Как ни странно, есть у этих новых проектов нечто общее, а именно – их совершенно безумный дизайн. А потому обе программы – не для консерваторов и не для нервных.
Явление Диброва народу
Дмитрий Дибров в программе «ПроСвет» (www.rutv.ru) |
В белой-белой пустоте… Сидящие на креслицах, которые кажутся бесцветными, а потому почти невидимы… Упираясь ногами в наклонную и тоже практически невидимую плоскость пола… Свободные и вдохновенные… Уже не столько «хорошо сидят», сколько «хорошо парят» Дмитрий Дибров и Борис Гребенщиков.
Когда два таких человека обретаются в таком пространстве, уже не важно, что они там делают. Их пребывание на пороге элегантно спроектированного божественного абсолюта – тоже интересное зрелище. Собственно, это проверка личностной значимости ведущих. Ведь они в прямом и переносном смысле остались без подпорок – когда вокруг ни тебе кружек с чаем, ни тебе ноутбуков, ни тебе диванчиков, ни даже самых захудалых блокнотиков с карандашиками. Держу пари, множество людей смотрят телевизор именно для того, чтобы приобщиться к этому волшебному антуражу телестудий, пережить мысленно свое пребывание там, с теми недоступными кружками, за теми чужими пультами. А что в этих телестудиях происходит – дело пятое, лишь бы там шла какая-нибудь жизнь, пускай она будет скучной, глупой и нелепой, все равно там здорово.
Реальная политика» может понравиться тем, кто помешан на Западе, а к политике относится легкомысленно, скептически или вообще никак, предпочитая ей искусство
Надо признать, что не только Гребенщиков, но и Дибров оказался на высоте. Лишенный необходимости приторно задушевно общаться с демократическими массами, Дибров расцвел в своей неповторимой манере – вкусно-кудрявого плетения словес по прозаическим поводам. «Нет слаще занятия» – это о телефонных разговорах. «Прежде чем на нас свалится реклама» – это ведь звучит лучше, чем банальное «уходим на рекламную паузу». И уж совершенный перл – «щипать корпию в благотворительных госпиталях новой эстетики». Так прозвучал призыв к телезрителям участвовать в сотворении «ПроСвета», готового опубликовать в своем эфире все самое нетривиальное и экстремальное, что создается талантливыми людьми.
Тем самым «ПроСвет» представляет альтернативу попсовым телеконкурсам. У Диброва, видимо, намечается хит-парад акций отчаянно элитарной культуры. Вообще умиляет внезапно проснувшееся у Диброва серьезное отношение к телевидению как к транслятору нового и прекрасного, что способно перевернуть и взгляды, и судьбу человека.
Впрочем, большинство, надо полагать, щурили глаза на слишком светлый экран ради хорошо известного Гребенщикова. И для них самым содержательным в программе были его песни, в особенности та, что с отсылом к вестерн-латинас, с рефреном «Унесите отсюда голову Альфредо Гарсии». Кстати, в этой же рок-рефлексии прозвучало изысканно ненормативное «пересеченная распи…ством местность». Когда столь точная характеристика топографии нашего времени выдается не после полуночи, а в промежутке между 16.00 и 17.00, меткость высказывания удваивается. Ему сразу сообщается статус не поэтического каприза, но трезвого замечания, так сказать, субботней аналитики. Все, кому недостает на ТВ острых ощущений в высоком, но не классическом стиле, доберут их в «ПроСвете». Остальные будут смотреть что-нибудь из остального.
Мистер 001
Ведущий «Большой политики» Глеб Павловский (promo.ntv.ru) |
«Реальная политика», наоборот, решила убивать наповал ядовитостью цветовой гаммы вкупе с интригующими персонажами и общим англо-глобалистским (как нарисовали бы в рекламе – анГЛОбалистским) игровым акцентом. Ведущих-экспертов рассадили по феерическим интерьерам. Сине-алое кафе, где сидит похожий на древнего ящера мистер Монблан, он же Вячеслав Глазычев, эксперт политической экспертной сети «Кремль. Org», словно приоткрывает мистическую воронку в духе Дэвида Линча.
На псевдосоветской кухне мистера Паркера (Максима Кононенко) даже советский холодильник выглядит как муляж. А сама кухня, кажется, списана со склада кинопавильонов для сериала о Джеймсе Бонде. Демонстративно вычурно смотрится и стеклянный офис, где заседает мисс Каранд’Аш (шеф-редактор «Ведомостей» Елизавета Осетинская), ужасно напоминающая Мани Пенни в молодые годы. Наверняка в своих снах вечная секретарша бондовского начальства видит себя именно такой: холеной, изрекающей умные речи, выводящей всех на чистую воду. И обязательно в актуальном розовом костюме.
Глеб Павловский не похож на агента 007, и порядковый номер у него другой, даже лучше, чем у Бонда, – номер один в мире российских политтехнологий. К счастью, чувство меры не покинуло главного ведущего, и он остался под своим именем, хотя тоже с приставкой «мистер». Тем самым взгляд на российское общество обрел замысловатый ракурс – как бы с туманного Альбиона, провернувшего буржуазную революцию на три с половиной столетия раньше нынешней России и якобы с бархатной корректностью.
Ведущий-эксперт «Большой политики» Максим Кононенко (promo.ntv.ru) |
«Реальная политика» претендует на то, что матерые профи простыми до примитива словами будут объяснять подоплеку политических перипетий. На самом деле при таком роскошном и эксцентричном визуальном ряде и с таким главным ведущим уже не принципиальны отдельные трактовки отдельных событий. Важнее, кому они потенциально адресованы. Те, кто относится к России как к полной драматизма стране, а к политике как к серьезной штуке, скорее предпочтут что-нибудь традиционное. Где говорящие головы, все исключительно под своими именами, высказываются как бог на душу пошлет, без всякого стиля.
Зато «Реальная политика» может понравиться тем, кто помешан на Западе, а к политике относится легкомысленно, скептически или вообще никак, предпочитая ей искусство. Среди сторонников левых такая аудитория немногочисленна. Зато среди сторонников правых, будь то «Яблоко» или СПС, таковых полно. Это у столичной молодежи и у продвинутых западников в ходу постмодернистские настроения и паническая боязнь чрезмерного «серьеза». Вот их-то и зацепит «Реальная политика», представляя зрелище в стиле модном и престижном, культивирующем умение на уровне формы дистанцироваться абсолютно от всего. Без ненависти и любви.
Например, можно так и не понять, похвалили Абрамовича в программе или раскритиковали. Но песенка про этого олигарха стала самым приятным эстетическим впечатлением от «Большой политики». В общем, пока наше ТВ адекватно отражает сущность России – песни петь тут всегда умеют лучше, чем делать политику и политические телепрограммы. Какие бы леди и джентльмены этим ни занимались.