7 ноября 1953 г. Нобелевский лауреат, старый, нищий, больной и великий Иван Бунин лег в постель, чтобы 8 ноября не проснуться. Все дал ему Бог: и противоречивую судьбу, и последнюю милость умереть во сне.
Чувство истории, пусть и окрашенное в меланхолические тона, в творчестве Бунина присутствует постоянно
И было за что – ведь всю свою жизнь Бунин писал о «божественном великолепии мира», несмотря на тяготы, посланные свыше, и грехи, совершенные им самим. Эта противоречивость видна во всем его творчестве, что завораживало одних и отталкивало других.
Вершины любви и страсти, но почему «темные», трагические с самого начала, обреченные на муки и разлуку? Острый до пронзительности, своей чувственностью царапающий душу язык его поэзии и прозы – и строки из его же «Манифеста Русской эмиграции»:
«Выродок, нравственный идиот от рождения, Ленин явил миру как раз в разгар своей деятельности нечто чудовищное, потрясающее, он разорил величайшую в мире страну и убил миллионы людей...». Все это Бунин. Таким сделала его эпоха.
Но кем бы он был, родись в какую-нибудь мифическую «золотую эру»? Не говоря уже о том, что я бы не смог назвать ни одну такую идиллическую пору за всю историю человечества, Бунин стал одним из последних глубоко русских литераторов.
А ведь это всегда означало жизнь в непременной трагедии русской действительности, душу, рвущуюся на части, сопричастность ко всему, что касается и не касается тебя лично – все это выражалось в творчестве, и люди обычные, спокойные и счастливые в своей обыденности могли очистить этим накалом свои заскорузлые души.
Хотя сам он порой мечтал об иной судьбе и писал в своих воспоминаниях: «Слишком поздно pодился я. Родись я pаньше, не таковы были бы мои писательские воспоминания. Не пpишлось бы мне пеpежить... 1905 год, потом Пеpвую миpовую войну, вслед за ней 17-й год и его пpодолжение, Ленина, Сталина, Гитлеpа... Как не позавидовать нашему пpаотцу Ною! Всего один потоп выпал на долю ему...»
Чувство истории, пусть и окрашенное в меланхолические тона, в творчестве Бунина присутствует постоянно. Он видит обреченность своего дворянского мира, решительно рвет с народнической идеализацией русской деревни, беспощадно показывая тупиковость ее существования, а тут еще война и революция.
Конечно, Бунин – это, прежде всего, кризисный поэт-писатель, в этом он, кстати, совсем не оригинален, своего рода литературный русский Вагнер, который с упоением приветствует гибель богов.
Но кризис этот особого рода. Драма и красота жизни нераздельны. В ней всегда есть место не подвигу, но идеалу – это прежде всего пронзительная любовь к человеку, к этому растреклятому миру, в котором мы существуем, который был создан таким, какой есть. И этот идеал спасает и на краю гибели, когда ты знаешь, что впереди только пропасть. Отсюда его одновременно чувственная и бесплотная любовь, его замечательно искренние женские образы.
Любовь и смерть идут рядом. Отсюда его увлечение философией Сократа и Платона одновременно. И сам Бунин больше всего остального любил свои поздние «Темные аллеи» – книгу, которая «говоpит о тpагичном и во многом нежном и пpекpасном – думаю, что это самое лучшее и самое оpигинальное, что я написал в жизни».
Я думаю, он прав. Во всяком случае, сейчас забыты хлестко-злобные пассажи БСЭ о «социальной индифферентности» и «враждебном отношении к капиталистической цивилизации» Бунина, не всем известны его личные метания по жизни и трудный характер.
А «Темные аллеи» забыть невозможно, если хоть раз взял их в руки. Как и все творчество писателя – первого русского Нобелевского лауреата по литературе.
Источник: Блог Романа Авдеева