Когда 15 января Швейцарский ЦБ отпустил франк в «свободное плавание», евро резко упал против швейцарского франка на 30% в течение 20 минут. По силе и скорости такое падение было беспрецедентным. Сейчас курс швейцарского франка слегка «стабилизировался»: евро ослабел к нему в итоге на 15%, а не на первоначальные 30%.
Решение Швейцарского нацбанка стало более чем тревожным сигналом о возможной турбулентности на европейских финансовых рынках
Из-за резкого укрепления швейцарского франка под ударом также оказались валюты восточноевропейских стран: Венгрии, Польши, Румынии и ряда других. В частности, рыночный курс румынского лея по отношению к франку за один день обвалился на 40%. Официальный курс упал на 16%. Венгерский форинт потерял 15% от своего прежнего курса, польский злотый упал на 16% к франку.
Неподъемная ипотека
Швейцария также серьезно ударила по ипотечным заемщикам, которые брали кредиты в швейцарских франках, веря в эту валюту как в «тихую гавань», и по самим банкам, выдававшим эти займы. Особенно сильно пострадали венгры и поляки: в Венгрии 86% ипотечных кредитов номинированы в швейцарских франках, в Польше – 46%.
Так, в Польше общий объем ипотечных кредитов, номинированных в швейцарском франке, в конце ноября достигал 131 млрд злотых, или 36 млрд долларов. Это сопоставимо с 8% ВВП страны. С 2009 года количество кредитов, выданных полякам в швейцарских франках, уменьшилось на 22%, однако этого недостаточно: сейчас зависимость по-прежнему остается существенной. Для поляков, взявших ипотеку в швейцарских франках, кредиты оказались неподъемными. Кроме того, ряд банков в Польше также сильно зависят от франка. По данным Goldman Sachs, у MBK и PKO более 20% капитала завязано на швейцарской валюте. С учетом большой ипотечной нагрузки ослабление злотого бьет не только по населению, но и грозит финансовой стабильности всей страны.
Поляки уже сталкивались с такой проблемой во время финансового кризиса в 2008–2009 годах. К концу 2009 года доля кредитов в швейцарских франках в Польше превышала 60% от общего объема ипотечных займов. После этого выдача ипотеки в иностранной валюте в Польше была даже ограничена. Однако многие поляки еще не расплатились по ранее взятым кредитам, и в условиях подорожавшего франка им будет намного сложнее погасить свои долги перед банками.
С такими же проблемами столкнулись жители Венгрии, где общий объем ипотеки в швейцарских франках в конце ноября достигал 3,9 трлн форинтов. Это 26% от всего кредитования, и большая часть, как и в Польше, приходится именно на розничное кредитование.
Поляки и венгры предпочитали брать ипотеку именно в швейцарских франках, потому что она выглядела привлекательной из-за разницы в процентных ставках, указывает Дмитрий Лукашов из IFC Markets. «Так как диапазон жилищных кредитов очень широк, то для наглядности можно сравнить доходности двадцатилетних гособлигаций. В еврозоне она составляет 0,81% в евро, а в Швейцарии – в четыре раза меньше – 0,2% во франках. При стабильном курсе 1,2 франка за евро, который поддерживался Национальным банком Швейцарии в течение последних трех лет, у отдельных восточноевропейцев, конечно, возникло желание «переиграть систему». Точно так же, как и у отдельных россиян, которые взяли ипотеку в долларах США, понадеявшись на стабильный курс рубля», – говорит Лукашов.
При этом винить самих поляков и венгров в том, что они предпочитали брать ипотеку в швейцарских франках, неправильно. Ведь эта валюта действительно была «тихой гаванью» по причине наибольшей стабильности и большего иммунитета к волатильности, чем у тех же доллара США и евро. Швейцарский франк был предпочтительней не только для простых европейцев, но и для банков, брокеров и компаний, многие из которых вообще обанкротились сразу после решения Швейцарского ЦБ. Само решение было неожиданным для всех. «Ведь подобные шаги нацбанки, как правило, предпринимают в кризисной ситуации, каковой в Европе не наблюдалось», – говорит президент ФК «ИнвестПрофит» Константин Камбулов.
