Многие страны пережили гражданскую войну. Всего лишь через 100 лет после становления новой республики в США погибло свыше 600 тысяч человек – примерно половина всех павших на поле брани за всю ее историю! Хотя такие потери кажутся ничтожными по сравнению с понесенными СССР при тогдашней численности населения лишь в 35 миллионов.

Вопреки очень распространенным мнениям, тогда воевали не столько чтобы покончить с рабством на Юге, сколько решить несколько более важных вызовов

Это было для США особенно кровавым событием. К счастью (для американцев), это была единственная война такого масштаба на территории страны.

Допускаю, что этот наш опыт отличается от того, что происходит на Украине, но думается, что в нем есть какие-то исторические параллели и – важнее – полезные уроки, с которыми стоит считаться.

Начало

Вопреки очень распространенным суждениям, тогда воевали не столько для того, чтобы покончить с рабством на Юге, сколько для того, чтобы решить несколько более важных вызовов.

Первый – нарастающий экономический конфликт между промышленно развитым Севером и все еще аграрным Югом, зависящим от рабского труда. Украинский кризис тоже имеет свою экономическую подоплеку, включая как непомерную власть олигархов, так и общий народнохозяйственный строй.

Второй – право штатов, четко обозначенное в конституции, на относительно высокую степень автономии, что очень напоминает положение дел на Украине. Стоит отметить, что в то время население США было довольно однородным по языку и этнической принадлежности. Войну на Украине часто называют «братоубийственной», в США братья действительно убивали друг друга.

С другой стороны, Запад в упор не видит и не признает, что на Украине очень много «смешанных» семей или у многих людей «смешанная» родословная. К сожалению, как часто бывает при гражданской войне, такие обстоятельства мало влияют на страсти и свирепость борьбы.

Итак, южане вышли из союза, заявив о создании собственного самопровозглашенного государства – Конфедерации. Они обзавелись всеми надлежащими атрибутами: флагом (до жути похожим на флаг Новороссии), собственными правительством и армией и даже пытались заручиться поддержкой «заморских» держав.

Северяне, с другой стороны, старались любой ценой сохранить союз. Таким же образом, как Киев, – либо вместе, либо никак. Как и на Украине, в отсутствие мирного решения разразилась война и, несмотря на очевидные доводы в пользу прекращения кровопролития и страданий, она продолжалась 4 года, уничтожая попутно инфраструктуру Юга.

#{image=842766}Как и в Новороссии, многим городам был нанесен значительный ущерб. Атланта – даже тогда очень крупный город – была сожжена дотла.

В итоге

Как часто отмечают, войны между странами не всегда заканчиваются полным угнетением явно побежденного явно победившим. А в случае гражданской войны по определению должен быть и победитель, и побежденный, притом что первый чаще всего требует полного подчинения второго.

При победе Севера – да, союз сохранился, но перед страной стояла задача и по восстановлению разрушенного войной Юга, и по «всесоюзному» примирению.

Сначала применялся довольно жесткий подход. На Юг хлынули «незваные гости» с Севера – «проклятые янки». Назначались наместники на ключевые, «хлебные» должности. Таким образом создавалась очень плодородная среда для коррупции. С экономической точки зрения Юг рассматривали как особенно прибыльное место.

Возникло явление так называемых «саквояжников» – авантюристов с Севера в поисках легкой и быстрой наживы. Стоит ли говорить о том, что ни политики, ни коммерсанты не очень заботились о «чувствах» местного населения – не уважали ни их культуры, ни традиций.

Со временем, чтобы покончить с ущербом, причиненным перегибами, сократили злополучное внешнее вмешательство. Благодаря этому Югу в дальнейшем удалось сохранить свой особый образ жизни. До сих пор южане – кто гордо, кто вызывающе – выставляют напоказ флаг Конфедерации.

В 1960-х годах, когда Юг отказался принять и внедрить новые законы о защите гражданских прав, решилась ли федеральная власть на замену губернаторов? Конечно, нет. Вместо этого национальная гвардия использовалась только для защиты чернокожего населения. Да, кое-какие южане еще ​имеют зуб на «проклятых янки» и сетуют о проигрыше в войне. Но это всего лишь шум.

