На минувшей неделе США изволили выразить недовольство той бурной деятельностью, которую развернула в Польше партия «Право и справедливость». В прошлом году партия братьев Качиньских триумфально вернулась из оппозиции, заняв по итогам выборов в сейм 235 из 460 мест. Получив большинство в парламенте, PiS впервые в своей истории смогла сформировать однопартийное правительство, не вступая ни с кем в коалицию.
Это все-таки Польша, а не Украина, здесь прямого внешнего управления нет
Далее, как люди честные, партийцы принялись реализовывать те идеи, которыми привлекали к себе консервативно настроенного польского избирателя. До пункта «запретить гей-парады, а лучше – сразу геев» еще не дошли, но уже успели несколько ограничить полномочия Конституционного суда (а то он еще начнет мешать вести Польшу к светлому будущему) и внести поправки в закон о СМИ, которые позволят партии взять под полный контроль государственные медиахолдинги.
Обо всех этих вещах «Право и справедливость» говорила с самого момента своего образования. Честно предупреждали. Весь мир во зле лежит, либералы и коммунисты суть одно и то же, и только матерь наша – Католическая церковь – может нас от всего этого оградить. Всем поститься, молиться и слушать польскую версию католического радио «Мария».
В 2005 году наскоро созданная вокруг PiS коалиция тут же начала трещать по швам, что привело к роспуску сейма, досрочным выборам 2007-го и поражению, которое на восемь лет отправило партию в оппозицию.
Сейчас же наконец-то ничто не мешает заняться реализацией своей программы, часть которой как раз состоит в проведении консервативных реформ в политической системе.
Однако подобный реформаторский запал совсем не вызвал понимания в ЕС, и приструнить своенравных поляков еще в январе попытался еврокомиссар Гюнтер Эттингер. В ответ министр юстиции Польши Збигнев Зебро обозвал его фашистом: «Вы хотите поставить Польшу под наблюдение, под надзор. Такие слова, сказанные немецким политиком, вызывают у поляков самые худшие ассоциации. В том числе и у меня. Я – внук польского офицера, который во время Второй мировой войны боролся в рядах Армии Крайовой с «немецким надзором»
Поняв, что самим с поляками не сладить, попытались подключить к делу тяжелую артиллерию в лице Штатов. На минувшей неделе трое сенаторов (два демократа и один республиканец – большой друг русского народа Джон Маккейн) написали письмо на имя премьера Польши Беаты Шидло на тему того, что демократия – это хорошо, а подрывать свободу слова и независимость судебной системы – плохо. Пани Шидло в ответ ожидаемо огрызнулась: не имеют права американцы вмешиваться в дела суверенного государства и читать лекции.
Понятно, что «милые бранятся – только тешатся». И ответ поляков Маккейну со товарищи гораздо более дипломатичен, чем тому же Эттингеру. С нацистскими преступниками американских сенаторов, по крайней мере, никто не сравнивал. И в целом совместное американо-европейское давление приведет к определенному результату, и ершистое польское правительство будет вынуждено идти на некоторые уступки. Но «приструнить» можно конкретных политиков, но не всю страну.
PiS пыталась покушаться на свободу слова и независимость судебной власти еще десять лет назад. Тогда не хватило контроля над парламентом, сейчас он появился. Это, безусловно, крайне спорная политика, но большинство избирателей на сегодняшней день ее поддерживают, и именно на эту политику они и дали «Праву и справедливости» мандат доверия в прошлом году.
То есть не очень понятно, а чего вообще немцы и американцы ждали от радикальных польских консерваторов? Что партийцы выкинут к чертям все свои предвыборные лозунги на следующий день после победы и будут в строгости исполнять все мудрые распоряжения Берлина, Брюсселя и Вашингтона? Тогда, во-первых, зачем выборы проводить, давайте сразу чиновников из Брюсселя назначать.А во-вторых, ну, это все-таки Польша, а не Украина, здесь прямого внешнего управления нет, и могут даже американского посла нехорошим словом обозвать.
У значительной части восточных европейцев есть заметное разочарование в западных идеологемах. Есть ощущение, что, пробив четверть века назад головой Берлинскую стену, они просто оказались в соседней камере. Помещение попросторнее, нары похуже, кормят получше, но так же пытаются зарегламентировать длину огурцов и не дают думать своей головой.
Можно, конечно, инкорпорировать наиболее голосистых «почвенников» в существующую модель, эффективно чередуя доброе слово и пистолет, но что сенатор Маккейн собирается делать с народом, который таки и впрямь хочет вернуть землю себе? Оный народ ведь, разочаровавшись в «предателях», на следующих выборах может избрать и еще более радикальных консерваторов.