Bank of America прогнозирует, что нефть может стоить 100 долларов за баррель уже в 2022 году. Последний раз такие цены на рынке можно было видеть в сентябре 2014 года. Возвращения дорогой нефти ждут также многие мировые нефтетрейдеры и другие инвестбанки.
Такие прогнозы тем удивительнее, что примерно год назад, в разгар пандемии, участники рынка хоронили нефтяной век. «В начале 2020 года многие говорили, что пик нефти пройден и мир больше никогда не вернется к объемам добычи 2019 года, дальше потребление нефти будет только снижаться и снижаться. То есть из пандемии мы выйдем сразу в век электрокаров, а нефть будет не нужна», – говорит эксперт Финансового университета при правительстве РФ, эксперт Фонда национальной энергетической безопасности Игорь Юшков.
Как видно по цене на нефть, которая уже дошла до 75 долларов за баррель, этот прогноз не оправдался: ситуация развивается по другому сценарию. Мировая экономика продолжает наращивать объемы потребления нефти и нефтепродуктов, век бензиновых двигателей продолжается. Многие страны постепенно снимают карантинные ограничения, люди начинают все больше передвигаться и т. д.
С другой стороны, действует соглашение ОПЕК+, которое ограничивает рост предложения нефти.
«Многие участники ОПЕК+ настаивают на том, чтобы как можно дольше сохранять ограниченный объем добычи нефти. В частности,
Саудовская Аравия хочет, чтобы нефть стоила 70-80 долларов за баррель. Тогда как Россия указывала на коридор в 50-60 долларов за баррель. Был найден компромисс – добыча увеличивается, но медленно»,
– поясняет эксперт ФНЭБ.
Дефицит нефти, по расчетам, сейчас оценивается в 3 млн баррелей в сутки, тогда как после встречи ОПЕК+ 1 июля добычу увеличат, скорее всего, лишь на 0,5 млн баррелей в сутки. Дефицит предложения будет сохраняться, что поддержит котировки.
Тем самым американские сланцевики не мешают ценам на нефть расти, вываливая на рынок большие объемы своего черного золота, чем славились в предыдущие годы.
Если все пойдет в этом же духе и дальше, то тогда вполне возможны 100 долларов за баррель из-за банального дефицита предложения уже к концу 2021 года,
считает Юшков.
Для этого необходимо сохранение трех условий. Во-первых, страны ОПЕК+ должны сохранить медленные темпы увеличения добычи. Во-вторых, США должны продолжать свою новую стратегию – тратить прибыль на погашение своих кредитов вместо вложений в новые скважины. В-третьих, должны сохраняться санкции против Ирана. «Если Иран выведут из-под действия санкций, то он сможет довольно быстро нарастить добычу нефти более чем на 1 млн баррелей в сутки. Это сразу шатнет цены вниз», – говорит эксперт ФНЭБ.
И, конечно, не должно случиться новой волны пандемии с мировым локдауном благодаря вакцинации населения.
Таким образом, сценарий возврата к 100 долларам за баррель вполне реален, но имеет много рисков.
Для российской экономики это обещает огромные доходы. Если Urals сможет в среднем за год составить около 100 долларов, то дополнительные поступления в российский бюджет могут составить около 4,2 трлн рублей по отношению к планам Минфина, подсчитал аналитик ФГ «Финам» Андрей Маслов, передает «Прайм». Вместо запланированного дефицит в 2,8 трлн рублей российский бюджет окажется профицитным на 2,8-3,2 трлн рублей.
Вопрос в том, смогут ли 100 долларов за баррель продержаться целый год? Дело в том, что в апреле 2022 года сделка ОПЕК+ заканчивает свое действие, так как она заключалась на два года. Скорее всего, ее продлят, однако вряд ли на таких же жестких условиях, как сейчас. «Сам формат сделки могут сохранить, но при этом объем отсечения для добычи будет взят очень высокий», – считает Юшков.
Нынешним крупным игрокам рынка – России и Саудовской Аравии, судя по заявлениям на последнем заседании ОПЕК+ в марте, нефть по 100 долларов за баррель не нужна. Конечно, не потому, что они не хотят зарабатывать больше при меньшей добыче. Дело в том, что они боятся появления новых игроков с новыми высокозатратными нефтяными проектами, которые становятся рентабельными при таких высоких ценах. Потому что они потом станут причиной нового нефтяного кризиса.
Стабильно высокие цены без резких колебаний вверх-вниз куда более комфортный и привлекательный сценарий и для России, и Саудовской Аравии (для США пока тоже). Разногласия лишь в самом ценовом коридоре, как указывалось выше. Саудитам нужна более дорогая нефть, чем России, так как у них раздутые расходы и бюджет слишком дефицитный. У России в этом плане дисциплина куда более жесткая – и резервы копятся, а не тратятся и при цене в 50 долларов за баррель.
«Все боятся, что повторится история 2016–2020 годов. Когда в 2016 была заключена первая сделка ОПЕК+, многие поверили, что она является гарантом высокой цены на нефть в долгосрочной перспективе. Поэтому по многим проектам, которые были на грани рентабельности, продолжили идти инвестиции. В конце 2019-го – начале 2020 года все эти новые проекты вошли в эксплуатацию, на рынок вывалились дополнительные объемы нефти. Это и шельфовые проекты, и трудноизвлекаемые сланцы. Думаю, даже без пандемии это привело бы к падению цен на нефть в 2020 году. Сейчас никто не хочет появления этих «паразитов», которые через четыре-пять лет снова обвалят цены», – говорит Игорь Юшков.
Для России 50-60 долларов за баррель действительно комфортная цена. Средняя цена Urals в 2021 году на уровне 65,4 доллара за баррель обеспечит профицит российского бюджета, по подсчетам аналитиков «ВТБ Капитал», в 200-700 млрд рублей. Это 0,2-0,6% ВВП. Потому что в бюджете заложена средняя цена нефти на уровне 45,3 доллара за баррель. Отсюда реальная средняя цена в 65,4 доллара приносит бюджету 2,2 трлн рублей дополнительных нефтегазовых доходов, которые перекрывают запланированный дефицит.
Второй сценарий развития рынка нефти предполагает рост цен до 100 долларов за баррель в конце 2020-х – начале 2030-х годов. Согласно этому сценарию, зеленая климатическая риторика начнет сильно давить углеводородные проекты. Нефтяникам искусственно просто будут не давать вкладываться в геологоразведку и добычу новых месторождений на замену старым выбывающим. Например, банкам будет запрещено кредитовать углеводородные проекты или только под высокие проценты, в отличие от льготных кредитов на развитие проектов возобновляемой энергии (ВИЭ).
В итоге к концу 2020-х годов старые месторождения истощатся, а новых не будет. Тогда как потребление сохранится, то есть люди все еще будут ездить на бензиновых автомобилях, а не на электрокарах. От этого возникнет дефицит и рост цен на нефть до 100 долларов за баррель, заключает собеседник.