«Для игроков решение Швейцарского нацбанка об отказе в ограничениях на валютном рынке стало более чем тревожным сигналом о возможной турбулентности на европейских финансовых рынках, рисков которой, предвидя их, ЦБ Швейцарии решил избежать. После этого швейцарский франк навряд ли будет рассматриваться европейскими нацбанками в качестве резервной валюты», – говорит Камбулов.
В России
Россия на фоне падения рубля из-за снижения цен на нефть и геополитической напряженности также столкнулась с проблемой валютных ипотечных кредитов, которые стали неподъемными. Хотя надо сказать, что россияне со времен последнего кризиса перестали так сильно доверять доллару. Поэтому объем ипотечных кредитов в этой валюте в России куда менее существенный в масштабе страны.
По данным, которые приводил зампред комитета Госдумы по финансовому рынку Анатолий Аксаков, в России действует 25 тыс. ипотечных кредитов в валюте. По данным ЦБ РФ, на 1 ноября 2014 года задолженность по ипотечным кредитам составила 3,4 трлн рублей, из них в иностранной валюте только 117 млрд рублей. Это всего 3,5% от всех кредитов.
Однако у многих ипотечных заемщиков из-за роста доллара сумма оставшегося долга превысила сумму взятого кредита, хотя они аккуратно расплачивались по нему несколько лет (60% таких заемщиков брали кредиты в 2007–2008 годах). По оценке председателя специальной парламентской рабочей группы Андрея Крутова, около 25% валютных заемщиков уже не способны обслуживать кредиты и скоро могут лишиться жилья.
При этом, в отличие от Восточной Европы, проблемы обладателей валютной ипотеки сразу попали в поле зрения руководителей страны. Госдума и ЦБ РФ уже планируют меры по компенсации их потерь.
Госдума постановила Центробанку России до 20 января этого года проанализировать ситуацию на рынке ипотечного кредитования. Накануне ЦБ РФ опубликовал письмо на сайте комитета Госдумы по финансовому рынку, которое стало ответом на это. ЦБ собирается увязать помощь банкам с требованием для них перевести валютные ипотечные кредиты в рубли.
ЦБ предлагает банкам реструктуризировать валютные ипотеки по разумному курсу так, чтобы это отвечало интересам как заемщиков, так и банков.
Некоторые банки сами предложили таким заемщикам временный льготный курс валюты при выплате кредита. Например, ХКФ-банк предложил выплату по валютной ипотеке с курсом 45 рублей за доллар, Абсолют Банк – 39 рублей за доллар. Возможность льготного курса рассматривается также в Банке Москвы.
Законопроект о реструктуризации валютной ипотеки, который готовится Госдумой, будет внесен в ближайшие дни. Парламентарии предлагают при обращении заемщика обязать банки в течение 30 дней перевести валютный кредит в рубли по курсу на день заключения договора с процентной ставкой 12,2% годовых (средневзвешенная процентная ставка по ипотечным кредитам за 2014 год). При этом кредитным организациям запретят взыскивать любые комиссии при этой реструктуризации или требовать взыскание с должников жилья.
Поляки и венгры оказались со своей проблемой один на один. Их власти сами не могут решить этот вопрос, а Западной Европе сейчас не до Венгрии и Польши. «Восточноевропейские страны сами евро не печатают и обладают более низким экономическим суверенитетом по сравнению с Россией. Соответственно, им сложно компенсировать потери заемщиков, – говорит Дмитрий Лукашов. – Поэтому российские «наиболее хитрые» граждане должны быть очень благодарны правительству и Госдуме за согласие даже частично решить их экономические проблемы».