«Европа – самый крупный энергетический рынок для России, очень важный и надежный клиент. Россия потеряла этого клиента – и потеряла его точно навсегда», – заявил глава Международного энергетического агентства Фатих Бирол. По его словам, Россия несет крупные убытки из-за падения поставок в Европу, и «это только начало». Россия будет искать новых клиентов, но столкнется с логистическими и экономическими проблемами, а для переориентации поставок в Китай России потребуется 10 лет, добавил Бирол.
На самом деле эта апокалиптическая картина далека от реальности. Россия еще не потеряла европейский рынок нефти и газа, и потеряет ли она его навсегда – большой вопрос. Ответ, на который пока не может дать сейчас никто, в том числе и заокеанские отраслевые эксперты.
Начнем с того, что российская нефть продолжает экспортироваться в Европу. Это США ввели нефтяное эмбарго еще весной, а в ЕС оно заработает только через полтора месяца.
Что касается российского газа, то объемы его экспорта в ЕС пока также не упали до нуля. Российский газ продолжает идти транзитом через Украину. Хотя объемы снижены в два с половиной раза: вместо 109 млн кубометров в сутки, прописанных в контракте 2019 года, через украинскую ГТС проходит 42 млн кубометров. Потому что Украина отказалась качать газ через станцию «Суджа», а оставила в работе только «Сохрановку».
Российский газ продолжают получать через вторую нитку «Турецкого потока» Греция, Венгрия, Сербия и Румыния. Болгария, через которую газ идет транзитом, формально отказалась оплачивать поставки Газпрома, однако она приобретает газ у соседей, и фактически это тот же российский газ, замечает Станислав Митрахович, ведущий эксперт Фонда национальной энергетической безопасности (ФНЭБ), научный сотрудник Финансового университета при правительстве РФ.
Также идут поставки российского газа в Латвию, которая пополняет свое ПХГ в Инчукалнсе, которое снабжает газом другие прибалтийские страны и Финляндию, добавляет он. Наконец, Россия продолжает поставлять свой СПГ в Европу.
«Другое дело, что поставки российского газа в любой момент могут остановиться. Мы находимся в ситуации развивающегося кризиса. Ни один человек в мире не знает наверняка, что будет происходить с энергетикой в ближайшее время», – говорит Митрахович.
Сценариев развития ситуации много. «Тот факт, что Путин заявил о необходимости создания в Турции газового хаба, можно трактовать как попытку России продолжать бороться за европейский рынок газа. Но чтобы этот план реализовался, нужно согласие покупателя. Пока на уровне ЕС я не вижу ни одного чиновника, за исключением премьер-министра Венгрии Орбана, который говорил бы о желании покупать российский газ.
Однако их позиция может поменяться. Будет Европа покупать российский газ или нет, зависит от того, добьется ли Россия военного успеха на Украине.
Или же решение о возвращении российского газа в Европу может быть принято после того, как Европа тяжело пройдет отопительный сезон 2022-2023 годов», – рассказывает Митрахович. Насколько проблемным будет отопительный сезон зависит от многих обстоятельств, включая погоду. Чем холоднее будет зима, тем выше будет стоимость газа.
Еще одна переменная, важная для ЕС этой зимой – это политика Китая. Если Пекин откажется от политики «нулевого ковида» и прекратит локдауны, то он начнет отбирать с рынка больше СПГ, что для Европы означает еще больший физический дефицит газа.
Чем больший уровень стресса будет испытывать европейская экономика, тем вероятнее восстановление газовых отношений с Россией. «То, что говорит Международное энергетическое агентство – это идеологический нарратив, который нужен для поддержания уверенности Запада в правильности выбранной им линии поведения», – считает Митрахович.
Проблемы с перенаправлением поставок российской нефти и газа на другие рынки, конечно, будут, в том числе из-за санкционного давления. На это оказывает влияние и ограничение в финансовых расчетах, и ограничения по страхованию судов, и планы Запада ввести потолок цен на нефть и на газ из России. С потолком цен, правда, пока не особенно ладится.
«Сейчас идут подсчеты, сколько потребуется танкеров для перенаправления потоков нефти, как они будут работать, какой теневой флот танкеров можно задействовать. Но я думаю, что до двух трети объемов нефти мы сможем перенаправить с европейского на другие рынки. И это уже происходит. А дальше надо будет заняться развитием собственного судостроения и страхового бизнеса», – говорит Митрахович.
Что касается газа, то России необходимо быстрей подписать контракт с Китаем по поставкам топлива по газопроводу «Сила Сибири – 2», чтобы начать строить этот газопровод. На его строительство может уйти от трех лет. Это позволит перенаправить сразу 55 млрд кубометров в год – примерно треть от того объема, что Газпром раньше поставлял в Европу. Плюс нужен национальный проект по созданию собственных СПГ-технологий крупнотоннажного сжижения, которые можно создать на горизонте пяти лет, говорит эксперт. Еще потребуется время для строительства СПГ-терминалов по новой технологии.
Еще один путь – это развивать спрос на газ внутри России. Это можно сделать за счет развития рынка газомоторного топлива, который может обеспечить дополнительный спрос на 10 млрд кубометров газа. Также можно создавать химические и металлургические предприятия. Производить еще больше азотных удобрений, где газ используется как сырье, ведь рост населения в мире повышает спрос на удобрения.
Все эти меры способны позволить России найти покупателя примерно для двух третей того объема газа, который экспортировался в Европу. И это сценарий, где не учитывается план по перенаправлению 55 млрд кубов по новым трубам «Турецкого потока».
Заявление МЭА о том, что Россия несет убытки от потери европейского рынка, тоже несколько однобоко. В период турбулентности и перенастройки устоявшихся связей, конечно, будут потери. Однако это явно не тот масштаб потерь, на которые рассчитывал Запад. «Россия в последние месяцы зарабатывает около 1 млрд евро в день на экспорте нефти и газа. Это стабильная цифра уже несколько месяцев», – говорит Митрахович.
Как минимум в этом году Россия продолжает зарабатывать на нефти и газе. Газпром показывает рекордную прибыль. Падение экспорта состоялось (Газпром экспортирует лишь 20% от прошлогоднего объема), но оно компенсируется небывалым ростом цен.
Потери России от проблем с экспортом нефти в этом году тоже невелики. Прежде всего потому, что цены на нефть тоже остаются высокими. А экспорт нефти приносит России в четыре раза больше, чем экспорт газа.
В следующем году ситуация для нефтяников будет тяжелее. «Но даже самые скептически настроенные эксперты ждут падения экспорта российской нефти не более чем на 1-1,5 млн баррелей в сутки. На фоне прогнозов того же МЭА, который в апреле ждал, что уже через месяц производство нефти в России упадет на треть, текущие прогнозы более благоприятны для России», – заключает собеседник.
Любопытно, что МЭА не упоминает, какую цену платят покупатели российских энергоресурсов. А между тем в странах Евросоюза инфляция приближается к двухзначным значениям, а в Германии – крупнейшей экономике региона – она стала двухзначной впервые за 70 лет. Европейская промышленность испытывает колоссальные проблемы и строит планы по переносу производств в США. А платежки за свет и отопление удивляют даже зажиточных европейцев.