские татары – народ небольшой, давно лишенный собственной государственности, кроме того, проживающий на небольшой и несамодостаточной территории, а потому в критические моменты истории вынужден всегда ориентироваться на ту силу, которая является довлеющей в регионе.

Проще говоря, вот уже более 200 лет татары всегда становятся на сторону сильного. Если вернуться к вопросу о восстании крымских татар, то первое и единственное такое восстание против России состоялось в далеком 1781 году.

Тогда еще судьба полуострова не была определена окончательно и часть татарской знати сделала ставку на силу Турции.

Однако уже два года спустя Крым практически бескровно вошел в состав Империи, и с того момента на протяжении 135 лет никаких проблем, в отличие от того же Кавказа, татарское население полуострова центральной власти не доставляло.

Так было до самого 1917 года, пока ввиду известных обстоятельств ситуация кардинально не изменилась. Поначалу татары вполне приняли власть Временного правительства и по примеру многих других народов начали формировать национальные части для войны с Германией до победного конца.

К началу 18-го года большую часть полуострова взяли под контроль большевики, и тут лишь отдельные организации татар, точно так же как и русских, оказали им некоторое сопротивление.

К весне того же года полуостров заняли немцы, которые, несмотря на неудачи на Западном фронте, на Востоке казались самой грозной силой. Поэтому неудивительно, что крымские татары вполне приняли теперь уже немецкую власть.

Далее были англичане с французами, потом белые, которые также не встретили какого-либо сопротивления со стороны татар. А когда к концу 1920 года на полуострове появилась Красная армия, то и в этом случае крымские татары вполне логично предпочли приспособиться к новым условиям.

Последующие двадцать лет мы не находим никаких признаков непримиримой борьбы. Но в 1941 году ситуация вновь меняется. Разбив Красную армию, Вермахт вытесняет советскую власть с полуострова. Разагитированные собственной пропагандой о нерушимой дружбе народов советские руководители в будущей партизанской войне делают ставку в том числе и на татар.

Их ждет жестокое разочарование. Поняв, что сила теперь на стороне немцев, татары не только в своей массе отказываются от сопротивления, но и нередко помогают новой власти бороться с теми, кто такое сопротивление оказывает.

Пройдет немного времени, и даже полицейские формирования из татар (как, впрочем, и грузин, словаков и других народов, которые оказались в Крыму на тот момент) попытаются перейти на сторону Красной армии. Однако в 1944 году, не приняв во внимание этот маневр, советская власть принимает решение о применении одной из самых суровых мер по отношению к народу – депортации.

Последним доводом для сохранения этой иллюзии стала попытка татарских организаций противостоять крымской самообороне в феврале 2014-го. Но вспомним обстоятельства тех дней: в Киеве победила новая сила, и практически все государственные органы признали в ней власть, а громкий успех майданного восстания производил ошеломляющий эффект не только на его симпатиков и основную массу «неопределившихся», но даже и на тех, кто переворота так и не признал.

А никаких явных признаков того, что баланс сил на полуострове вновь стремительно переменился, еще не просматривалось. Как только это стало очевидно, крымские татары, как и подавляющая часть населения региона, мирно и гармонично стали гражданами Российской Федерации.

Зная эту простую логику истории крымских татар, нетрудно было предвидеть зимой 2014-го, что ни о каком восстании или сопротивлении России речи здесь быть не может.

Но не таковы украинские патриоты, чтобы опираться на элементарную логику. Мечты, вопреки здравому смыслу, продолжаются.

Что же касается Крыма, то пока Россия будет оставаться здесь доминирующей силой (естественно, не проводя национальной и религиозной дискриминации), татары будут мирно и вполне законопослушно жить рядом с остальным населением Крыма.

Таков уже ставший привычным способ самосохранения этого небольшого и вполне дружелюбного народа. Думаю, констатация этого факта огорчит всех тех, кто мечтает использовать его как пушечное мясо для реализации своих безумных затей.