Такой бородатый анекдот существует о вопиющем непонимании главного смысла поста.

Я позволю себе вторгнуться со своими рассуждениями в информационное пространство, занятое Украиной, о которой душа болит у нас всех, для того чтобы рассказать о теле, душе и духе, смирять которые христианам предстоит в период Великого поста. Это не значит, что происходящее на Украине не важно. Это значит, что всем, кто верует, в ближайшие семь недель придется хотя бы постараться вести себя иначе.

Многим свойственно едва ли не за две недели до масленицы декларировать собственные намерения «по-настоящему попоститься

Как бы там некоторые варварски ни искажали наши традиции в угоду своим воззрениям, в идеале Великий пост – это чисто религиозное явление, пример которого подает Сам Христос Спаситель, постившийся 40 дней и ночей в пустыне (прежде всего чтобы подать нам пример, который, увы, западные христиане – протестанты и католики – и некоторые современные православные люди, считающие себя последователями Христа, почему-то игнорируют).

Впрочем, с практикой поста в некотором смысле знаком каждый человек, достигший серьезного успеха в каком-либо делании и вынужденный в чем-либо существенно ограничивать себя ради заданной стратегической цели.

Серьезно занимаясь спортом, получая приличное образование, воспитывая детей и преуспевая в бизнесе, мы также вынуждены накладывать на себя значительные ограничения, в некотором смысле постясь – лишая себя многих вещей, кажущихся на общем фоне заданной цели уже второстепенными и маловажными.

Вот и для достижения религиозной цели – борьбы со страстями и роста в Боге – нам необходимо себя целенаправленно ограничивать во многом, мудро следуя установившейся аскетической практике, сложившейся за несколько тысячелетий существования православного христианства.

Воздержание от излишней пищи, общения, информации и особенно усиленные упражнения в молитве, смирении и других нетленных добродетелях, призваны оказать положительное, возвышающее воздействие на человека, состоящего, согласно православной антропологии, из тела, души и духа.

Каждый из наших составов – тело, душа и дух – должен определенным образом возвыситься и выстроиться в иерархическую структуру, где будет преодолено наше не-целомудрие, широко понимаемое как расколотость грехом, вызванная нарушением трехступенчатой иерархии (духа, души и тела) и неспособность возвыситься над своим естеством, своей животной природой.

В этой связи в православной антропологии есть определение личности, понимаемой как несводимость к природе или надприродность, на которую неспособны бессловесные животные, руководимые в своей жизни лишь инстинктами.

Тело

Тело необходимо разгрузить, отправив печень в долгожданный отпуск. Его важно обуздать, как ретивого коня (обуздать, но не умертвить или сделать инвалидом), периодически выходящего из-под контроля.

Помня, что тело – храм души, к которому нужно относиться с благоговением и содержать его в полном порядке, не станем забывать старинную античную поговорку (известную позже почему-то в сокращенном варианте) «в здоровом теле здоровый дух – большая редкость».

Таким образом, постясь телесно, не стоит забывать о том, что во всем нам хорошо бы иметь рассуждение и искать диалектическую золотую середину, не губя здоровье излишним подвигом, но и не превращая пост в соревнования по кулинарному искусству в приготовлении морепродуктов, которые (кроме рыбы), к слову, разрешается вкушать, за исключением особенно строгих дней воздержания.

Если есть возможность (вы не трудитесь на металлургическом комбинате чернорабочим, не являетесь кузнецом, военнослужащим или беременной и кормящей женщиной, учащимся...) и позволяет здоровье – поститесь построже.

А нет возможности – не забывайте, что устав Великого поста писан в Средиземноморье, где, вкушая свежесобранный инжир, оливки и запивая их сухим кислым вином, соблюдать сухоядение (самый строгий вариант поста, при котором в скудную пищу не добавляется масло) – гораздо легче.

Душа

Душа, понимаемая нами как область воли, чувств и умствований (хотя определений души и духа в православной антропологии много, и они, сходясь в едином, часто расходятся во второстепенном, так что здесь возможны разночтения), нуждается в информационном посте и отказе от излишних чувствований, выраженных, к примеру, в воздержании от участия в массовых празднествах, просмотра телевизора и от супружеских отношений (по взаимному согласию супругов).

Итогом такого подвига являются свежесть восприятия разных сторон нашей жизни и способность не только более адекватно оценивать некоторые ее составляющие, но и во всей полноте радоваться тем вещам, к которым мы привыкли и не считаем их чем-то особенным.

Пост помогает нам заново оценить, как это прекрасно – вкушать сытную и вкусную пищу, общаться с друзьями и целовать как в первый раз свою супругу, с которой прожил, быть может, уже не один десяток лет.

Пост позволяет нам выявить душевные недуги и недостатки, о которых мы даже не подозревали. Некоторые говорят: «Вот, я не поем сытно и становлюсь злым, раздражительным и нетерпимым к людям. Может, и не стоит мне поститься?» Как раз стоит, раз выявилась такая немощь – нелюбовь к ближнему при отсутствии румяной сосиски или пельменей, сдобренных сметаной. Ведь так не должно быть, чтобы желудок заставлял раздражаться на ближнего, заглушая своим гневным бурлением светлые доводы разума.

Также, помимо грубых страстей типа гневливости и объедения, в пост опасна более тонкая духовная болезнь – тщеславие, понуждающее нас по поводу и без повода постоянно намекать ближним о нашем подвиге поста, давая им понять, какие мы благочестивые и праведные.

Многим свойственно едва ли не за две недели до масленицы декларировать собственные намерения «по-настоящему попоститься». А предложи им поститься так, чтобы об этом не узнал никто на свете, – захотят ли?

Дух

Дух мы понимаем как высшую часть души, устремленную к общению с Богом. Во время постного смирения плоти он встает на свое законное, главное место и в полной мере может дать нам понять и прочувствовать важнейшую истину православного христианства, согласно которой высшим счастьем для человека является общение со своим Творцом.

«Сытое брюхо к молитве глухо» – говорит пословица, подчеркивая необходимость воздержания для того, кто желает научиться молитве.

Важно не забывать, что главным нашим способом непосредственного богообщения является даже не молитва, но таинства – мистические и непостижимые для нашего ума акты богообщения, среди которых главной вершиной, к которой мы стремимся, подвизаясь в посте и молитве, является евхаристия, освящающая наше естество, изменяющая нас по существу и делающая нас похожими на нашего Творца и Господа.

***

Таким образом, Великий пост – это искусственно вызванный кризис, который в условиях нашей всячески пресыщенной, непрестанно куда-то спешащей жизни позволяет очиститься от страстей, приблизиться к Богу и вызвать так необходимую нам переоценку ценностей.

Все это и составляет великую и спасительную философию поста, без которой трудно привести в гармонию свою земную жизнь и, что самое главное, достичь Царствия Небесного.