Цены на нефть упали отчего-то в тот самый момент, когда дозрели внутренние предпосылки кризиса. А слова «кризис» уже никто не боится. Термин вошел в нашу жизнь легче и проще, чем в 2008 году. Только сам повторный его приступ не будет столь же слабым.
Монетарный ответ на «второй кризис» в России нарисован пока сам собой – это игра на понижение курса рубля, ведут которую сразу многие силы
Множество аналитиков концентрирует внимание на внешних причинах бед в экономике. А правильнее было бы в 2012–2013 годах заметить их зачатки внутри страны, не забывая о том, что обвал цен на нефть был в 2009–2010 годах не отменен, а лишь отложен.
Об этом, кстати, забывали не все: не единожды за последние годы звучали предупреждения, что цена черного золота способна опуститься до 60–70 долларов. Однако дать точный прогноз было немыслимо.
Множество политических факторов мешали определить момент нового падения цен на нефть. Между тем по мере того, как резкость колебаний цен на нефть уменьшилась, господствовать начали представления о том, что зона 100–110 долларов за бочку черного золота – посткризисная норма, а все остальное – это спекуляции.
Для меня было ясно, что падение цен отложено, и держаться долго на стабильном уровне без подъема мировой экономики цены на углеводороды не способны. А тут подоспел спад активности во всех экономиках БРИКС, и не только в них.
Сейчас вопрос о нефтяных ценах уже не стоит так остро для аналитиков. Видно, что США санкционировали и обеспечили их падение. Достаточно упомянуть снятие блокады с Ирана, голодного по делу продаж, возврат на рынок ливийской нефти и поставок из Ирака.
В связи с этими обстоятельствами на что способно правительство России? Как может оно ответить на бюджетные проблемы и насколько они будут серьезны?
Сейчас вопрос о ценах на нефть уже не стоит так остро для аналитиков (фото: FRAMK RUMPENHORST/EPA/ТАСС) |
Министр финансов Антон Силуанов заявил на днях о прогнозируемых на 2015 год потерях бюджета. Они могут составить 1 трлн рублей, хотя есть вероятность (и это мнение уже не Силуанова), что сумма будет 1,3 трлн рублей.
И компенсировать потери за счет новых налоговых мер не удастся, поскольку очевидно, что главное – это парализовать кризис. ЦБ пытается остановить падение рубля до Нового года. Это может выйти, а может не выйти. Эффект в любом случае будет временным. Но важно не это, важно, что «второму кризису» надо что-то противопоставить.
Вырваться из турбулентности в экономике – это непростая задача. Усложнена она тем, что упредить рост хозяйственных проблем в 2012– 2013 годы было не особенно трудно. Можно было удешевить кредит…
Позднее можно было развернуть денежную эмиссию с целью низкопроцентного кредитования семей, желающих приобрести квартиры. Вместо этого было поручено как-нибудь разобраться с проблемами рынка самому рынку. А он, естественно, упустил все возможности. Не его это дело.
Если сравнивать теперь положение в России и странах ЕС (где кризис с 2008 года не ослабевал), то в условиях снижения курса рубля бюджет страны формально удержать под контролем можно. Причем снижение курса рубля может продолжаться и при стабилизации цен на нефть.
В этом случае сокращение бюджетных расходов может быть излишним, если только поступления в казну не сократятся серьезно. Но именно здесь для налоговиков нет ясности, а стоит вопросительный знак.
От банков уже прозвучало предложение перейти к количественному смягчению: запустить печатный станок ради помощи им – банкам. Считается, что она помогла США выйти из кризиса. Однако это не так. Социальные проблемы остаются в силе, а экономика США нуждается во внешних рынках.
За них Вашингтон готов драться. Долларовая эмиссия при этом ограничена, и пляски триллионов уже не видно, как в 2008–2010 годах. Монетарный ответ на «второй кризис» в России нарисован пока сам собой – это игра на понижение курса рубля, ведут которую сразу многие силы. Это выгодное дело, как показали два последних года.
ЦБ может сдерживать доллар или освобождать рубль, в условиях упавшей цены на нефть (а спасти нас могут только высокие цены) рубль будет слабеть. Он может слабеть волнами. Дело не в механике, а в том, что это стихийно становится инструментом латания дыр в бюджете.
А уж если ЦБ осмелится начать печатать деньги для банков, то они сразу направятся на валютный рынок. Руководство ЦБ это знает. Вот только что нового оно сможет предложить? Сейчас с монетарными механизмами все идет плохо, и менять ситуацию нужно непосредственно в экономике.
В картине настоящего не видно радостных красок. Деловая активность снижается, а выручка сырьевых компаний падает. Это означает, что введение новых налогов будет столь же малопродуктивно, как и сбор старых. Налоговые поступления в казну, скорее всего, будут в 2015 году падать, несмотря на все усилия властей.
Причем большие компании, «наши кормильцы», не только перестанут пополнять бюджет, но станут черпать из него. Например, через его инвестиционные проекты. В этом нет ничего неожиданного, хотя было бы неплохо, если бы механизмы этой помощи давали стимулы всей нашей экономике.
Хотя экономический вихрь кризиса уже закружил Россию, и ранее можно было упредить такой поворот, сейчас еще можно вырваться и сменить ориентацию в экономической политике. Задача эта, увы, больше не является простой.
Но решение известно: надо усилить и соединить внутреннее производство и потребление. Но мало лишь уговоров потреблять отечественное. Нужно сконструировать и запустить механизмы. Что же можно сделать ранее всего? Оживить жилищный рынок. Именно с него нужно начинать.
Строительная отрасль была в 2010–2012 годах мощным фактором оживления экономики. Сейчас, забыв об идее бюджетных сокращений и запрете для ЦБ эмитировать рубли для казны, нужно создать фонд с низкими ставками для россиян. Людям нужно дать через него сперва возможность покупать новое жилье, а после и перекредитовываться.
И очень важно разработать методы, ограничивающие уход денег из реальной экономики на валютный рынок. Загнать капиталы в реальное производство, а затем заинтересовать их там остаться – это то, что ныне или потом нужно будет делать. Следом за строительно-жилищной программой может быть запущена следующая, в том числе социальная и иные.
Кое-кто сейчас советует не думать об угрозах турбулентности. Кое-кто советует пережидать «вторую волну» и все силы бросать на поддержку стабильности в крупных структурах бизнеса. Только гораздо интересней создавать чудо в экономике, чем ожидать его, тем более что не видно, чтобы проблемы отступили так же легко, как в 2009–2010 годах. А об этом стоит подумать. Легкой прогулки по кризису у нас точно не будет.