Зачем нужна оппозиция здоровому и самостоятельному обществу? Вопрос не так прост, как принято считать. На первый взгляд, может даже показаться, будто оппозиция не нужна вовсе – ибо с какой стороны ни посмотри, явного вреда она приносит куда как больше, чем виртуальной пользы.
У правителя, восстановившего против себя большую часть элит, обычно нет шансов
Вот, допустим, спортсмен бежит свою дистанцию в несколько километров. Как полагаете, имеет смысл привязывать ему к ноге гирю, чтобы она его тормозила? Побежит он от этого лучше?
Очевидно, нет. И даже если спортсмен в каком-то месте ошибется и свернет не туда, оппозиционная гиря ему ровным счетом никак не поможет.
Или, допустим, бизнес, традиционный рассадник либерализма. Много знаете бизнесменов, которые добровольно заведут у себя в фирме оппозицию, которая будет критиковать их по всем вопросам? Лично мне таковые неизвестны: обычно ежели «оппозицию» у себя в штате и терпят, то терпят вынужденно, а вовсе не из каких-то идейных соображений.
Возьмем более крупную структуру – армию. Численность нашей армии (включая резервные войска) – три с лишним миллиона человек. Это в десять раз больше, чем, например, население демократической Исландии. Но как-то так получается, что наша армия великолепно обходится без оппозиции, равно как и все остальные известные мне армии нашей планеты. Если же оппозиционеры таки заводятся, они моментально отправляются на гауптвахту, поразмышлять о важности соблюдения субординации.
Посмотрим на более либеральные структуры, на корпорации. В корпорации Walmart, например, работают более двух миллионов сотрудников, и эта цифра также сопоставима с населением многих небольших по меркам XXI века стран. Но оппозиционеров нет и в корпорациях...
Так зачем же тогда нужна оппозиция? Блогер Дмитрий Лейкин полагает, что хорошая оппозиция должна быть некой альтернативной властью: кем-то типа второго пилота в самолете, всегда готового при необходимости заменить первого.
С одной стороны, господин Лейкин прав, обрисованная им идеальная оппозиция и вправду была бы огромным шагом вперед по сравнению с той несистемной оппозицией, которую мы со скорбью наблюдаем в настоящее время в России. Однако я все же полагаю, что прежде чем задавать вопрос, «какая оппозиция нам нужна», нам следует ответить на вопрос: «зачем нам вообще нужна оппозиция»?
Вероятно, я скажу очевидную вещь, однако эту очевидную вещь мы за последние годы порядком уже подзабыли. Политические партии нужны вовсе не для того, чтобы бороться за власть: политические партии нужны для того, чтобы власть учитывала интересы всех значимых групп.
Вот, допустим, есть у нас сельхозпроизводители. Их интересы достаточно понятны: защита внутреннего рынка от западного демпинга, разрешение на экспорт продукции, адекватная цена на солярку, дешевые кредиты, возможность покупать технику по приемлемым ценам.
Есть у нас также, допустим, нефтеперерабатывающие заводы...
И вот таких групп – сельхозпроизводители, НПЗ, металлурги, нефтяники, военные, врачи, собаководы, пенсионеры и прочая и прочая – у нас в стране весьма много. И у каждой из этих групп есть свои интересы, хотя, конечно, влияние собаководов куда как меньше, нежели влияние нефтяников.
Поднимемся теперь на уровень действующей власти. Принимается какое-нибудь существенное решение: допустим, обязать металлургов продавать на внутреннем рынке металл по низкой цене. Это решение позволяет автозаводам легче пройти кризис – так как на дорогой металл в условиях падения продаж у них денег нет – однако это решение вынимает какое-то количество денег из кармана металлургов.
Следовательно, властям нужно позаботиться о том, чтобы компенсировать металлургам убытки: возможно, не прямо сейчас, а через какое-то время, когда кризис закончится. Если же интересы металлургов последовательно игнорировать, они перейдут в жесткую оппозицию и будут пытаться сменить власть на ту, которая будет учитывать и их интересы тоже.
