Президент Белоруссии Александр Лукашенко выставил России целую серию претензий в интервью телеканалу «Беларусь 1».
Во-первых, российская сторона перечисляет не все пошлины от реэкспорта российской нефти, вопреки достигнутым в апреле 2017 года договоренностям, жалуется он. Лукашенко напомнил, что тогда решался газовый спор между странами, «нам подбросили цену на газ не как союзникам, а дороже, чем Германии». «Мы нашли с Путиным выход из этого положения, подключив сюда нефть – так называемая перетаможка, когда 6 миллионов тонн (российской) нефти мы могли продавать, а таможенные пошлины зачислять в свой бюджет», – рассказал он.
По словам Лукашенко, стоимость нефти тогда была по 40–50 долларов за баррель, а потом нефть подскочила, и в белорусский бюджет попало больше денег. «Кто-то из так называемых умных либералов в Минфине России увидел, что белорусы уж слишком много получили и обеднел российский бюджет. Но у нас подписаны договоренности... И россияне перестали перечислять часть денежных средств в нарушение наших договоренностей», – подчеркнул белорусский лидер. «Вот нарушение. Так нельзя поступать. Если есть вопрос – давайте будем садиться и обсуждать эти проблемы», – предложил Лукашенко.
Действительно, весной 2017 года был достигнут компромисс по газовому спору. Минск тогда хотел выбить себе меньшую цену на газ, а Газпром настаивал на сохранении контрактной цены. В итоге по газу победа осталась на стороне России. Но по нефти Белоруссия получила новые преференции. В частности, стороны договорились, что 6 млн тонн нефти из России проходит транзитом через Белоруссию по трубопроводу «Дружба», не меняя права собственности. Российские компании продают ее на экспорт и платят в российский бюджет экспортные пошлины. «Но, по прошлогодним договоренностям, Россия эти деньги должна была перечислять в белорусский бюджет. Проверить – сделала она это или нет, мы объективно не можем. Лукашенко уверяет, что Россия в какой-то момент перестала передавать эти деньги в белорусский бюджет», – говорит ведущий эксперт Фонда национальной энергетической безопасности, преподаватель Финансового университета Игорь Юшков.
В открытом доступе нет договора на эту тему. «Но если Лукашенко оперирует к цене, вполне возможно, что была прописана предельная стоимость нефти, с которой перечисляется экспортная пошлина в белорусский бюджет. Например, экспортная пошлина от нефти по 40 долларов, которая, конечно, меньше, чем от нефти в 73 доллара за баррель (средняя цена Urals). На 1 августа экспортная пошлина составляла 135,4 доллара за тонну. Грубо говоря, Россия должна перевести из своего в белорусский бюджет в качестве жеста доброй воли 812 млн долларов, если бы экспортная пошлина весь год была 135,4 доллара за тонну. Сколько в реальности перечисляется, узнать невозможно. Может быть, Лукашенко прав, а может, и не прав, если было прописано ограничение», – рассуждает Юшков.
Еще одна претензия Лукашенко – Россия упрекает его страну в том, что «белорусские компании покупают темные нефтепродукты,... в Беларуси перерабатывают и продают на внешнем рынке». «Что здесь нового? Мы купили товар, за него заплатили, точно так же металлы покупаем, комплектующие, делаем тракторы и продаем. Претензий же нет. А здесь отходы нефтепереработки, которые не реализуются в России, их компании продали, мы переработали, нашли технологии, продали, заработали копейку», – сказал Лукашенко. По его словам, в России предлагают запретить белорусским компаниям покупать.
Речь идет о старой доброй схеме субсидирования белорусской экономики Россией. Белоруссия покупает российскую нефть в нужном ей объеме (18 млн тонн) по низкой цене, перерабатывает ее на своих НПЗ и продает в третьих странах. При этом пошлины от экспорта нефтепродуктов перечисляются в белорусский бюджет (а не российский бюджет). Правда, есть ограничительный потолок, но белорусы никогда этот поток не превышали. Возможно, потому, что часть этих нефтепродуктов декларируется, например, как «разбавители и растворители». Это такая схема, которая позволяет не платить экспортные пошлины в российский бюджет. Российские претензии, скорее всего, касаются подобных «левых» схем.
«Недовольство России вызывает рост белорусского импорта российских нефтепродуктов, с последующим их экспортом и зачислением экспортных пошлин в белорусский бюджет. Если за весь прошлый год Белоруссия импортировала 3,3 млн тонн российских нефтепродуктов, то только в первой половине этого года импорт уже составил 2,1 млн тонн и при сохраняющейся динамике мог бы превысить прошлогодний показатель в 1,5 раза», – говорит старший аналитик «Альпари» Вадим Иосуб.
