Беженцы, штурмующие Европу после того, как Запад «демократизировал» их страны, вызывают у одних  сочувствие, у других – злорадство. Кому-то кажется, что оно и хорошо, что Германия и Франция хлебнут горя, кому-то просто хочется сопереживать несчастным, кто-то сомневается в том, что беженцы так уж страдают: одеты прилично, у некоторых в руках мобильные телефоны.

Северо-Запад страны обезлюдел ровно в той степени, чтобы стать новым домом для тех, кто потерял свой собственный

Если оставить в стороне эмоции (каждый волен переживать о том, о чем хочется), важным будут несколько фактов, которые нужны вовсе не для осуждения или одобрения стран ЕС или ближневосточных беглецов.

Все уже случилось, чего уж теперь.

Итак, во-первых, несмотря на итоги «демократизации», беженцы – логичный итог вмешательства США и Европы в дела суверенных государств. В Ливии свергнуть власть получилось, в Сирии – нет, но сейчас это уже не имеет никакого значения. Гуманитарная катастрофа неизбежна.

Во-вторых, разрушение инфраструктуры жизни происходит не вдруг, на это требуется время. Афганистан погружался в небытие долго, Ливия рухнула быстро. Выращенное Западом ИГИЛ* много сделало для того, чтобы залить Ближний Восток кровью, однако все было плохо и без «Исламского государства*».

И, наконец, в-третьих, в толпе беженцев уже не разобрать, кто из них каких взглядов придерживается. Не исключаю, что есть среди них и люди, которые стояли на площади Бенгази и радовались смерти Каддафи, и персонажи, уже завтра готовые надеть пояс шахида. Беда на время примиряет всех.

Не так трудно приложить эти факты к Украине, где сейчас происходит крушение инфраструктуры жизни. Советское наследие пока не растащено, не распродано, не уничтожено, но процесс запущен, и он необратим.

Проблема беженцев скоро может стать нашей (фото: Marko Djurica/Reuters)

За время, прошедшее со дня падения режима Януковича, Украина не создала ровным счетом ничего. Даже пушки, из которых Киев палил по мирным жителям Новороссии, были советскими. Украина – банкрот, страна, которая даже без гражданской войны будет выжжена дотла.

Разумеется, никакой интеграции в ЕС и никакого европейского уровня жизни не будет, да и за какие заслуги, собственно? Ливийцы тоже скакали и тоже «боролись с тираном», а теперь штурмуют паромы, плывущие в Белый Мир. Хороший урок.

Украина побежит в Россию, понемногу это происходит уже сейчас (в ЕС куда труднее адаптироваться, а тут-то – все родное, постсоветское, включая бесплатное образование – это очень важно). Бегут и те, кто боролся против Януковича, и те, кто искренне ненавидит нынешние киевские власти, и те, кому вообще все равно. Хочется надеяться хоть на какое-то будущее – такова в большей части случаев политическая платформа беженцев.

И нас ждут совсем иные проблемы, чем те, с которыми столкнулись сегодня европейцы. Совпадет лишь одна, да и та – не самая важная.

В отличие от ливийцев и сирийцев, украинцы и сейчас для нас, европейцев, не чужие, и чужими – культурно, внешне, исторически – никогда не будут. Можно сколько угодно придумывать «украинскую культуру», но Гоголь – один на всех, и никакого «нашествия варваров», сходящих толпой с парома, у нас не будет.

Не будет проблемой нехватка территории: земли в России много. Небольшие и малонаселенные страны ЕС хватаются за голову, для них и десять тысяч человек – целое дело, для нас же, интегрирующих ежегодно десятки тысяч мигрантов из Средней Азии, никакой проблемы в масштабе нет.

Сложности возникнут, в первую очередь, с тем, что пути бегства украинцев будут повторять, как под копирку, линии нашей внутренней миграции: из села в города, из городов – в центры регионов, а оттуда – в столицы (точнее, в города-спутники). Застраиваемый подмосковный Красногорск – печальный итог и хороший пример того, что будет происходить в недалеком будущем. К ста тысячам гостей из Средней Азии прибавьте сто тысяч беженцев с Украины – никакой инфраструктуры не хватит: транспорт, коммуналка.

Нужно плановое расселение в обезлюдевшую провинцию. Северо-Запад страны обезлюдел ровно в той степени, чтобы стать новым домом для тех, кто потерял свой собственный. Об этом стоит думать уже сейчас, договариваясь с регионами о том, чем им могут быть полезны все эти неожиданные, но безусловно наши люди. То же касается и Сибири.

Объективно никакой проблемы выделения земли для вынужденных переселенцев не существует, в реальности же даже наши многодетные семьи часто получают причитающиеся им по закону участки, преодолевая огромное чиновничье сопротивление. Землю людям дают, но прямо на болоте, на свалках: стройтесь на здоровье. Формально земля у людей есть, в реальности все это похоже на издевательство.

Разумеется, если вполне сельским по духу жителям Украины, для которых «своя хата» – не пустой звук, выдавать землю именно так, им ничего, кроме штурма Подмосковья, просто не останется. Так что проблема участков для многодетных семей – это уже сейчас сюжет, завязанный на будущие сложности.

Повторю: об этом нужно думать уже сейчас. Мы вполне можем получить вместо трудолюбивых граждан страны деклассированных гопников, которые будут «отжимать мобильники» возле станций метро в спальных районах Москвы. Гопников у нас и своих хватает.

Специфически нашей сложностью будет и украинская пропаганда, над которой можно смеяться, но которая, увы, работает. Киев, запретив любую точку зрения, кроме своей собственной, действует вполне эффективно.

И пускай с демократией, свободой слова и правами человека все это не имеет ничего общего: изменить внутриукраинскую информационную ситуацию мы не можем, так что нужно внимательно изучать пропаганду и придумывать, как именно доказывать людям, что их обманули. Да-да, в России есть целое радио «Эхо Москвы», где все свергатели Путина выступают, как заведенные, по десять раз на дню. Медведей на улицах тоже нет.

Задача эта будет не такой простой, но она вполне посильна.

И, наконец, единственное, за чем нам стоит наблюдать пристально, изучая историю с мигрантами в Европе – терроризм. Европейские «леваки» и наши «западники» любят утверждать, что исламский террор в одном случае и украинский национализм в другом – это все выдумки, а на самом деле ни радикальных исламистов, ни бойцов условного батальона «Сыч» не существует в природе.

Они назло пропагандистам существуют. Они стирают с лица земли Пальмиру, они бросают гранаты в толпу. Они бегут сейчас в Европу и побегут в Россию. Посмотрим, как толерантный Старый Свет будет выявлять террористов и чем все это закончится.

Именно из этого сюжета стоит сделать самые серьезные и самые практические выводы. На Украине есть люди, которым есть – как они думают – за что мстить России, и – при всем сочувствии к беженцам – не стоит им в этой мести помогать своей беспечностью.

Пока Европа, на ходу меняя стратегии, переживает кризис беженцев, мы можем предотвратить множество проблем, которые уже маячат на горизонте.

* Организация (организации) ликвидированы или их деятельность запрещена в РФ