– Изначально вы назвали роман «Тамарисковый парк», а вышел он под названием «Редкие земли». С чем это связано?
– Когда я начал писать, я еще не знал, как все сложится. И название «Редкие земли» появилось неожиданно. С самого начала мне было ясно только то, что я буду писать о какой-то такой миллионерской структуре, о нефти и газе. А уже потом, намного позже появилось название «Редкие земли».
«Редкие земли» – это роман о редкости во всем. Скажем, наша планета – редкость во Вселенной, а люди – это редкие обитатели Солнечной системы. И среди обитателей нашей планеты есть редкие люди, и герои романа как раз принадлежат к этой категории. Это люди демиургического склада, они создают свое царство и управляют им.
С самого начала было ясно только то, что я буду писать о какой-то такой миллионерской структуре, о нефти и газе
– «Редкие земли» – это продолжение вашей дилогии «Мой дедушка – памятник» и «Сундучок, в котором что-то стучит»?
– На самом деле этот роман можно назвать продолжением «Памятника…» и «Сундучка…» очень условно, это лишь отчасти завершение триптиха. Эту книгу нельзя читать тем, кто читал «Мой дедушка – памятник», этот роман не предназначен для детей. В «Редких землях» те самые дети, которые были героями предыдущих книг, выросли, им стало по сорок с чем-то лет. По сути, герои предыдущих книг – прототипы героев «Редких земель».
– Как появилась идея книги?
– Мне и друзья, и читатели все время говорили: «Почему ты не напишешь третью часть истории Гены Стратофонтова?» Я все время отнекивался, говорил, что когда-нибудь напишу, а тем временем проходило десятилетие за десятилетием. И только спустя много времени стал появляться замысел.
– Ваш предыдущий роман «Москва-ква-ква» – некая историческая мистификация, шутка, а роман «Редкие земли» вызывает ощущение, что это некий фарс вперемешку с приключенческим романом. Как вы определяете жанр этой книги?
– Книга серьезная, хоть и написана в буффонадном стиле. Серьезная и грустная. Эта книга сама по себе является редкостью.
Роман Аксенова «Редкие земли» |
– Так получилось. Это моя манера работы – когда я пишу роман, я не знаю, чем он закончится, не знаю, что вообще будет, не знаю, что произойдет через пять страниц. Сюжет развивается сам по себе, спонтанно.
– Главные герои – чета бизнесменов, люди тонко чувствующие, эмоциональные. Это мало сочетается с теми условиями, в которых работали бизнесмены в 1990-е годы. Почему вы наделили своих героев такими чертами?
– Я по-светски встречался с некоторыми олигархами и заметил в них эту некую грусть. Потому и героев наделил байроническими характерами. Этот роман во многом является моим самовыражением, отражает мое собственное настроение. Как и в других моих последних романах, я сам там появляюсь как сочинитель Базз Оксёлотл…
– Как вы собирали фактуру для романа? Например, сцена ареста в романе напоминает сцену ареста Ходорковского… это случайное совпадение?
– Я был на его процессе, сидел буквально в метре от клетки, и он мне сказал: «Я все ваши книги прочел». Может, тогда и зародился этот замысел. Вообще, конечно, Ходорковский – это не Гена Стратофонтов, но отражения и отзвуки этого дела присутствуют во всей книге.
И, конечно, я искал различные источники, я почти ничего не знал до этой книги о редкоземельных элементах. У меня есть друг в Америке, польский профессор-физик Валерий Маевский, и он искал для меня какие-то вещи и пересылал мне по e-mail. И тут все тонкости, связанные с редкоземельными элементами, – они и объявились. Я и сам искал в Интернете много информации, про Габон, например. Где-то я прочел про некий кратер в Габоне, где, как считается, возникла человеческая раса, появился Адам.
– В «Редких землях» перед читателем предстает галерея героев из прошлых произведений.
– Когда героине романа пришла в голову идея освободить мужа, первое, что напрашивается, – это какой-то штурм, потом я понял, что это чепуха. А потом случайно оказалось, что заключенный сидит в камере с героями предыдущих книг, например с Сашкой Коробовым и Игорем Велосипедовым – это мои любимые персонажи. И вдруг меня осенило, что надо освобождать сразу всех. И все заключенные в этой тюрьме – это герои моих романов, и они все вместе освобождаются.
– Роман изобилует молодежным сленгом.
– Я живу среди молодежи в Биаррице. Этот город характерен тем, что в несезон там живут одни старики, в сезон появляется огромное количество европейской молодежи, серферов.