Когда тот или иной договор касается двух субъектов федерации, то решение по нему должен выносить федеральный орган, поясняет юрист Алексей Мельников. «Возможно, какая-то оценка договора судом субъекта могла быть, но одним из действий, которое он мог и должен был совершить – это самостоятельно обратиться, переадресовать обращение в соответствующий орган, то есть все же, в федеральный Конституционный суд», – подчеркивает собеседник.
Как сообщил во вторник «Интерфакс», Конституционный суд Ингушетии огласил решение по запросу группы депутатов Народного Собрания республики о проверке конституционности закона об установлении границы с Чечней, сообщается на сайте суда.
«Признать закон Республики Ингушетия от 4 октября 2018 года №42-РЗ «Об утверждении Соглашения об установлении границы между Республикой Ингушетия и Чеченской Республикой» не соответствующим Конституции Республики Ингушетия, ее статьям 4, 11, 103 (часть 2) и 111, а также по порядку принятия», – говорится в сообщении.
Напомним, парламент Ингушетии 4 октября ратифицировал данный договор. В тот же день глава Ингушетии подписал этот закон. Решение Народного Собрания вызвало недовольство определенной части населения республики, в Магасе состоялись митинги протеста. Однако позднее, как писала газета ВЗГЛЯД, митинговая стихия вошла в более спокойное русло.
Мельников напомнил: статья 67 Конституции гласит – территории субъектов федерации включены в территорию РФ. Изменение территории регионов невозможно в одностороннем порядке без участия в этом процессе федеральных органов. Статья 102 Конституции требует утверждения изменения границ между субъектами Советом Федерации.
Договор подписывали две стороны – Ингушетия и Чечня, и его невозможно расторгнуть в одностороннем порядке, указывает Мельников. «Орган одного из субъектов пытается признать несоответствующим Конституции межсубъектный договор», – констатирует юрист. Но только КС России может сказать, действительно ли все стороны действовали в рамках полномочий и договор действует, либо же были нарушения и он не соответствует Конституции.
Аналогичного мнения придерживается юрист Денис Паньшин. «КС субъекта не правомочен принимать решения такого уровня, поскольку нормативный акт вступил в силу и затрагивает интересы нескольких сторон, – указал Паньшин. – Можно покопаться и сказать, что была нарушена процедура и потому соглашение – незаконное, но это уже прерогатива КС РФ, потому что это касается не законодательства субъекта, а межрегионального и затрагивает интересы России».