Обратите, пожалуйста, внимание: предполагается, что народ в России избирает всю власть единолично, включая депутатов всех уровней и президента. В виртуальном мире политических фантазеров никаких групп влияния нет, и мнение владельца металлургического завода ничуть не более важно, чем мнение сторожа, который охраняет на этом заводе склад списанных цеховых велосипедов.
В реальном мире дела обстоят, разумеется, иначе. Когда принимается то или иное решение, мнение и интересы народа учитываются, но учитываются также и интересы других групп. Если оценивать очень грубо, то можно оценить влияние народа где-то в 20% от всего объема властных голосов. Остальные 80% – это банкиры, нефтяники, военные, деятели культуры и прочие группы, перечислить которые нет никакой возможности в силу их большого количества.
Президент имеет сейчас мандат доверия от народа – те самые 20% властных голосов. Что будет, если Владимир Владимирович начнет действовать без оглядки на интересы разных влиятельных группировок – так, как требуют от него сторонники «массовых расстрелов»?
Остальные элиты очень быстро перейдут в жесткую оппозицию. Так как, когда власть игнорирует ваши интересы, другого выбора у вас нет – или вы уходите в оппозицию, или вы теряете свои активы и выбываете из рядов элит.
Власть, которая игнорирует мнение распоряжающихся ресурсами групп, весьма быстро перестает быть властью. И это правило работает для любого государственного строя – от феодализма до коммунизма.
Если вы полагаете, что Иосиф Виссарионович при принятии решений не думал, как отреагируют на них советские элиты, у меня весьма обескураживающие новости для вас.
Точно так же и Николай II, при всех его недостатках, не имел возможности поступать с либералами по своему усмотрению. Если бы Николай II начал массовые репрессии, с большой долей вероятности его правление закончилось бы значительно раньше весны 1917 года.
Вы спросите меня: как могут, например, банкиры влиять на власть, если каждый банкир технически оснащен ровно одним голосом избирателя, а общее поголовье банкиров в масштабах страны исчезающе невелико?
Отвечу. Путем спонсирования газет, журналов, телеканалов, политиков и общественных деятелей. Газеты, которые получают от банкиров деньги, начинают писать, что-де было бы неплохо, чтобы ГИБДД при регистрации продажи автомобиля проверяла, не находится ли автомобиль в залоге у банка. Депутаты, избирательную кампанию которых оплачивали банкиры, составляют соответствующий законопроект и пытаются продавить его через Думу. Так деньги преобразуются во власть.
Есть, разумеется, и другие механизмы влияния. Так, например, интересы сельхозпроизводителей власть учитывает уже хотя бы потому, что те обеспечивают продовольственную безопасность. Дефицит продуктов или рост цен на продукты – очень неприятная перспектива для властей, поэтому разумные требования сельхозпроизводителей власть старается по возможности удовлетворить.Когда же договориться с властью у элит по-хорошему не получается, в стране образуется майдан. Народ сам по себе массово выходит на улицы обычно только в тех случаях, когда ему физически нечего кушать. В современных странах до такой степени деградации экономика доходит разве что в африканском регионе, в наших же широтах физический дефицит продовольствия – дело весьма редкое.
Однако для организации майданов есть хорошо отработанные рецепты: СМИ начинают рассказывать о том, что «нас обманули», политики один за другим демонстративно присоединяются к бунтовщикам, силовикам объясняют, что если они будут мешать протестующим, после успеха революции у них будут проблемы.
У правителя, восстановившего против себя большую часть элит, обычно нет шансов – даже в тех случаях, когда он реально опирается на народ. Если же у него нет и поддержки народа, майдан проводится быстро и безболезненно: неделька-другая прыжков на площади, и получившему «черную метку» правителю остается только спешно покидать страну. За последние годы мы с вами не раз наблюдали подобные сценарии на разных континентах.
Источник: Блог Олега Макаренко (публикуется в сокращении)