В 2012 году, в разгар схемы по экспорту «растворителей» и «разбавителей», Беларусь закупила в России 8,4 млн тонн нефтепродуктов, а после остановки этих схем, в 2013 году, импорт снизился в 100 раз, до 86 тыс. тонн.
Вероятно, Россия недовольна также тем, что Белоруссия собственную нефть (добывается 1,7 млн тонн в год) не отправляет на НПЗ, а продает на рынок Германии, зарабатывая на ней дополнительно. Так, в январе–июле 2018 года Минск продавал свою нефть по 65 долларов за баррель, то есть на 15 долларов дороже, чем покупал сырую нефть в России, говорит Юшков.
Заодно Лукашенко поторопил Россию с кредитами Евразийского фонда стабилизации и развития. По его словам, там осталось всего два транша по 200 млн долларов. «Что касается кредитов, которые россияне нам ... не выдали из евразэсовских фондов, – это тоже вопрос для обсуждения. Но если приняты решения, их надо выполнять. Там два транша по 200 миллионов долларов всего, 400 миллионов долларов осталось. Это разве деньги?» – сказал Лукашенко. В списке претензий и ограничения Россией на различные белорусские товары и продукты.
Почему из уст Лукашенко вышел такой поток недовольства Россией? Зачем глава Союзного государства затевает новый конфликт с Москвой?
Белорусский батька заявляет по максимуму все свои претензии и недовольства, готовясь к новой борьбе с Россией из-за налогового маневра в нефтяной сфере. «Лукашенко сейчас нужно что-то делать, потому что в России принят налоговый маневр, который никак с белорусами не обсуждался. Российское правительство ведет диалог только с российскими компаниями по этой теме и обсуждения продолжаются – нефтяники пытаются выбить для себя дополнительные преференции. Но основные параметры и поправки к закону приняты, и интересы Белоруссии там никак не учитываются. Российские НПЗ по новым нормам будут получать отрицательные акцизы, а белорусские НПЗ – нет, никто им из российского бюджета ничего давать пока не собирается. Поэтому белорусы, конечно, нервничают», – говорит эксперт ФНЭБ.
Это значит для Белоруссии, что она не сможет получать из России дешевую нефть. В первом полугодии 2018 года белорусы покупали российскую нефть по 50,4 доллара за баррель, тогда как, по официальным данным Минфина, в этот же период средняя цена Urals составляла 68,8 доллара за баррель. «Получается, что Белоруссия покупает российскую нефть почти на 20 долларов дешевле цены Urals. Сейчас скидка делается за счет отсутствия экспортной пошлины между нами. Но когда завершится налоговый маневр, подобных вещей не будет. И для российских, и для белорусских НПЗ нефть будет продаваться по мировой рыночной цене. Конечно, Белоруссия этого опасается, так как именно на дешевой российской нефти во многом строится их экономика», – говорит Игорь Юшков.
Поэтому Белоруссия будет требовать от России компенсации белорусским НПЗ отрицательных акцизов, как и российским НПЗ. Либо придется искать иной компромисс.
Пойдет ли Россия на такое?
«До сегодняшнего дня во всех наших битвах с Белоруссией Лукашенко удавалось если не победить, то получить существенное преимущество»,
– замечает Юшков. «Хотя все чаще возникает вопрос: а зачем Россия так сильно субсидирует белорусскую экономику, насколько это эффективно? Ведь Крым они не признали, Абхазию и Южную Осетию – тоже», – добавляет он. При этом, если в прошлом году при низких ценах на нефть Белоруссии сложно было нас «развести» на деньги, то сейчас в российском бюджете благодаря дорогой нефти деньги имеются.
Впрочем, эксперт ФНЭБ не исключает в качестве компромисса новую рокировку: если в прошлом году газовый конфликт разрешили нефтяными преференциями, то на этот раз может быть все наоборот. Тем более что газовый контракт с Белоруссией заканчивается, и им не помешал бы газ по цене ниже 100 долларов за тысячу кубов. Хотя дешевая нефть для белорусов намного важнее. «Страна не сможет сводить концы с концами, если не будет этой схемы с дешевой российской нефтью с последующей переработкой и экспортом нефтепродуктов», – говорит Игорь Юшков.
Возможно, к этому списку требований добавится вскоре и проблема Белоруссии с поставками электроэнергии со своей АЭС. Когда затевали стройку, Минск предполагал, что будет поставлять электроэнергию в Прибалтику и Польшу, однако те отказываются ее покупать. Белоруссии некуда девать лишнюю электроэнергию, и им бы хотелось сбывать ее на российский рынок. Но дело в том, что Россия до последнего времени сама была поставщиком электроэнергии для Белоруссии. Ей самой некуда ее девать, поэтому активно экспортируем», – говорит Юшков. Но Александр Лукашенко умеет торговаться с Москвой.