Мне стало как-то не по себе от пророссийского и, в общем-то, проправославного комментария последних событий в Крыму, озвученных Патриком Бьюкененом в статье под названием «На чьей стороне Бог».
Зачерствелые сердца основной массы наших людей спасут только скорби
Я уже писал о своей смиренной надежде на то, что нынешняя патриотическая волна не сойдет на пшик, но поможет нам качественно измениться, осознав личную ответственность перед ближними, страной и Богом.
Ни на йоту не сомневаясь в правильности действий России и, более того, в геройском благородстве отдельных личностей, возглавляющих нашу страну, я вижу как священник, что известные события мало влияют на зачерствелые сердца основной массы наших людей, которых, как мне иногда кажется, спасут только скорби.
Но не громкая реанимация идеи «Москвы – третьего Рима», блестяще озвученная иностранным журналистом-консерватором.
Какой третий Рим, спрашивается? Мы, помимо пошлейшего телевидения и образования, над которым уже почти пару десятилетий непрестанно мстительно экспериментируют бывшие двоечники-хулиганы, имеем миллионы ежегодных абортов, сплошное хамство младших по отношению к старшим, социально-безответственный бизнес, где деньги добываются ради денег, а если кто и меценатствует, то чаще для пиара.
Вчера ехал в маршрутке и, видя, как на кузове впереди едущего грузовика огромными аляповатыми буквами патриотично написано «За Крым», радовался. Радовался до тех пор, пока прямо перед носом ветхой бабульки с палочкой водитель маршрутки – молодой парнишка не захлопнул со словами «быстрее надо запрыгивать» автоматическую дверь.
И никто ведь из пассажиров даже не возразил, кроме меня, разумеется. Трудно представить себе подобную ситуацию в каких-нибудь «содомогоморрских» Нидерландах.
Я не пророк, но думаю, война или какой-то другой катаклизм непременно случится. Но будет она не столько из-за того, что сионисты угнетают народ-богоносец (хотя, листая книгу с фотографиями сотен разрушенных натовскими бомбежками косовских церквей и монастырей, подаренную мне одним сербским митрополитом, понимаю, что и из-за этого тоже) или охоты за ресурсами, сколько из-за таких вот хамов, обижающих старушек.
Или из-за той женщины, которая недавно пришла ко мне в храм и всерьез спрашивала: будет ли нравственно тайком поцарапать новенький автомобиль мужа, потому что «он, гад, купил с автоматом, а я хотела с ручкой и теперь не могу жить после этого».
Всеобщая скорбь все расставит на свои места, смыв мощной волной нечистоты страстей и жирующее беснование. Смоет для того, чтобы мы – люди – наконец-то поняли, какое это счастье – просто жить в мире друг с другом и со своей совестью.
Поняли, что можно любить мужа и вовсе без машины – только бы он выжил, и почтальон принес его письмо, а не похоронку. Что стариков обижать – это значит быть хуже животного.
Стать бы нормальными людьми, а там, глядишь, и для Царствия Небесного созреем. И станем мы третьим Римом, и Бог будет на нашей стороне. Как об этом и написал Патрик Бьюкенен.