12 апреля исполняется 42 года со времени первой крупной катастрофы в истории отечественного атомного подводного флота. 12 апреля 1970 года советская АПЛ К-8 проекта 627А затонула в Бискайском заливе.
Может быть, можно отказаться от подводного флота, от содержания и строительства чрезвычайно дорогостоящих атомных подводных лодок, прекратить рисковать жизнями экипажей и остановить подводное мореплавание?
Несколькими днями ранее подводники вспоминали другую скорбную дату: 7 апреля 1989 года в Норвежском море произошла еще одна трагедия национального масштаба – катастрофа АПЛ К-278 «Комсомолец».
Поминая в этот день погибших моряков, необходимо показать мрачную статистику борьбы СССР и России за военный паритет на просторах океана, назвать высокую цену, заплаченную за противоборство со стихией, освоение новой техники.
За 67 мирных лет XX века и начала XXI отмечено 12 случаев гибели отечественных подводных лодок. В среднем каждые пять лет происходила одна катастрофа. В катастрофах участвовали 865 подводников, из которых погибли 643 человека. 223 удалось спастись. В шести катастрофах экипажи ПЛ погибли в полном составе, вместе с кораблём. Погибли четыре атомных ПЛ, две ПЛ с баллистическими ракетами на борту, из которых одна – атомный ракетный подводный крейсер стратегического назначения (РПКСН К-219), две ПЛ с крылатыми ракетами на борту, из которых одна – атомный подводный крейсер (К-141 «Курск») (полную таблицу катастроф ПЛ см. ниже).
#{image=619178}Тут стоит уточнить термины. Применительно к подводной лодке авария – это событие, связанное с повреждениями, в результате которых подводная лодка утрачивает способность выполнять свойственные ей задачи. Катастрофа – событие, связанное с безвозвратной потерей ПЛ и гибелью членов её экипажа.
В тяжёлых авариях на подводных лодках за последние 50 лет погибли 188 человек, из них 153 подводника и 35 гражданских моряков; получили увечья и заболевания более 100 человек; были выведены из строя и списаны шесть подводных лодок (из них пять атомных); погибло рыболовное судно; получили сильные повреждения два гражданских судна. Таким образом, при создании отечественного подводного флота числятся в безвозвратных потерях (погибшими) более чем 1018 человек и 18 подводных лодок.
Чтобы эти цифры правильно воспринимались, необходимо оговориться, что только за послевоенные годы в СССР и России было построено и передано в состав ВМФ более 429 дизельных и 245 атомных подводных лодок. Наша страна обладала самым многочисленным подводным флотом в мире. При этом цифры потерь в людях и кораблях, отнесённые к количеству действующих ПЛ, не выделяются из мировой статистики.
#{image=619180}Национальная трагедия, случившаяся с ПЛА «К-278» – «Комсомолец» 7 апреля 1989 года, заставила общество по-новому взглянуть на историю отечественного ВМФ. Из официального небытия был буквально воскрешён «забытый полк» погибших подводников, начиная с аварии лодки К-19 в Северной Атлантике, произошедшей в июле 1961 года. Право вести открытый разговор по этой тематике ныне также добыто кровью погибших подводников.
Для глаз наших сограждан открылись неизвестные дотоле недостатки отечественных вооружённых сил вообще и подводного флота в частности:
1. Отсутствие единой политики в вопросах создания обороны государства.
2. Коррумпированность руководства ВПК. Следствием распыления выделяемых средств было недостаточное техническое обеспечение подводных лодок, недообеспеченность боевой подготовки, бедственное материальное положение подводников и их семей, сложности с комплектованием экипажей и подбором кадров.
3. Провалы в подборе и расстановке кадров в ВМФ. Коррумпированность, «телефонное право», угодничество. Боязнь начальства «пуще смерти» (особенно не своей). Способность отдельных начальников ради выполнения не обеспеченного финансово (а следовательно, и технически) плана боевого использования ПЛ отправить в море неподготовленный корабль. Ненаказуемость подобных действий.
