«То, что они предлагают нам за 12,5 миллиарда рублей, – это смешно, цена завышена. Не знаю, как считает их менеджмент. Я отстаиваю интересы региона. Их отношение к нам несправедливо. Мы будем добиваться справедливости», – такими словами Рамзан Кадыров прокомментировал результаты оценки активов «Роснефти» в Чечне, выполненной некоторое время назад аудиторско-консалтинговой группой PwC.
Оценка «Роснефти» – это оценка хозяина актива, и продолжение конфликта будет иметь не самые лучшие последствия: продавец – тяжелый, а покупатель – еще тяжелее
Основным из этих активов является ОАО «Грознефтегаз» – единственная компания, которая ведет в Чечне добычу углеводородов. Контрольный пакет акций в ней (51%) принадлежит «Роснефти», оставшаяся часть – правительству Чечни. Кроме того, республика давно претендует на имущественный комплекс ОАО «Чеченнефтехимпром» – то, что осталось от уничтоженных во время двух войн нефтеперерабатывающих заводов Грозного. Стопроцентным акционером «Чеченнефтехимпрома» является Росимущество, но активы компании в свое время были переданы под управление «Грознефтегаза».
Отраслевые аналитики, с которыми газета ВЗГЛЯД обсудила, насколько на самом деле адекватна оценка чеченских активов «Роснефти» в 12,5 млрд рублей, не готовы давать официальные комментарии, не имея заключения PwC, которое является конфиденциальным документом. Однако некоторые версии по поводу итоговой суммы все-таки имеются.
Один из экспертов российского нефтегазового рынка предполагает, что «Роснефть» в своей оценке исходила из высокого качества чеченской нефти (этот момент, кстати, неоднократно подчеркивал и сам Рамзан Кадыров), что существенно сокращает инвестиции в ее очистку. «В свое время были даже случаи, когда нефть, привезенную из Грозного, заливали в бензобак без переработки – и машина ехала», – говорит эксперт.
Но есть и объективные данные, на которых может базироваться оценка «Роснефти». 22 марта «Грознефтегаз» распространил официальное сообщение, согласно которому стоимость его чистых активов по состоянию на конец прошлого года составляла 5,754 млрд рублей – это около половины той суммы, которая возмутила Кадырова. При этом выручка «Грознефтегаза» по итогам 2015 года (прошлогодние данные будут известны примерно в конце мая) составила 3,732 млрд рублей, а чистый убыток – 178 млн рублей. В среднесрочном периоде оборот компании имеет тенденцию к снижению – максимальный объем выручки был достигнут еще в 2011 году (4,144 млрд рублей), а ее рентабельность в плане прибыли в последние годы была преимущественно отрицательной.
Однако ответ на вопрос о том, насколько адекватной выглядит оценка компании со столь невыдающимися финансовыми показателями, пока не может быть однозначным, полагает старший научный сотрудник Института проблем рынка РАН, эксперт по экономике Северного Кавказа Михаил Чернышов. Ведь помимо непосредственных материальных активов у «Грознефтегаза» еще есть запасы углеводородов, а здесь, как говорится, «возможны варианты».
По данным официального сайта «Роснефти», на 1 января прошлого года запасы нефти по всем лицензионным участкам «Грознефтегаза» категории АВС1 составляли 8,36 млн тонн (степень выработанности – 97,5%), а по категории С2 – 1,49 млн тонн. На первый взгляд, это совсем немного, однако сколько на самом деле в Чечне осталось нефти – вопрос дискуссионный. Согласно одной из оценок, речь идет о более чем 50 млн тонн извлекаемых запасов углеводородов, что, по подсчетам Михаила Чернышова, стоит около триллиона рублей, из которых нефтяники могут получить в виде прибыли примерно 120 миллиардов.
«Возможно, что в итоге «Роснефть» предложила заниженную сумму, – резюмирует эксперт. – При этом даже заявленная сумма для возможностей Чечни не является неподъемной: если бы начинали торг с 30 миллиардов рублей, то с удовлетворением сошлись бы на 14. Но ситуация напоминает сцену на восточном базаре: «Роснефть» играет по европейским правилам, заказывает оценку у брендовой международной компании, а Рамзан Кадыров ведет торговлю по-восточному, просто сбивая цену и вызывая продавца на «увлекательный торговый поединок». Побеждает в таком поединке тот, у кого более сильная воля и характер, а здесь преимущества у Кадырова».
С похожей оценкой выступила накануне и сама «Роснефть». Ее официальный представитель Михаил Леонтьев заявил, что оценку «Грознефтегаза» провела уважаемая компания PwС, оснований сомневаться в итогах её работы нет, а подход к реализации активов одобрил президент Владимир Путин. В «Роснефти» с пониманием относятся к тому, что Чечне нужно решать социальные вопросы, но первичными в данном случае являются интересы акционеров, и компания не вправе дисконтировать стоимость активов им в ущерб.
«Оценка «Роснефти» – это оценка хозяина актива, и продолжение конфликта будет иметь не самые лучшие последствия: продавец – тяжелый, а покупатель – еще тяжелее, и это может перейти уже в другую плоскость», – комментирует ситуацию один из аналитиков рынка, пожелавший сохранить анонимность.
Очередные выпады Кадырова в адрес крупнейшей российской нефтегазовой компании выглядят тем более странно, что именно сейчас вполне возможно выйти на компромисс по проекту нефтеперерабатывающего завода, который «Роснефть» в свое время планировала построить в Чечне. Об этом стало известно несколько дней назад, когда в распоряжении СМИ оказалось письмо замминистра энергетики Кирилла Молодцова в аппарат правительства РФ, в котором Минэнерго поддержало идею «Роснефти» построить в республике предприятие по производству битума.
Битум относится к темным нефтепродуктам, создание мощностей по его производству не требует столь значительных инвестиций, как горючее высокой степени очистки, тем более чеченский завод мог бы работать на привозном сырье. Имеющиеся финансовые показатели специального подразделения «Роснефти» «РН-Битум» свидетельствуют о том, что это крайне рентабельный бизнес (в 2015 году выручка компании составила 14,9 млрд рублей, чистая прибыль – около 6,2 млрд рублей), к тому же в южных регионах страны своих производств битума у «Роснефти» нет.
В ситуации, когда компания не может дать Чечне «журавля в небе» – полноценный НПЗ, который никогда не окупится, битумный завод мог бы стать ценной «синицей в руках». Но, вновь диктуя «Роснефти» свои условия, Кадыров может потерять и этот шанс, оставшись со своими привычными декларациями о гигантском потенциале нефтегазовой отрасли, но без внятных перспектив инвестиций в ее развитие.