«Санкции будут носить персональный характер, это ясно из указа. Речь идет именно о персональных санкциях, речь не будет идти о конкретных секторах и целыми отраслями взаимодействие обрубаться не будет», – предположил в комментарии газете ВЗГЛЯД президент Центра стратегических коммуникаций Дмитрий Абзалов.
Напомним, что в понедельник президент подписал указ об ответных мерах на антироссийские санкции Украины. Начиная с 2014 года во введенные Киевом черные списки попали 1748 физических и 756 юридических лиц. В числе россиян, попавших в черные списки, губернатор Севастополя Дмитрий Овсянников, депутаты Госдумы от Крыма и Севастополя, а также гендиректор Первого канала Константин Эрнст, руководитель ВГТРК Олег Добродеев, главред RT Маргарита Симоньян. Украинским «дочкам» крупнейших российских банков запрещено «осуществлять любые финансовые операции» в пользу материнских компаний.
Президент поручил правительству: «определить перечни физических и юридических лиц», в отношении которых будут применены санкции, определить собственно контрсанкции и обеспечить их реализацию.
«Мы будем вводить контрсанкции именно в отношении конкретных компаний и конкретных физических лиц по принципу зеркальности», – предполагает Абзалов.
Президент отметил, что соответствующие меры будут сниматься после того, как украинская сторона будет отказываться от своих санкций, – напомнил он. По его оценке, «будет ряд компаний, которым сложно будет вести экономическую деятельность с российскими контрагентами, а для целого ряда украинских направлений это большая проблема».
«Мне кажутся наиболее вероятными какие-то точечные меры против отдельных компаний и физических лиц. Все-таки география интересов у украинских олигархов включает в том числе и РФ, поэтому здесь могут быть чувствительные для них точки», – согласился президент Института национальной стратегии Михаил Ремизов.
«В принципе, внешнеторговые отношения как объект санкций также актуальны. Сохраняются поставки продукции химической промышленности, металлургического комплекса с Украины в Россию, – напомнил эксперт. – Правда, довольно сложно понять, не являются ли указанные в статистике объемы поставок (например, продукция химической промышленности в 1,9 млрд долларов) частью поставок провозглашенных республик Донбасса – что не включается в украинскую статистику. Естественно, это требует аккуратности».
Торговый баланс положителен в сторону России, напомнил Ремизов. Отрицательное сальдо торгового баланса Украины с Россией составило 1,38 млрд долларов по итогам прошлого года. Импорт российских товаров на Украину увеличился на 40%, а поставки украинской продукции в Россию – всего на 10%.
Далее, Россия остается крупнейшим инвестором на Украине, указал собеседник. По данным украинского Госстата, за первое полугодие 2018 года инвестиции России («страны-агрессора»!) в украинскую экономику составили 436 млн долларов, или 34% от общего объема иностранных инвестиций.
«Ограничить приток средств на Украину было бы более чем разумным. Тем более что Киев уже запретил репатриацию прибыли, в том числе Сбербанку, ВТБ и другим банкам с государственным участием», – отметил Ремизов. В этой ситуации смотреть сквозь пальцы на компании, которые продолжат заводить средства на Украину, у России нет никаких оснований, подчеркнул эксперт.
Дмитрий Абзалов, в свою очередь, напомнил: «В сфере девелопмента есть структуры, у которых есть объекты недвижимости, и в случае, если они попадут под запрет, возможностей работать с такими объектами будет крайне мало», – указал собеседник. Он пояснил: классическим примером является предприятие Порошенко, которое он даже продать не может сейчас, Липецкая кондитерская фабрика, входящая в концерн Roshen.
«Украина сильно зависит от российского рынка услуг, – добавил Абзалов. – Значительная часть музыкального сегмента кормится с нашего рынка, начиная с поп-исполнителей, заканчивая молодежным сегментом. Заключать договоры на выступление на гастролях или в клубах будет затруднительно».
Все эти меры будут вводиться в ответ на действия Украины, резюмировал эксперт. «Перед президентскими выборами Украина начинает очень сильно радикализировать повестку и ужесточать противостояние с Москвой, – отметил Абзалов. – Москва показывает, что есть определенные красные линии, за которые заходить нельзя даже в порыве яростной борьбы за президентское кресло. Выборы выборами, а экономика экономикой, и существовать Украине надо будет за счет нее».
«На самом деле могут возникнуть определенные проблемы, – предположил в комментарии газете ВЗГЛЯД директор Фонда национальной энергетической безопасности Константин Симонов. – Если бы мы эти санкции или контрсанкции вводили в 2014 году, тогда понятно, что там могло быть. Мы могли бы, прежде всего, сократить закупку товаров на территории Украины».
Однако, как он подчеркнул, поставки товаров шли в 2014 году. «А за эти годы безо всяких санкций мы довольно серьезно сократили товарооборот с Украиной, – сказал Симонов. – Поставки с Украины и так по многим товарным позициям подпали под разные виды импортозамещения и сокращения. Это прежде всего касается машиностроительной продукции с востока Украины».
Товарооборот резко сократился, и это привело к достаточно неприятным последствиям для Украины и России. «Машиностроительные предприятия востока Украины, связанные с производством железнодорожной техники, товаров для атомной энергетики, оказались лишены российских заказов, – отметил Симонов. – Мы знаем проблемы, связанные с двигателями для вертолетов, судов, которые делались с кооперацией с Украиной. Кстати, Путин сам на Валдайском клубе, говоря о цифрах падения производства на Украине, называл те сектора промышленности, которые прекратили поставки в Россию и альтернативного рынка не нашли».
Симонов считает маловероятным санкции против трудовых мигрантов.
«Можно, конечно, пойти по пути ограничения присутствия рабочей силы с Украины в России. Но тогда возникнут вопросы с точки зрения нашей экономики, – сказал эксперт. – Если гастарбайтеры едут с Украины в Россию, то на самом деле это означает, что есть потребность в их рабочей силе. Они не то что кого-то особо выкидывают с рынка труда, они занимают те ниши, где у нас есть довольно серьезный дефицит. Мы легко этих людей переварили, и они особого напряжения на рынке труда не создавали».
При этом возникнет вопрос, что делать с жителями непризнанных республик Донбасса. «Как отличить в этой ситуации людей, которых живут в ДНР и ЛНР, от жителей остальной Украины? – задался вопросом Симонов. – Кстати, возникает вопрос, как будет решаться вопрос ДНР и ЛНР? Вводить санкции против них тоже? Получится, что санкции могут затронуть и жителей этих государств со всеми вытекающими негативными последствиями. Поэтому я думаю, что санкций против людей не будет, а пойдем по традиционному пути: выберем еще те группы украинских товаров, которые еще остаются на российском рынке сегодня, и будем их выкидывать».