Юг на сегодняшний день имеет несоразмерное влияние на выборы президента. В течение многих лет ни один соискатель столь высокой должности не мог победить без поддержки хотя бы нескольких южных штатов. Кроме того, у нас за последние 60 лет немало президентов с Юга – Джонсон, Картер, Клинтон и Буш-младший.

И, что очень примечательно, Юг все еще выступает как главный защитник автономии штатов от федеральной власти.

Везение или разумная политика?

Как удалось США так «успешно» выйти из кризиса гражданской войны? Нельзя переоценить роль федеративности: местная автономия была и остается предохранительным клапаном, необходимым для снижения напряжения, возникающего между регионами и центральной властью.

Кроме этого, особую роль играет терпимость. Да, миф о том, что Америка является одним огромным плавильным котлом, давно разоблачен. В то же время Америка и есть страна эмигрантов, и граждане со временем привыкли к тому, что выгоднее сообща работать для достижения общего блага, чем постоянно зацикливаться на мелких обидах и распрях.

Как ни странно, США как общество не терпят демонстраций «экстремистов» – как и Россия. И принимают законы против сеющих рознь между разными группами населения.

Украина: права меньшинств и право на самоопределение

Несомненно, подпитывает нынешнюю гражданскую войну продвижение якобы восходящей украинской культуры – порой за счет довольно многочисленного русского меньшинства. Украина – еще одна «освобожденная» страна, где государство выбрало путь не на единение всех национальностей, а исключения нацменов и нетерпимости.

Свидетельство тому – Грузия с Осетией и Абхазией и вся Прибалтика с русскими. Возвращение к примитивным «племенным» началам не должно радовать новых хозяев на Западе. У нас считают, что такое отношение к «чужим» является признаком глубокого чувства неполноценности. И беда в том, что, в отличие от физических заболеваний, этот «недуг» действительно трудно вылечить.

Учитывая различие между украинцами и русскими и то, что последние все еще составляют значительную часть населения Украины, ясно, что очень на руку были бы именно федеральный строй государства, особая терпимость и простое уважение к другой культуре. Увы, с самого начала конфликта либо с подачи, либо при полной поддержке и поощрении США (назло Путину) Киев предпочел кровавую гражданскую войну тому разумному, мирному подходу, что спас США.

Это, однако, можно было предвидеть: сразу после распада СССР Киев без голосования или учета местных прав и чувств «отозвал» статус Крыма – автономной республики, хотя в то время русские составляли подавляющее большинство полуострова.

Запад, конечно, приветствует недавние «демократические» выборы, ничуть не задумываясь о подозрительности итогов, ведь «оппозиция» сократилась с 45% до 6%.

Новый состав Рады вместе с весенним переворотом окончательно вывел из строя клапан. И политически, и как общество Украина стремглав мчится в лучшем случае к «эстонской» модели управления многонациональной страной, где русские медленно превращаются в бесправных жителей чуждого государства, или в худшем – будут подвергаться тем гонениям и чистке, что мы имеем на Востоке страны.

Итак, мы пришли к следующему шагу на пути к независимости в Новороссии – к выборам. Имеют ли люди право избирать своих представителей? Киев скажет: «Конечно, в соответствии с законами Украины». Стало быть, те же самые законы, при помощи которых украинцы оправдали переворот, преступную войну и дали добро разгулу ультранационалистов, достаточно гибкие, чтобы подстроиться под последний крик толпы на майдане.

А право на самоопределение? Несмотря на свою историю и на Косово, американцы продолжают настаивать на том, что это право (может, только для русских на Украине?) можно реализовать исключительно при полном согласии той же власти, которая только и делает, что попирает права и свободу?

Здесь очень кстати формулировка «власть не дают, власть берут». То есть незачем Востоку вставать на колени перед их «хозяевами» в Киеве с просьбой их освободить.

Киев, кажется, уже одержим идеей закончить марш-бросок в ЕС, причем путем отчуждения и лишения гражданских прав русскоязычного населения. Таким образом, это стало своего рода «идеей фикс», как бы опасное «привыкание» к обещаниям Запада.

И как с любым таким привыканием, становится все труднее осознать, что происходит вокруг, и благоразумно вести свои дела. Очнется ли Киев когда-нибудь, решится ли на лечение? Вряд ли, ведь поставщик зелья всегда готов с новым «дурманом».