4. Несовершенство законодательства по отношению к родственникам погибших.
5. Несовершенство международных норм, регламентирующих деятельность подводных лодок. Полное отсутствие таких норм, регламентирующих проектирование подводных лодок и устанавливающих обязательный перечень технических мероприятий на ПЛ по спасению человеческой жизни на море.
#{image=617173}В ходе расследования причин катастрофы «Комсомольца» было установлено, что первопричиной гибели АПЛ явился выход в море на лодке, имеющей неисправности и неподготовленный экипаж. Первопричины характерны для катастроф и тяжёлых аварий подводных лодок Советского Союза 80-х годов (К429, К219, К278). Однако официально эти выводы попытались исказить и скрыть, подменив их разговорами о недостатках проектов ПЛ, о необходимости и одновременно невозможности подъёма «Комсомольца». Комиссия по расследованию причин гибели ПЛ, по существу, не закончила свою работу.
По результатам анализа причин катастрофы К-278 был подготовлен целый ряд правильных, необходимых решений. Предусматривалось модернизировать систему пожаротушения и отказаться от применения малоэффективной и опасной системы ЛОХ, заменить материалы, используемые при строительстве и отделке внутренних помещений ПЛ, поддерживающие горение и выделяющие при нагревании ядовитые газы.
Однако в реальности ничего сделано не было. Руководство страны, Министерство обороны, командование ВМФ выводов, направленных на радикальное изменение ситуации в ВМФ, исключающих рецидивы катастроф в будущем, не сделали. В результате буквально на днях переданная в состав ВМС Индии лодка «Нерпа» («Чакра») унаследовала все недостатки системы пожаротушения, которые были на АПЛ «Комсомолец».
Сложное положение, в котором находился ВМФ СССР (впоследствии ВМФ России) в целом и подводный флот в частности, усугублялось по мере развала экономики страны. В середине 90-х командование ВМФ в открытых публикациях радостно рапортовало о чуть ли не полном искоренении аварийности на флоте. «Российский ВМФ страдает от очковтирательства», – писал командир РПКСН – тихоокеанец А. Храптович в газете «Известия» летом 1994 года. Страшные пророчества были сформулированы в той же газете в статье «Нас ждёт Цусима», написанной академиком К. Панфёровым, адмиралами Егоровым Г. М.; Амелько Н. Н. и др. 29.7.1994 года. Их голоса услышаны не были. Предсказанное ими сбылось в страшные дни августа 2000 года. Трагедия «Курска» показала, что к названным выше недостаткам советского ВМФ добавились новые, не менее страшные: «клиническая смерть» «морской школы», переживаемая отечественным ВМФ, и значительные разрушения и сбои в работе инфраструктуры флота.
#{image=619176}Трагедия на АПЛ «Нерпа» в ноябре 2008 года только подтвердила варварское отношение к проблемам кораблестроения.
Придерживаюсь правила – никогда и ни в чём не винить погибших подводников. Мёртвые сраму не имут. Они выполняли свой долг. Им приказали, и они пошли в море. Да, надеялись. Да, не рассчитали. Да, не сумели, не смогли. Они заплатили за свои ошибки и за ошибки своих командиров своей жизнью.
Совсем иное отношение должно быть к тем, кто своими действиями усугублял ситуацию на флоте, ставил непосильные задачи, недодавал, недоучивал, недообеспечивал, гнал людей и корабли на неоправданный риск. К тем, кто, боясь «разговоров наверху», посылал в море неготовые экипажи. Кто мог доложить, что не готов, – и не доложил, чем погубил и корабль, и членов экипажа. Кто судил ни в чём неповинных людей и устанавливал единую, иногда страшную, меру наказания виновникам и жертвам.
Не буду называть имён, они всем известны, упомянуты в соответствующих журналистских расследованиях, актах комиссий, разборах, приказах. Безусловно, эти люди будут наказаны судом божьим, но было бы справедливо наказать их и судом общества.
