Давайте порассуждаем все-таки. О честности и подлости.
Делать постановочные (с томагавком) фотки голого пленного на морозе – это негуманно. Это... (мне трудно, я подбираю слова) недостойно – если речь идет о стражах правопорядка, а не о банде. Это то, что стирает грань между «хорошими» и «плохими». Это превышение полномочий и нарушение устава, наконец. Дальше там идет ассоциативный ряд с эсэсовцами и Абу-Грейбом, ну да бог с ними. Про это договорились? Мы ведь, сделав такой вывод о негуманности, остались сейчас нормальными людьми, верно? ОК, поехали дальше.
Более того, мы понимаем также, что «Беркут» – это такая хорошо смазанная машина насилия. Которая, поступи соответствующий приказ, точно так же месила бы каких-нибудь русских сепаратистов из Крыма. Это омоновцы, иллюзий тут быть не должно.
И поэтому – делаем вывод мы – «беркутовцы» были, так сказать, «в своем праве», когда измывались над голым бандеровцем. Он ведь их враг. Он их жег и газом травил. Он бы с ними так же поступил. А они, в конце концов, не институт благородных девиц. ОК.
Но дальше возникает самый тяжелый момент – наша интерпретация происшедшего.
Можно ведь оценить этот казус по-разному. Например, поступить честно. Сказать «На войне как на войне», вспомнить латинское «In hostem omnia licita!», прокричать «В атаку!» и по полной впрячься «за наших, за братушек». То есть за «Беркут» (пока ему не приказали мочить русских в Крыму). И в этом случае быть честным Невзоровым времен «Наших» или Прохановым времен Второй чеченской: «Ату его, Радуева!», «Пусть Бамут бомбы мнут!», «Наше жало введено по самое Ведено!» и т. д.
В этом случае никаких вопросов. Да, гнусно так поступать с пленными, но иногда и карательные операции нужны, и отрезанные уши врагов, и звериная жестокость – чтоб запомнили! Чтоб всех под корень! Чтоб наша взяла!
А можно поступить подло. Рассудительно всем объяснить, что пытка и жестокость – это никакая не пытка и не жестокость вовсе. Рассказать, например, что голого бандеровца фоткали с томагавком в руках (еще раз: не пропитанную бензином одежду с него снимали, а именно голого фоткали с томагавком в руках!) в рамках спасательной операции: на заключительном этапе его спасения от угрозы пожара.
Или, скажем, объяснить воспитательную сущность позирования голым на морозе: бандеровца охватит стыд, он задумается над своим поведением и больше так не будет. Или и вовсе назвать все происходящее закаливающими процедурами: бандеровец еще спасибо должен ментам сказать за такую заботу о здоровье.
Так вот, ребята, зачем скатываться в это вот? Нам, здесь сидящим, за мониторами, – зачем скатываться в это вот, а?
Источник: Блог Дениса Тукмакова