Но может быть, «море стало «мирным», угрозы с моря нет? Может быть, демократические преобразования, проведённые в России, сняли угрозу военной конфронтации с Западом? Может быть, можно отказаться от подводного флота, от содержания и строительства чрезвычайно дорогостоящих атомных подводных лодок, прекратить рисковать жизнями экипажей и остановить подводное мореплавание?
#{image=619182}В ориентации Военно-морских сил США за этот же постсоветский период произошли существенные изменения. Из сил стратегического ядерного сдерживания и сил быстрого реагирования они постепенно трансформируются в силы внезапного нападения.
Пока всенародно избранный президент Борис Ельцин обнимался с «другом Биллом», еще до начала первой чеченской войны, летом 1994 года, Конгрессом США была принята общая концепция использования вооружённых сил, действующих с моря против берега, в XXI веке, названная «Вперед... с моря» (Forward... from the Sea). Позднее были профинансированы и приняты к реализации подпрограммы совершенствования морских вооружений, входящие в названную концепцию. В числе других программ наиболее заметны:
1. Программа изучения гидрологических условий в Баренцевом море.
2. Программа разработки перспективных высокоточных крылатых ракет морского базирования (КРМБ) (на смену «Томагавкам») с дальностью полёта с боеголовкой обычного снаряжения (400 кг взрывчатых веществ) более 2000 км.
3. Программа переоборудования ПЛАРБ «Огайо» (четырех корпусов) в носители высокоточного оружия – крылатых ракет (по 144 ракеты на каждой).
4. Программа проектирования и строительства многоцелевых АПЛ Virginia, предназначенных специально для действий в мелководных морях и районах.
#{help=574029}5. Программа создания мобильных активных мультистатических систем освещения подводной обстановки в мелководных морях.
С кем собираются воевать эти господа?
Целью нынешних военных приготовлений США является уничтожение российских сил ядерного сдерживания обычным (современным высокоточным) оружием. Пора подвергнуть серьезному анализу положение с обороноспособностью как в гражданском обществе, так и в армии и на флоте. Пора создавать Российскую единую национальную концепцию «Защита от угрозы с моря». Это должно означать не только технологический, но и политический поворот в жизни России.
Необходимо отметить, что с уходом подводных лодок ВМФ России с океанских просторов качество мореплавания американских АПЛ стало гораздо хуже. Американские подводники, потеряв реального противника, в его лице потеряли и учителя. Катастрофа японского траулера, произошедшая по вине командования АПЛ «Гринвилл» в феврале 2001 года, и другие ежегодно происходящие аварии и столкновения АПЛ США – наглядное тому подтверждение.
Человечество должно выработать международные нормы, регламентирующие действия атомных подводных лодок в океане. В случае непринятия таковых норм – организационных и технических мер, гарантирующих безопасность при использовании АПЛ, – человечество может оказаться наказанным крупной экологической катастрофой.
Если мы действительно хотим устранить предпосылки морских катастроф, надо открыто и гласно выяснять причины их формирования. Необходимо, не боясь полемики, принять соответствующие решения. Слишком велик круг людей, чьи интересы в таких случаях затрагиваются. Только таким образом может быть достигнут оптимум между техническими и политическими решениями.
Память «забытого полка» погибших подводников требует принятия решений, исключающих гибель людей и кораблей в будущем.
Искуплением жертв, понесённых нашим народом в гонке вооружений, в необъявленной подводной войне, и лучшим памятником погибшим подводникам может быть только боеспособный, эффективный подводный флот.
ВМФ СССР и ВМФ России связывает неизменность качеств моряков-подводников. Эти качества – личное мужество, героизм, преданность Родине и воинскому долгу. Эти качества наших моряков во все времена оставались неизменны. Как обращение к своему народу, переживающему тяжелейшие времена, к российским морякам XXI века звучат заключительные слова предсмертной записки капитана-лейтенанта АПЛ «Курск» Дмитрия Колесникова: «Отчаиваться не надо».
Специально для газеты ВЗГЛЯД